дядя Дэймон тоже сдал. Ему предрекают не больше полугода. Если бы не вмешательство иномирцев, то он бы покинул наш бренный мир еще до того, как окончилась бы Великая Сотня.
— Всё настолько плохо? — с ужасом расширила глаза Сиана. — Почему ты ничего не сказала, несносная рептилия⁈
— А что бы ты сделала? Исцелила бы их? Но это невозможно! — огрызнулась беззлобно горгона, но завидев горечь на лице у собеседницы, угрюмо кивнула сама себе. — То-то же, курица. Поэтому меня начинает пугать то, что он может сделать, когда узнает об истинном положении дел Хаззаков.
— Но ты же не об этом хотела переговорить, не так ли? — быстро догадалась феникс, чуя скрытую подоплёку в речи дочери Данакта. — Обереги, не так ли?
— Я всегда догадывалась, что Ранкар не в себе, но то, что я узнала от отца повергло в шок, — как на духу выпалила Кайса, брови девушки взлетели вверх и она резко подалась ближе к Сиане. — Наш мир напрочь свихнулся! Как Ранкар умудрился бросить вызов оберегам? Причем ЧЕТВЕРЫМ сразу! Как смертный будет сражаться с божеством? КАК⁈ И как обереги пошли на такое⁈ Но всё это меркнет и бледнеет пред тем, что я увидела сегодня. Ты слышала в какой манере он говорил с Темидой? Как он отзывался о других богах? Мало того, что он их всех ненавидит, так еще и спокойно оскорбляет. И что сделали отмеченные? Ничего! Что сделала богиня Справедливости? Прилюдно поощрила и приняла его сторону! Уже это говорит о многом! Знаменитые предводители служителей просто стояли и смотрели, как убивают тех, кто испил кровь бога и как оскорбляют их хозяев! Да и легендарные бессмертные подохли как какие-то бродячие собаки. Он же их на куски нарезал как обыкновенный скот.
— Как раз-таки отношение Темиды к Ранкару меня и озадачило, — задумчиво прошептала Созвездие. — Она не злилась на него и даже больше — поддержала его. В этом что-то кроется. В одном ты права… среди оберегов раскол. Богиня Справедливости не особо и помогает Аресу и Танатосу.
— Именно! — припечатала нещадно Кайса, сердце которой бешено колотилось. — Об этом знают немногие и этим необходимо пользоваться. Грядет нечто, что перевернет с ног на голову всё Вечное Ристалище. Хочешь верь, хочешь нет, курица, но дело пахнет чем-то пугающим и необъяснимым. Мне страшно представить, что случится через год. Да уже через несколько месяцев вспыхнет хаос, когда весь мир узнает, что бог будет сражаться против смертного.
— К чему ты клонишь, рептилия? — нахмурилась феникс.
— Обереги враждуют и заключают союзы. Владыки Инферно тоже враждуют друг с другом, но под пятой Ранкара ведут себя тихо. Мир меняется и трещит по швам, Сиана, — впервые за долгое время дочь Данакта назвала Созвездие по имени. — Пора меняться и нам. Либо мы придерживаемся былых заветов и стоим на месте, либо принимаем грядущие перемены и идём вперед. Выживает только два вида существ — самые сильнейшие и самые приспособленные.
— Хочешь сказать, что пора нам окончательно принять сторону? — с подозрением вопросила Сиана.
Однако вместо прямого ответа дочь Данакта тихо произнесла:
— Ты в курсе, что мой вассал Эйсон Август тоже отрёкся, а перед этим покинул академию? Он разорвал все отношения со своим наставником Огненной Кометой Аххеса.
— ЧТО⁈ КОГДА⁈
— Да, — спокойно кивнула горгона. — Отрекся он совсем недавно с помощью Имании. А о разрыве отношений с Матиасом Аннаком знают уже всё. Если молва не врёт, то прежде, чем уйти у Эйсона с ректором академии произошла стычка. Так или иначе парень, как и Илай, уже принял сторону. И ты прекрасно понимаешь, какую именно. Все те разумные впереди тоже сделали свой выбор и приняли нужную сторону. Да, многие из них сделали это неосознанно, но считаешь, моя сестрёнка просто так хочет занять место наложницы и получить ребенка от него? Да она бы ни в жизнь не отказалась от реликвии Ушедших Эпох. Никта, старая карга, весьма прозорлива и уже очень давно правит Танебрисом. Плюс тебе прекрасно известно, что Танебрис оплот отрекшихся. А хитрожопая альсеида? Думаешь, королева Фронтира дура? Она намеренно готовит почву под грядущие перемены, и она одна из тех, кто многое знает об оберегах. Да Тэя же специально хочет подложить Велесту ему в постель. И это я молчу о том, что Ранкара поддерживают лояльные владыки Инферно и хранители соседних мирозданий. Я согласна с тем, что очень многого мы не знаем, но действовать необходимо уже сейчас.
Слова горгоны эхом отзывалось в разуме у древнего феникса, но чем больше говорила Кайса, тем более отчетлива вырисовывалась перед Сианой картинка будущего. Ужасающего будущего, где Ранкар выходит победителем, а если он одолеет минимум одного из оберегов, то Вечное Ристалище никогда не будет прежним. Баланс сил в мире пошатнётся.
— Ты хочешь стать под знамёна Ранкара, да? — прошептала Сиана, вновь поднимая глаза на дочь Данакта. — Но в качестве кого?
Вопрос феникса поставил горгону в некий тупик и под пологом тишины образовалась гнетущая тишина, но когда заметно смущенная Кайса открыла рот, то Созвездие дома Аванон уже всё прекрасно осознала.
— Я ничуть не хуже Серинити и не хуже Дианы Иллион с той альсеидой. И будем честны с собой, Сианы, — загадочно улыбнулась девушка. — Нам обеим рано или поздно придётся искать мужей. Без этого не обойтись. Наши родословные не имеют право пропасть зря и кануть в небытие. Так зачем искать кого-то на стороне, когда есть прекрасный кандидат.
— А ты не забыла, что помимо тех, кого ты упомянула есть еще небесная воительница, ради которой он рисковал жизнью на Великой Сотни. И по слухам в Инферно у Ранкара имеется некая могущественная Верховная, которой может не понравится твой замысел. А ведь еще и сам Ранкар должен изъявить хоть какое-то согласие.
— Риск дело благородное, курица, — пожала плечами Нефрит Ксанта.
— Но ты же понимаешь, если он проиграет оберегам, то мы лишимся всего? Уже то, что Ранкар будет с ними биться вызывает ужас и трепет. Он станет первым смертным за последние четыре тысячи лет, кто отважился бросить им вызов.
— Кто не рискует, Сиана, тот ничего не получает, — с пугающим спокойствием заключила Кайса, прикрывая веки и протяжно выдохнув, шагнула за пределы полога тишины. — Да и подводил ли Ранкар нас когда-нибудь? Я вот не припомню. Но за поддержку и помощь он платит в стократном размере…
* * *
Альбарра. Аххеский пантеон.
Земли великого дома Аванон.
Твердыня великого дома Аванон — Равайн.
Западное крыло дворца.
Общий зал.
Сумерки полностью сгустились за окнами, а ночь окончательно овладела твердыней
