Звездные Рыцари - Юрий Винокуров

Раздался воинственный рёв, пробирающий до самых кишок, а голову прострелила адская боль. Настолько сильная, что я обхватил её и сжал пальцами волосы.

Ч-что это было, мать его⁈.. Откуда этот вопль?..

Боль постепенно стихала, я сидел на каменному полу и приходил в себя. Больше никаких криков не было. Похоже, я схожу с ума и надо бы показаться мозгоправу… если бы такой здесь был. Так быть не должно, или это влияние Мёртвого Мира?

Стараясь дышать ровнее, я оторвал взгляд от пола, заметив лазурный свет. Чистый, но слабый, что вновь ввело меня в некий ступор.

Медленно и неуверенно, будто в горячке, я поднял взгляд и увидел каменный стол. На нем раньше лежалшлем от силовой брони Звёздного Рыцаря — сейчас вместо него была кучка пыли, а вот идеальный кристалл элериума странного лазурного цвета, каких мне никогда не доводилось видеть ранее — находился на своем месте, на ровной каменной поверхности стола.

Именно кристалл освещал эту зал-пещеру, но его свет с каждой секундой угасал всё сильнее, погружая окружающее пространство во тьму. Прямо сейчас кристалл осыпался крошкой, как будто с него слой за слоем осыпался песок. А ведь такого быть не должно! Мелкие песчинки спадали с него, медленно, но постоянно, словно он… умер или разрядился?

Горечь осознания в один момент затмило непонятные провалы в памяти.

Боль почти полностью отступила, я встал на ноги, огляделся и даже прошёлся по залу, подмечая всё больше деталей и еще раз зависнув посреди зала, глядя на нарисованный на стене герб Федерации. Он тоже никуда не делся.

Вернув внимание на идеальный кристалл, облизал сухие, потрескавшиеся губы и кивнул своим мыслям. Специальные перчатки для контакта с элериумом остались в моем потерянном рюкзаке, но я всё же решился не оставлять этот кристалл здесь.

Убрав руки в рукав грязного комбинезона и оттянув его насколько возможно, постарался взять кристалл. Вот только, стоило мне его коснуться, как тот мгновенно осыпался крошкой. Мелкие пылинки взметнулись вверх, и всё вокруг мгновенно погрузилось в темноту.

— Блеск… Просто блеск! Поздравляю, Виктор, ты уничтожил что-то непонятное, но точно очень ценное! — мой разочарованный шепот разошёлся слабых эхом.

И всё же это было странно. Не должны кристаллы элериума осыпаться… вот так! Никогда о таком не слышал и не видел! Ладно, что произошло, то произошло. Нужно выбираться из этого места и благо я видел слабый отсвет в углу помещения.

Приходилось тщательно следить, куда переставлять ноги, чтобы не споткнуться, и на ощупь хвататься за стены пещеры. Выход был недалеко, в него вполне боком мог протиснуться взрослый мужчина, и я поскорее поспешил наружу. Вот только… В момент, пока вылазил, почему-то словил дежавю, будто делал так не один раз — как-то я этой пещере же оказался, да? — но довольно часто. Было странное чувство, словно родное укрытие покидаю. Хрень какая-то…

Я обернулся напоследок и увидел, как в полной темноте пещеры герб Федерации на мгновения моргнул лазурным светом, как будто… прощаясь… или же обращая на себя внимание. Я протер глаза и посмотрел еще раз в ту сторону. Ничего. Кромешная тьма. Наверное, показалось.

Я снова направился к свету и уже почти было зашел в проход, когда вспомнил еще кое-что, отчего меня бросило в холодный пот… Точно!!! Там же меня должна ждать стая шакалов! Я быстро отшатнулся от входа и прижался к стене, прислушиваясь. Странно… Снаружи не рычания, ни воплей, ничего, только слабое завывание ветра.

Так, стоп! Разум постепенно возвращался ко мне, и я задрал разорванный левый рукав комбинезона. Мне же кость перегрыз шакал! Но… всё, что я увидел, это шрам на запястье, опоясывающий всю руку. Да, корявый, да уродливый, но на вид ему было уже, я бы сказал, год точно! А еще кость была цела и ни единым, самым малейшим дискомфортом, не напоминала о переломе!

Следующим я осмотрел разорванную ногу — такой же застарелый шрам, без малейших признаков воспаления. Грудь? Также шрамы, причем совсем старые.

Что за чёрт? Я бы сказал, что все это мне приснилось, но во всех этих местах, что я изучал, комбинезон был разорван и пропитан кровью. Моей кровью!

Еще одна страшная мысль пришла мне в голову, и я поднес к глазам многострадальный коммуникатор, что висел у меня на запястье правой руки. Пришлось пару раз по нему стукнуть и надеется, что он не развалится окончательно. Помогло. Пару раз моргнув, треснувший дисплей зажегся. На экране была дата: «26 марта 2244 года».

Я шумно выдохнул от облегчения. Ну, во-первых, это было общегалактическое дата и время. Как-то не было у меня времени, да и желания, переключать его на местное. Хотя, по факту, Скверна находилась на орбите, почти идентичной планете-праматери человечества — Земле, с которой и был взят стандарт времени. Кажется, здесь год был дольше всего на двадцать два дня. Кстати, сила притяжения была больше всего на 3 процента… Зачем мне эти воспоминания, ведь радовало меня другое. Судя по компьютеру, в отключке я был всего семь дней, а не год — как можно было предположить по заросшим ранам на моем теле.

Один за другим появлялись следующие вопросы. Почему я не умер от жажды? Почем шакалы не зашли внутрь пещеры? Что, вообще, со мной произошло⁈

Я прислушался к ощущениям. А ведь мне хотелось пить. Желание было еще вполне комфортным, есть же не хотелось совсем. Как будто, я просто проснулся утром, в обычной обстановке и всё, что мне сейчас нужно — это кружку крепкого ароматного кофе. М-да, Виктор, утренний кофе тебе точно не видать еще долго.

Однако, проблема нарисовалась сама собой. Рюкзак я потерял, а ведь в нем находилась и флага с остатками фильтрованной воды и двенадцать брикетов армейского сухпайка. Ну, кроме таблеток для обеззараживания, без использования которых местную воду — даже ту, что находится вне опасных зон условно-пригодна для питья, пить строго запрещалось.

Я снова уставился на древний коммуникатор. Выглядел он откровенно хреново еще в момент вручения его мне на борту «Астории» — огромного супер-грузовика Золотой Лиги, переоборудованного под некое подобие десантного корабля. Именно с борта этого и других таких же убогих корыт и начался путь таких же убогих людей на Скверну…

Так вот, возвращаясь к коммуникатору. В повышенном энергетическом поле элериума большинство электронных устройств не работало. Это сразу отметало использование энергетического оружия. Только холодняк и огнестрел. Только хардкор. Эти же коммуникаторы изготавливались