сотрясение, ничего смертельного.
— В следующий раз сообщайте мне, — делаю замечание. — Я без всяких «бумов» его усыплю. А то у вас кулаки тяжелые. Чуть переборщите — и капут.
— Хорошо, Посланник, — кивает Бис.
Вообще у рептилоидов к орнитантом довольно смешанные чувства. С одной стороны, бешраны поклоняются птицам. С другой, орнитанты, хоть и произошли от птиц, но сильно отличаются от пернатых предков по внешнему виду. От птиц у них остались только перья на голове, и это создает у рептилоидов ощущение, будто орнитанты издеваются над их предметом поклонения. Поэтому пернатые люди вызывают у зеленых громил неприязнь.
До портального зала нам остается лететь несколько минут, когда я ощущаю сильное волнение своих жен. Моментально проникаю в их мысли и погружаюсь в атмосферу. Мои перепончатые пальцы! Несколько пленных магов вздумали взбунтовать, да еще попробовать захватить моих благоверных в заложники. Хе, забавная ситуация. Заложники пытаются взять заложников. Смешно-о-о-о. Аппетиты велики, да зубы малы. Но точкой кипения для меня становится, когда моей жене кричат: «Не рыпайся, обезьяновидная, а то проткну воздушным дрыном».
Зато появляется возможность испробовать браслет Горнорудовой в режиме удаленки. Мигом активирую Жартсерк с Чихающим Черепахом, и контрольный мне зверь пробуждается в голове блондинки. Быстрое выполнение техники. Светка чихает с такой силой, что одним мощным импульсом сбрасывает всех бунтарей в пропасть.
— Мамочки! — офигевает блондинка, почесывая покрасневший носик. — Вот это я дала!
— Что это было, Свет⁈ — волнуется Камила, округлив глаза.
— На аллергию не похоже, — Лена как всегда ищет логическое объяснение. — Неужели и у тебя второй Дар пробудился?
— Нет, это…апчи-их! — Светку снова пробирает, и от нее тут же все отшатываются просто на всякий случай, а то вдруг снова как ипанет. Но нет, это всего лишь остаточный эффект от техники зверя. Я ведь уже «выключил» Черепаха. — Апчих…Это…Пчих…
При каждом новом «чихе» жены и «тибетчики» вздрагивают. Я даже специально создаю у Светы пару легких чихов. Знаете ли, очень весело наблюдать за испуганными лицами соратников. Даже Великогорыч перекрестился на свой манер — погладил обломки рогов. Я не сдерживаюсь и похихикиваю, и летящие рядом рептилоиды удивленно на меня поглядывают.
— Не удивлюсь, что это Филинов учудил, — Фирсов своим ворчанием попадает в самую точку. — Леший его знает как, но не удивлюсь.
— Нет, командир. Это не дорогой, — возражает Веер, глядя как чихает блондинка. — Готова поспорить. Если выиграю, то ты снимешься в моем новом фильме в эпизодической роли моего слуги.
— Наемница, — пренебрежительно фыркает Фирсов. — Вашей породе лишь бы на всякую фигню спорить. Я пас.
— Я готов поспорить, что это Филинов, — встревает Шаровой. — Этот парень нам всегда врагов не оставляет. Жадный он больно. А вообще согласен на роль. Но если проиграешь, то засосешь Филинова в губы, сразу как увидишь. Вот прям едва только он залетит обратно, чтоб офигел конекретно.
— ОГО! — восклицает Мерзлотник.
— Идет! — не раздумывая азартная полька протягивает старому молниевику руку.
Камила с Леной смотрят на Веер с удивлением. Какие ставки! Какие страсти! Но наемница-актриса не намерена сдаваться. Они с Шаровым скрепляют пари рукопожатием, а затем смотрят с ожиданием на бывшую Соколову. Блондинка уже закончила «апчихать» и вытирает платком слезки с глазок.
— Да, это Даня! — наконец кивает Светка, и Веер удивленно роняет нижнюю челюсть:
— Да как так⁈ Да не может быть!
— Неважно уж как, — фыркает Шаровой, усмехаясь от уха до уха. — Это уже семейные тайны, туда мы лезть не будем, а то Филинов еще запишет нас в свои враги. Готовься выполнять пари, Ковальски.
— Раз проспорила, то выполню, — раздраженно отвечает Веер, а сама уже достает из кармана разгрузки освежающий спрей для рта со вкусом мяты.
А я, наблюдавший всю эту сцену глазами Светы, невольно притормаживаю в полете. Мои перепончатые пальцы! Вот чем они занимаются, пока я устраиваю диверсии в стане орнитантов. Совсем с ума посходили от безделья!
— Посланник Птицы, что случилось? — оборачиваются бешраны.
— Гюго и Ниго, возьмите-ка золото, — передаю контейнер рептилоидам, а то в самом деле, чего это я один его таскаю. — Возвращайтесь на базу, а я пока наверну еще один кружок вокруг дворца.
И улетаю проветриться. Не помешает перед тем, как Веер кинется меня встречать.
* * *
Ристалище, Королевский дворец Авиарии
— Герцог Алансо, тревога! Маркиз де Блан захвачен иномирянами! Теперь вы регент. Мы ждем ваших приказаний, — в низком поклоне склоняется капитан дворцовой стражи.
— Что⁈ — взвизгивает герцог, которого застали врасплох в ложе высших аристократов. — Я не хочу быть регентом! Уже двух похитили передо мной, считая короля! Вы что, моей смерти желаете⁈
— Ни в коем случае, — отрицательно качает головой капитан. — Но вы влиятельнейший аристократ после де Бланов. Кто же будет регентом, как не вы?
— Да…да хоть бы герцог Мирсан, — сразу же переводит герцог стрелки, кивнув на соседа.
Полный господин в летах как раз ел виноград с серебряного подноса. Услышав свое имя, он подавился виноградиной и громко закашлялся.
— Господа, побойтесь небес! Какой из меня регент⁈ — Мирсан решительно идет в отказ. — Я старый больной человек. Мне не до регентства. А вот маркиз де Лонсье…
— Простите, господа, у меня прихватило живот. — упомянутый Лонсье вскакивает и стремительно покидает ложу. — Подождите несколько минут. Сейчас вернусь.
Согласно кивнув, капитан и остальные герцоги молча наблюдают за ристалищем. Завалы рухнувшей королевской ложи уже разгребли, но теперь, понятно, не может быть никакого праздника. Да и больше некому пускать пыль в глаза: растрепанные и злющие ликаны уехали, напоследок пообещав орнитантам «большие проблемы».
Вскоре откуда-то из-под трибун доносится крик Лонсье:
— Запрягай коней! Мы покидаем этот дерьмовый дворец! Пускай они сами дохнут!
— Хм-хм, думаю, маркиз де Лонсье покинул нас с концами, — равнодушно замечает капитан.
— Мм, а давайте обойдемся без нового регента, — предлагает герцог Алансо. — Вот вы, капитан, возглавляйте оборону дворца как возглавляли, да и всё. А королевские дела подождут возвращения короля.
Герцог Мирсан кивает, соглашаясь.
— Я сделаю всё, что в моих силах, — хмуро сообщает капитан. — Но я, боюсь, сил этих недостаточно. Иномирянин-менталист разбил Вихрей, захватил самых влиятельных лиц королевства, а также окончательно рассорил нас с ликанами, вырвав их золото прямо у нас
