Ознакомительная версия. Доступно 41 страниц из 269
за его глазами. У нормального человека радужка через некоторое время после остановки сердца обязательно начала бы тускнеть.
Лис лежал, его грудь не вздымалась. Дыхание отсутствовало. А вот глаза уставились на меня немигающим взглядом, и залившая их угольная чернота никуда не исчезла.
Во мне росло желание зажмуриться и подождать. Глядишь, секунда-другая, и мрак уйдет из глаз поверженного врага.
Из оцепенения меня вырвал град бешеных проклятий и бессвязных выкриков. Я повернулся в другую сторону.
Троица стариков билась с бородатым, и тот легко расшвыривал противников, то и дело отлетавших в остатки разбитой мебели. Впрочем, к облегчению Дэннила, повредить обстановку зала еще больше падавшие тела уже не могли.
Легко восстановив старые навыки, я ринулся в гущу сражения. Похоже, здоровяка мое приближение нимало не обеспокоило. Он развернулся в мою сторону с ленивой грацией уличного кота и развел руки в стороны. На лице – ни страха, ни ярости. Неподвижная пустая маска.
Я резко остановился и махнул посохом сверху вниз, как мечом, угодив гиганту в боковую часть колена. Сустав подкосился, однако, против моих ожиданий, противник не упал. Тогда я нанес еще один удар – прямо по макушке. Раздался треск, словно тяжелый молот разломил деревянную палку. Здоровяк спокойно смотрел мне в глаза.
Проверив посох, я обнаружил на нем небольшую, размером с указательный палец, трещину и недовольно поморщился. Тем временем бородач поднялся с колена и обхватил меня обеими руками. Окажись в его захвате дубовая бочка – дерево не выдержало бы. Воздух вышел из моих легких, и на смену ему пришла боль. Я захрипел, пытаясь задать мучивший меня вопрос.
Вдруг до моих ушей донесся хлюпающий звук, и тело здоровяка содрогнулось. Еще звук. Еще. Рот противника распахнулся так, что я увидел его глотку. Язык у него оказался черным. Смертельная хватка ослабла, и я рывком высвободился из его рук. Мир вокруг качнулся – пришлось опереться на посох.
Здоровяк обрушился на пол. Его рубаха окрасилась пятнами крови, только не алой, человеческой, а черной как смоль. Такой же черной, как зрачки его напарника.
Один из стариков – кажется, Донио – отшатнулся, сжимая в дрожащей руке обычный рыбацкий нож, лезвие которого словно окунули в чернила.
Меня внезапно осенило. Кинувшись к старику, я легко выбил оружие у него из руки. Его приятели запротестовали, только мне было не до них. Я прижал Донио к стене рукой с посохом, а другой силой заставил его открыть рот.
Старик забрыкался.
– Смотри на меня!
Он отвел глаза.
– Кому сказал!
Он подчинился. Хм… Глаза как глаза.
Я сунул палец ему в ухо, вызвав гневный крик. Чисто.
– Теперь рот! Открывай, второй раз просить не буду!
Донио разинул пасть, и я, запустив внутрь два пальца, вытянул наружу язык. Черного налета нет, обычный розовый язык.
Старик с неожиданной силой, словно молодой, отпихнул меня в сторону:
– Огонь и пепел! Что это было? Не смей совать мне в рот свои грязные пальцы! Дэннил, неужели ты спустишь…
– Тебе здорово повезло. Лучше я, чем кто-то еще. – Я не шутил. Куда там! Меня терзал страшный гнев.
Старик округлил глаза, затем зло сощурился:
– Почему ты?..
– Заткнись, Донио. – Голос Дэннила звучал твердо. – Заткнись! Сейчас не время строить из себя обиженного. Два чужака только что вошли в мою таверну – в мой дом! – и попытались убить моих клиентов и сказителя. Ему, – указал он на меня, – угрожала не меньшая опасность, чем вам. И если он хочет заглянуть тебе в рот после того, что здесь произошло, – пусть заглянет, черт возьми!
Дэннил грохнул кулаком по стойке, заставив задребезжать пустую кружку, и в «Трех сказаниях» воцарилось безмолвие.
Пожалуй, пора развеять недоумение стариков. Им придется задуматься о довольно неприятных вещах, зато между нами наступит мир.
Я выдохнул и поднял руку, пытаясь успокоить троицу:
– Не суди меня за этот поступок. Мне просто нужно было убедиться, что ты не из них.
Обменявшись взглядами, старики придвинулись ближе. Все трое что-то бормотали себе под нос. Наконец один, бросив на меня взгляд, спросил:
– Тот, худой, тебе вроде что-то сказал?
– Сказал, хотя мне не удалось понять ни слова, – кивнул я, рассчитывая избежать дальнейшей лжи.
Большинство попавших в подобную переделку с удовольствием проглотят маленький обман из уст своего спасителя. Если ложь принесет некоторое спокойствие – тем более. Для того чтобы понять друг друга, в дебри лезть совершенно не следует. Правда нужна не всегда, и правда обычно сложнее, чем ложь.
– По-моему, он произнес какое-то имя. И вроде я его раньше слышал, – продолжил Тьяго.
– Ну, не знаю, – пожал плечами я. – Когда тебе угрожают ножом, тут уж не до имен.
Моя кривая усмешка заставила собеседника воздержаться от дальнейших вопросов, и он тоже скорчил гримасу, вызвав у меня нервный смешок.
– Пожалуй, ты прав, – пробормотал Тьяго, уставившись на тело человека с ножом. – Похоже, тебе известно, что это за типы?
– Демоны, – кратко ответил я, взглянув на расплывающуюся лужу черной крови.
25
Сын самого себя
Все утро мы провели, забивая двери таверны досками. Никому не хотелось встречи с новыми чужаками. Каждый из тех, кто принимал участие в отражении атаки демонов, помогал Дэннилу перетаскивать тела во двор на задах здания. Работали мы с мрачной сосредоточенностью – нормальная реакция на смертельную опасность и собственные действия.
Отнять жизнь у человека – поступок не из легких, и опыт бойца тут погоды не делает. Неважно, насколько естественным все кажется в пылу борьбы. Важно то, что происходит потом: в вашем сердце застрянет заноза, которая покоя лишит надолго.
Мы споро выкопали две могилы, не отвлекаясь на пищу и напитки, которые то и дело предлагал Дэннил. Никто не присел отдохнуть, пока не справились с делом.
Наступил вечер; двери таверны так и остались заколоченными. Мы сидели в тишине, пока на улице не начало темнеть.
Я не сомневался, что безмолвие суждено нарушить именно мне. Пора вернуть жизнь в «Три сказания». Искоса глянув на Дэннила, я понял: разговор будет нелегким. Трактирщик скрылся под маской усталой покорности судьбе, пытаясь забыться за работой.
Троица стариков несколько часов подряд резалась в карты. Никто не жульничал; игроки давно вышли из того возраста, когда играют в требующие незаурядной смекалки игры и пытаются удивить партнера блестящим ходом.
– Мы должны открыть двери. Ты уже потерял сегодня немало клиентов, – негромко заговорил я, хотя и рассчитывал, что старики в углу меня услышат.
Дэннил даже не поднял голову. Стоял, полируя стойку. Уперся в нее глазами – не
Ознакомительная версия. Доступно 41 страниц из 269
