без посторонней помощи. Ещё раз кланяюсь:
— Спасибо!
Выезжаю из двора и направляюсь к нужным воротам. Махина дворца остаётся за спиной, но обернуться не тянет — это место столько лет было моей тюрьмой, что грусти совсем не испытываю. Зато внутри меня расцветает робкая надежда на то, что я смогу изменить распланированное дядюшкой будущее.
Мимо стражников на воротах проезжаю с опаской и внутренним трепетом. Но всё получается так, как и говорила Аима: они проверяют приезжающих, а на тех, кто спешит покинуть город, особого внимания не обращают.
Выехав на дорогу, пускаю лошадь в галоп. Будоражит мысль, что наконец-то я хоть немного смогу побыть свободной.
Глава 4
У постоялого двора спрыгиваю с лошади и бросаю медную монетку подбежавшему мальчишке. Он её ловит и сгибается в поклоне:
— Коня вашего напою и торбу овса ему дам, не извольте волноваться.
— Благодарю.
В этот час на постоялом дворе тихо. Расположен он на перекрёстке вдали от деревень, и по рассказам Аимы я знаю, что здесь останавливаются в основном те, кто либо желает пообедать, либо переночевать перед тем, как въехать в город. Время обеда ещё не пришло, караваны, как и купцы, прибудут ближе к вечеру, так что тишина не настораживает.
Толкаю массивную деревянную дверь, она на удивление легко открывается, и я захожу внутрь.
У порога застываю и осматриваюсь. Хозяин за стойкой неторопливо протирает стаканы, а в зале всего семь человек. Один из столиков занимают воины. Судя по отсутствию клановых нашивок, явно наёмники. За столом у окна цедит какой-то напиток дед в лаптях.
А вот и нужный мне мужчина в синей шляпе с пером, он расположился в углу, подальше от остальных посетителей. Направляюсь прямиком к нему. Сперва присаживаюсь за столик, а уже потом представляюсь:
— Меня зовут Саэн.
Он кивает:
— Приятно познакомиться. Меня зовут Хант. Плата внесена, поэтому я к вашим услугам.
Теперь, когда его лицо не скрывает широкополая шляпа, удаётся рассмотреть, что моему проводнику около сорока лет, и судя по шрамам на лице, рукам и по рукояти меча, торчащей из-за пояса, ему довелось участвовать в схватках.
К нашему столику подходит девушка лет двадцати в фартуке подавальщицы. Она надувает губки и томно интересуется:
— Подать вам чего-нибудь?
Выехав за ворота, я успела оценить и пирожки, и морс из корзинки, что для меня собрал Игнат, так что голода пока не чувствую. Но Аима советовала закупиться припасами именно в этом месте, поэтому по памяти диктую:
— Мне с собой флягу кваса, копчёную курицу, вяленое мясо, каравай хлеба, круг колбасы и десяток яблок.
— Слушаюсь, госпожа. За всё один серебряный.
— Держи, — кладу монету на стол.
Девушка ловко хватает её и засовывает в карман передника, кланяется, давая нам с Хантом полюбоваться содержимым декольте, и уходит.
За нашим столиком воцаряется молчание. Проводник его нарушать не спешит, я молчу тоже — чем меньше буду говорить, тем меньше шансов проколоться на какой-нибудь ерунде. Хоть Аима меня и тренировала во время наших вылазок в город, но я понимаю, что быть и притворяться — разное. Именно поэтому мы обговорили, что я буду выдавать себя за знатную даму, которая отправилась в Клан Незримых Тайн, чтобы узнать, получится ли у неё завести ребёнка и что именно для этого нужно сделать. Потому что если речь ещё как-то можно имитировать, то постоянно сгибать спину у меня точно не выйдет, да и руки мои слишком ухоженные для простолюдинки.
Подавальщица возвращается спустя десять минут и протягивает мне корзину:
— Всё, как договаривались, госпожа.
— Спасибо.
Поднимаюсь с места. Хант тоже встаёт и прихватывает с пола два объёмных дорожных мешка. Мы отвязываем наших лошадей от коновязи и отправляемся в путь.
Через полчаса езды позади нас слышится топот нескольких лошадей. Дорога каменная, поэтому звук подков разносится на большое расстояние. И судя по этому звуку, нас кто-то нагоняет.
Проводник тревожно оглядывается:
— Вы зря показали кошелёк на постоялом дворе. Как бы наёмники не соблазнились на лёгкие денежки.
Деланно пожимаю плечами, а когда Хант отворачивается, немного отстаю и тихонько шепчу:
— Тень, проверь.
Спустя пару минут ритм звука позади нас меняется — словно что-то случилось и преследователи резко разъехались в разные стороны. Чувствую холодок у уха и слышу тихое:
— Проводник был прав. Я решил проблему.
— Спасибо, — так же тихо отвечаю я.
Хант озадаченно оглядывается, но ничего не говорит.
Молча едем ещё четыре часа, затем останавливаемся на привал. Перекусываем, посещаем кустики и продолжаем путь.
Ночуем на постоялом дворе. Я прошу принести в номер бадью с горячей водой и ужин, затем киваю Ханту и ухожу к себе. Утром мы продолжаем двигаться к нашей цели.
Следующие дни похожи между собой словно близнецы. Виды плавно перетекают один в другой, реки и долины сменяются горами, но в остальном всё проходит однообразно: ранний подъём, завтрак, затем едем до полудня, обедаем чем-то, что не нужно греть, и вновь продолжаем путь; вечером добираемся до постоялого двора, я прошу принести в мою комнату воду и ужин; смываю дорожный пот, ем, ложусь спать. А утром всё повторяется по новой.
Мой спутник оказывается идеальным во всех отношениях: с разговорами не пристаёт, рот открывает только затем, чтобы объявить привал; рассматривать меня не пытается; неприличных знаков внимания не оказывает. Так что когда мы добираемся до ущелья, перегороженного высокими каменными воротами, преграждающими путь в земли Клана Незримых Тайн, протягиваю ему золотой:
— Спасибо.
Он забирает денежку и кланяется:
— Дальше я вам помочь не могу. Никто не знает, по какому принципу люди Клана Незримых Тайн пропускают посетителей. Но я могу вместе с вами подождать, а в случае чего и отвести вас обратно.
Ответить не успеваю, потому что огромные ворота бесшумно распахиваются и из-за створки выступает парень лет двадцати. Он низко кланяется:
— Госпожа, вас уже ждут.
Киваю на прощание проводнику и заезжаю внутрь.
Глава 5
Глава 5
Если бы это был любой другой клан, я бы постаралась убедиться, что ждут именно меня, а не какую-то другую девушку. А так просто дожидаюсь, пока парень запрыгнет на лошадь, и следую за ним.
За воротами пару минут пробираемся по узкому проходу между скалами, затем въезжаем в новые ворота и попадаем в просторный двор с величественной каменной крепостью. По двору снуют воины в латах с меткой клана и слуги. Нам с провожатым достаются любопытные взгляды, но расспрашивать или останавливать нас не пытаются.
Проезжаем крепость насквозь, и
