и Жлобер, – строго назвал их по фамилиям Бадди, ведь через его руки проходили документы на весь персонал базы, в том числе и на новичков.
Стажеры переглянувшись, остановились.
– Просто немного уважения, господа. Немного уважения. Свободны!.. – пророкотал, как ему показалось, Бадди и пошел прочь раскачивающейся походкой, как бывалый матрос. Ну, или кто-то такой.
Ему даже показалось, что он стал выше сантиметров на пять. Да что на пять? На все десять.
Понимая, что ему смотрели вслед, Бадди продержался до поворота и только там «сдулся», чувствуя головокружение от недостатка кислорода. Оказалось, что он вовсе не дышал, пока пребывал в этой паузе величия.
«Надо быть осторожнее,» – подумал Бадди делая заметку на будущее. Затем взбежал по короткой лесенке, толкнул дверь отдела и спугнул пару «бабочек», поправлявших что-то в своей оснастке.
– Ой! – воскликнула одна. – Я думала какой-то мужик!
– Нет, это Бадди, – успокоила ее другая.
«Я вам покажу мужик – не мужик,» – подумал тот мстительно нахмуривая брови, как делал один из его любимых киногероев. И сходу упав на офисное кресло открыл потайное окно, принявшись решительно набивать текст.
«Здравствуйте, дорогой мистер… Нет, не так. Шеф, довожу до вашего сведения, что… Нет, это тоже не годиться. Нужно нейтрально. Так будет выглядеть более профессионально и хладнокровно.»
И Бадди принялся расписывать, про то, что у лучшего ученика Марка Бачинского теперь самый новейший «мусорщик» и что все сторонние наблюдатели оценивают это, как правильное решение, поскольку Майк Догерти хорошо проявил себя в ученический период и достиг производительности не хуже некоторых опытных пилотов.
В «казармах», где базировалась основная часть пилотов сектора, за такое же судно устроили драку – в прямом и переносном смысле, поэтому администрации в спешном порядке пришлось организовывать что-то вроде выборов вперемешку с лотереей. В результате, в последний тур вышли сразу трое.
Вместе с тем, пилоты создали особый комитет, чтобы выяснить каким образом Бачинский сумел выбить целых два новых судна. И не использовал ли при этом незаконные методы.
Правда, в комитет вошли только алкоголики, которые годами не могли подняться с начальной четвертой категории пилотов и еще пара середнячков по выработке.
Бадди высказывал мнение, что этот комитет схлопнется безо всяких результатов.
Он так увлекся составлением донесения, что не успел среагировать на появление Изольды со свежим макияжем.
Если бы не видеочип, сменивший окно на мониторе при появлении постороннего, Бадди грозило полное разоблачение, однако Изольда увидела лишь знакомые таблицы сезонных расчетов.
«Уф!» – про себя произнес он, любуясь походкой Изольды, лавировшей между столами в тесном помещении отдела. Потом вернулся к тексту донесения.
Ну, вроде бы все упомянул, в том числе и про стажеров из механического цеха. И еще про обновление в электроцентрали и о заявке на новый радарный контур.
Иногда Бадди казалось, что он слишком многословен, ведь в кино шпионы составляли очень лаконичные тексты, а у него вон, целые повести получались. Однако, когда он пытался уточнять – не слишком ли много в донесении подробностей, куратор отвечал коротко – «норм.»
Это обижало Бадди. «Ну, как можно, так сухо отвечать, мистер Флексит, вы ведь с людьми работаете!» – так и хотелось ему сказать своему куратору, но он, конечно, держал эту фразу при себе. Иначе прощай съемная квартира с тайным гардеробом.
11
У Харви Флексита хватало и других проблем, однако сегодня он позволил себе лишнего, решив сопроводить груз до самого конца маршрута.
Правилами это строго воспрещалось и наказание за их нарушение было однозначным, однако сомнения подтачивали Харви все сильнее, очень уж ему не нравился вид того груза, который помимо наркотиков и разных химических чудо-препаратов прибывал на Лиму.
С «химией» понятно, она была очень продвинутой и могла из пластикового мусора сделать бодрящие таблетки для сбыта в клубах, однако кроме этих пакетов Харви приходилось видеть и то, что по его мнению, являлось основным предметом контрабанды.
Вскрывать защитные мембраны боксов также строго запрещалось, однако прорываясь через заслоны пограничных перехватчиков и становившихся все более опасными «мусорщиков», контейнеры часто получали серьезные повреждения, которые усугублялись при неполном срабатывании скоростных парашютов. И тогда, согласно тем же строгим правилам, Флекситу приходилось уничтожать груз с помощью термической взрывчатки.
После температуры в двенадцать тысяч градусов от него ничего не оставалось, однако до этого Флексит успевал разглядеть все, что разглядывать было нельзя и делал беспокоящие для себя выводы.
Пришлось даже покопаться в каких-то архивах, что не особо помогло, ведь образование свое он закончил где-то в шестом-седьмом классе, прежде чем впервые присел по «малолетке».
Немного помогли образовательные программы и поисковые системы, а еще Харви инкогнито посетил один малоизвестный бар, где встретился с экспертом, которому показал фрагменты видео и фотосъемок.
Ничего конкретного этот седоватый парень ему не сказал, хотя и честно «морщил лоб».
– Думаю, что это произвели не на Лиме, – сказал он уверенно.
– А где? – сыграл дурачка Флексит, почесывая подбородок с приклеенной бородкой.
– Не у нас. Ну, вы понимаете…
– Понимаю. А так по внешнему виду, что это может быть?
– По внешнему виду, это похоже на составной элемент какого-то большого сборного массива. Емкостного, если вам это о чем-то говорит.
– Не говорит, уточняйте, – потребовал Флексит помня о вознаграждении для этого умника, которое тот затребовал во время предварительных переговоров по одноразовому диспикеру.
– Ну, вот тут и тут видны зоны похожие на присоединительные порты. То есть, из таких элементов собирает нечто большое.
– Что именно?
– Ну, может быть какой-то накопитель энергии.
– Какой энергии? – не отставал Флексит, придерживая пухлый конверт с наличностью, на который эксперт, время от времени, бросал алчный взгляд.
– Не электричества, конечно. Гравитационной, гамма-магнитной, это в планетном спектре, далее – позитрон-би, кванто-плюс, кванто-нейтрал…
– Стоп-стоп, что ты сказал про планетный… это самый?
– Спектр?
– Да.
– Гамма-магнитная энергия поддерживает структуру планеты. Это ее, как бы несущий столб.
– То есть, если такую батарею соорудить и как-то использовать, то столб этот может и не выдержать?
– Да. Не потребуется даже постоянного воздействия, достаточно краткого импульса дальше все само посыплется.
– А как это будет выглядеть? Вспышка? Взрыв?
– Ну, что вы, – отмахнулся эксперт, бросив взгляд на сцену, где на шесте крутила пируэты длинноногая девица. – Нет, разрушение планеты будет происходить постепенно, в течение года, может быть – двух. Изменения погодных параметров, усиление ветров, приливов-отливов, истончение атмосферы.
Услышав все это Флексит кивнул и толкнул к эксперту заслуженный конверт с наличностью.
Тот его сейчас же смахнул и покинул бар, несмотря на то, что в программе ожидался главный номер со стриптизом.
Харви вышел спустя полминуты после него,
