мне свою изумительную выпечку.
— Ой, Даня, а ты молодец!
— В каком плане, ма?
— Отец-молодец, — делится мама впечатлениями. — Дал мне двух хороших внучков. Славик такой миленький, такой тихий мальчик.
Степан добавляет задумчиво:
— Будто в душу глядит.
Я усмехаюсь:
— Вернее, в будущее. Лакомка со Светой должны были уже пояснить.
— Ага, что Провидец, — кивает Степан.
— Правда, загадка пока в том, насколько глубоко он смотрит. Он ещё мелкий, его образы неосмысленные, хаотичные. Читать его мысли сейчас смысла нет.
— Кушай еще пирог, сынок.
— Кофффе, мазака.
— Даня, а вот ту шарлотку я пекла…вернее, следила, чтобы ее правильно испекли.
— А зайца я поймала, Даня. Вместе с Красивой.
— Чья рецептура того энеркгококтейля, ты знаешь, мелиндо.
Кормят меня знатно. Не будь физиком, из-за стола бы встал с огромным кожаным мешком вместо живота. А так разогнал полезные вещества, ускорил метаболизм, и нет никакой тяжести.
Позже пересекаюсь с Лианом, и турбо-пупс сразу спрашивает:
— Ну что, как тебе в Херувимии, конунг Данила? Смотрю, ты обжился. В Прорыв ходишь как на прогулку в парке.
— Да, неплохо, — отвечаю. — Но мне пора возвращаться. Мы скоро покидаем эту резиденцию. Да и наша местная штаб-квартира будет скоро отремонтирована — туда и будем перемещаться.
У меня еще остались дела с Рвачами. На базе гвардейцев нахожу капеллан Рому:
— Ром, слушай, мне пора на Землю.
— Оу, брара, — растерялся капеллан. — А как же наше…ну, безумие?
— Я вам поставил ментальные блокады. Ваши психи сами не начнутся. Телепаты мои будут вас контролировать и регулярно проверять.
— Кто, брара?
— Менталисты. Но учти — вам опасно связываться с вражескими менталистами. Если кто-то из них снесёт вам блокады, вы устроите черти что, начнёте крушить всё подряд, и тогда последствия будут уже совсем другие.
Рома коротко кивает, подтверждая:
— Понял. Будем избегать столкновения с менталистами Демонами и херувимами.
— А если все же напоретесь на них, что сделаете?
— Отступим, — не моргнув глазом отвечает Рвач. — Для таких врагов позовем подмогу у брары Данила.
— Правильно мыслишь, капеллан, — киваю я. — Но всё же помни о правиле бутерброда.
— Бутерброда? — капеллан округляет глаза, явно не понимая, к чему я клоню.
— Ага. Смысл простой: всё, что может пойти наперекосяк — обязательно пойдёт. Главное — быть готовым.
— Учту, брара, — Рвач задумчиво склоняет голову, явно прокручивая в голове мои слова, будто они весомее любой проповеди.
Чего я добился в Херувимии? Узнал больше об Астрале, раздобыл тонны пурпурки, за которой гонятся шавки Горы, а еще выросло влияние моего рода. Теперь я — официальный член Совета Херувимии. У меня есть целая орда теневых зверюшек и скоро будет Исследовательский пункт в Прорыве. И в моём арсенале уже три Цветных меча.
Поможет ли это войне с Лордом Тенью? Лишним уж не будет, но одно точно: будь моя жизнь новеллой, я бы не дал теневику больше трех глав. Пора гаду ответить за весь вред, что он пытался нанести мне и моему роду.
Глава 8
Поболтав с Ромой, я возвращаюсь в резиденцию Организации. Домашние уже собрались, чемоданы загружены в кареты, вещи аккуратно упакованы, ждут только моего сигнала. Потеребив турбо-пупса по макушке на прощание, я запрыгиваю в карету, следом и родные подтягиваются. Кортеж едет на площадь, а оттуда через портал разбрасываемся по своим дислокациям. Лакомка отправляется в Молодильный сад, беря с собой Красивую — оборотница отвечает за безопасность главной жены. Я же со Змейкой направляюсь в Замок Дракона, к нам присоединяются и Бер и гомункулы из Морозной гвардии. Грандбомж тоже со мной, а то куда же его теперь девать? Ольга Валерьевна возвращается в Царство. Гюрза уходит в Багровые земли, Булграмму пора в Тавиринию.
Мама вместе со Степаном держат путь в Царство с Ольгой Валерьевной. При этом великая княжна сама выразила желание погостить у Ирины в Будовске. Сказала, мол, хочет обсудить поставки её ватрушек и улыбнулась как-то странно, с загадкой.
А вот Светка с малышами и Настей пока остаются здесь. Маленькой леди Лазурь нужна Колыбель, да и Славик привык к златокрылой соседке.
Кого я забыл? Ну, Золотого мы ещё раньше перегнали.
Остался в Сторожевом городе из моих разве что Спрут. Ну и Рвачи с частью гвардии, само собой. А Спрут пока остаётся с Габриэллой. На блондинку он хорошо влияет, да и ей скоро отправляться в экспедицию в Прорыв для выбора места под мой Исследовательский центр. Тентаклевая защита ей не помешает.
Кстати, с Габриэллой я договорился, что вакцину для дочки Эроса изготовит из пурпурки именно Лакомка. Но пока ничего не будем говорить лорду Краснопёрых, дабы не дарить ложные надежды.
Мы же со Змейкой, Бером и Грандбомжом прибываем в Замок Дракона. Тут вовсю кипит работа, стройка идёт полным ходом. Повсюду суета: подмастерья носятся с инструментами, рабочие возводят стены, каменщики и плотники спорят, кто сделает быстрее и качественнее. Меня встречает Венглад с поклоном и, как всегда, с подчёркнутой вежливостью:
— С возвращением, Господин Филин Драконовладеющий! Подготовить сауну?
— А давай, дружище, — киваю я, оглядывая происходящее. — И Змейку тоже надо отмыть.
— Всё устроим, — японец коротко глянул на Горгону, которая уже порывается разорвать на себе платье. Вон уже наделала дырки, в которых сверкает голубая кожа. На эту нудистку платьев не напасёшься.
Прохаживаюсь по стройке и успеваю переговорить с Кораблеоном. Этот остроухий — настоящий суперархитектор! Мы обсуждаем детали: как продвигаются работы, что успели сделать, где требуется помощь. Всё строится достаточно быстро, появляются даже неплохие заготовки будущих башен и залов. Весь этот грандиозный план нужен для одной цели — получить себе собственное королевство от рук Императора, чтобы уже не просто быть королём по титулу, а иметь реальную земельную основу по эту сторону порталов и Аномалий.
Позже слуги зовут меня в сауну. Раздевшись в предбаннике, захожу в парную с японской деревянной купелью. И прямо в купели, в неглиже, сидит Змейка. Хищница в обманчиво миловидном облике поднимает на меня глаза, чуть склоняет голову набок и смотрит пристально, в упор сканирует:
— Маззака… голллый, уррр.
Я хмыкаю и выхожу, крепко захлопываю за собой дверь, чтобы жар не уходил.
В раздевалку как раз заглядывает Венглад, любящий всё проверять самолично. Он смотрит на термометр и с недоумением застаёт меня:
