выход!
Едва отогревшиеся в относительном тепле юноши и девушки снова выбрались на свет божий. Погода, смилостивившись над детьми, перекрыла кран и выключила ветродув: в небе застыли высокие тучи, казалось ещё пара минут, и Аврора подарит страждущим свои яркие лучи и хотя бы намёк на потепление. Но кицунэ, и летуны, прекрасно видели – это только передышка, и через несколько часов все прелести непогоды снова дадут о себе знать.
С немаленькими рюкзаками за спиной, испытуемые снова зашагали в неизвестность, причём группа очень быстро распалась: каждый наставник повёл свою команду отдельным маршрутом. Хоть они и были точно рассчитаны по длине и сложности, но наивно было бы полагать, что все доберутся к точке сбора в одно время. Лис и Лисичка, Хакура и Лесавесима, просто всё время находились рядом, следя каждый за своей командой, пока девчонки и мальчишки, прогибаясь под ношей, переставляли ноги, двигаясь вроде как прямо вперёд. Длинные маршруты, как четыре острые грани наконечника копья соединялись аж в двадцати километрах от места начала второго этапа этого бесконечного марш-броска…
Никаких команд на привалы, никаких перекусов, никакой возможности полежать хоть пять минут на коврике, что рулоном приторочен к каждому рюкзаку. Малышев и Чёрный по очереди тащат в дополнение к рюкзаку ещё и отнюдь не лёгкую палатку – как истинные джентльмены они стараются не нагружать дам, но идущая налегке летунья не даёт спуску. Тяжёлый балласт приходиться попеременно нести и представительницам слабого пола, хорошо ещё, что нет возражений против помощи, так что, получается карусель: сначала Саша, потом Николай, затем пара девушек, а ещё одна красавица «отдыхает», неся только рюкзак. Потом снова юноши, и уже «отдохнувшей» приходиться впрягаться в импровизированные носилки, то есть, попросту браться за транспортную петлю.
Километры тянуться, как резиновые. Рощи, овраги, на склонах которых приходиться съезжать вниз на собственном заду, а потом карабкаться вверх, впиваясь пальцами в грязь. Быстро сообразили сделать себе помощников: срубили топором орешник, и короткие, остро отточенные колья, вонзаемые в перенасыщенную влагой землю, помогали не соскальзывать вниз снова и снова, и, соответственно, не тратить силы на повторные заходы…
Это уже была настоящая круча! Если Хакура просто совершил короткий перелёт, то команде пришлось спускаться по практически отвесному склону, а в их группе, как назло, единственный парень. Да и Костя, если честно, богатырским сложением не вышел: не хлюпик, но все девушки выше его, вынослив, но запас прочности отнюдь не бесконечен.
Колосов честно отработал спуск. Держал натянутой верёвку, пока девчонки, одна за другой, скользили вниз, потом, один за одним, опускал в зев страшной промоины в земле тяжёлые рюкзаки, и когда настал его черёд окунуться в темноту оврага, натруженные руки не выдержали. Как тело, лишившись опоры, заскользило на листве по грязи вниз, видели прекрасно все. Юноша в отчаянии пытался сначала схватиться за предательски скользкую верёвку, потом тормозил ногами, но ускорение в конце было слишком большим – удар, кувырок, и бедолага оказывается по уши в ледяной воде. И хотя огненный дракон тут же вытащил Костю из быстрого течения, продвижение стало под вопросом: ушиб икры левой ноги.
– Вызвать помощь? – Хакура не на шутку встревожился, чувствуя, что скорчившийся от боли кандидат ничуть не симулирует.
– Нет, – сцепив зубы, ответил тот, – сейчас пойду…
Когда юноша, мокрый и грязный от подошв ботинок до макушки, снова поднялся, и, взвалив рюкзак на плечи, ступил на шаткий мостик, перекинутый через поток, никто не поверил своим глазам…
У каждой команды свои сложности на определённых участках, и третьей попались густые заросли молодых деревьев. Пришлось идти согнувшись в три погибели, постоянно припадая к земле, чтобы оставить очередное переплетение ветвей над головой. Мышцы спины уже разламывались от напряжения, но Сорокин упрямо шёл дальше, увлекая остальных, да ещё и таща на импровизированных волокушах палатку. Девчонки, как могли, помогали своему старшему протаскивать дополнительный груз через заросли, а когда юноша совсем выдыхался, брались сами. Но тут возникала проблема: Валя, итак тормозящая команду, часто просила остановки, и темп продвижения падал, чем дальше, тем больше, к тому же, и Логинова стала сдавать.
Афалия только фиксировала результаты, скользя вроде как в сторонке рыжей тенью между облетевших деревьев. Её присутствие выдавал только шорох пожухлых листьев, треск попавшей под ногу веточки, да короткие переговоры по радио, когда плутовка докладывала в координационный центр текущее положение вещей.
Когда с момента старта из тёплого хранилища сена прошло три часа, Шипинь свалилась окончательно. Девушка уже едва плелась в хвосте команды, часто теряя в зарослях ушедших вперёд друзей, но ноги уже подкашивались, и она просто опустилась на мокрую подстилку из умерших листьев, не сняв рюкзак, упёрлась им в ствол молодого каштана.
– Сдаёшься? – Инструктор задала вопрос абсолютно нейтральным тоном, ни издёвки, ни сочувствия, просто вопрос.
Они уже шесть часов на ногах, из них два – бег, и Валентина отчаянно хлестала кулаками по бёдрам, пытаясь вернуть чувствительность одеревеневшим мышцам, и, как заведённая игрушка, рычала:
– Сейчас встану… сейчас встану…
И снова упорство взяло верх над малодушием, над желанием махнуть на всё рукой…
Лис пятнышком солнечного настроения скакал по тропинке, среди угрюмой серости наступившей зимы, не скрывшей снегами грязи и разрухи увядшего под холодами и дождями леса. Главной причиной веселья были кислые физиономии кандидатов, а объектом забав инструктора стали большие белые, благородные, как ещё их кликали, грибы. Уже пропавшие, они не представляли никакой пищевой ценности, разве что, если какой-то смельчак решиться сделать себе промывание желудка, методом отравления собственного пищеварительного тракта – после откушания такого деликатеса сутки из-за кустов не вылезешь точно!
Но снаряды из них получались неплохие. Элан палкой, словно клюшкой, сшибал с ножек шляпки, и, если те только не рассыпались сразу же от удара, смешно кувыркались в воздухе.
Выцеливая очередную жертву, аж дёргая хвостом от нетерпения, он подтрунивал над ползущим караваном:
– Веселей, народ! Сегодня у вас самый счастливый день в жизни – если кто плюхнется в обморок от усталости, то будет сервис по высшему разряду! Вертолёт, палата с чистыми постелями, где вкусно накормят, согреют, и спать уложат…
Свист палки, глухой удар, и очередной гриб стрелой летит по параболе, разбиваясь о ветви берёз.
– Блин! – Комолов в сердцах пинает бугорок листвы, и та разлетается во все стороны стайкой неведомых птичек, и тут же прячется среди легиона собратьев, устлавших стылую землю, – Мы тут уже были!!!
– Верно! – Теперь уже не без злорадства замечает инструктор, – Наконец-то вы сообразили, что сделали крюк! Поздравляю!
Никто не давал отдохнуть кандидатам, и постоянная необходимость ориентироваться на
