направил световой конус на следующий ящик. А потом на следующий. Мы перерыли все шесть ящиков.
НИЧЕГО!
В ящиках лежали кружки, тарелки, столовые приборы или графины. И ещё салфетки. Собственно, всё, что нужно для праздничного застолья.
– Да как так! – прошипел Милан.
Я была так расстроена, что у меня защипало в носу, а к глазам подступили слёзы. Только расплакаться сейчас не хватало.
– Освети, пожалуйста, каждый уголок, – попросила я Нелио. – Вдруг мы что-то пропустили!
И световой конус вновь заскользил по каменным стенам.
– Я была уверена, что атрибуты здесь, – подала голос Мерле, тоже очень расстроенная. – Это же идеальный тайник. Ничего не понимаю!
Тут Милана прорвало, и он обрушился на Мерле:
– Дурацкая это была идея! Зачем только мы тебя послушали? Какой тут тайник? Дядя Ксавер не дурак, у него будет как минимум железный сейф для медальонов и атрибутов, а не какие-то деревянные доски! – он кивнул на вывернутую дверь, которая теперь печально болталась под углом. Снаружи между тем начался дождь.
Мерле, которая обычно за словом в карман не лезла, в этот раз ничего не сказала, а только, низко повесив голову, уткнулась в землю.
Во мне начал закипать гнев. Никому не стоило так поступать с Мерле.
– У неё, по крайней мере, была хоть какая-то идея, – с вызовом бросила я. Милан стоял, прислонившись к дверному проёму, и смотрел, как льёт дождь.
Поскольку сейчас я видела только его затылок, определить его реакцию я не могла, но отчётливо услышала:
– Она не аваност и никогда не сможет понять нас.
Тут Мерле будто ожила:
– Индюк ты надутый! – отчётливо произнесла она, и в пещере эти слова отразились громким эхом.
Милан резко повернулся к нам.
Ситуация принимала дурной оборот.
– Эй, идите все сюда! – крикнул вдруг Нелио из дальнего угла пещеры. – Тут кое-что интересное!
Мы четверо скорее поспешили к другу.
– Что это? – спросила Мерле.
Нелио присел на корточки и ткнул указательным пальцем в обрывок серебряной цепочки.
– Я почти уверен, что это цепочка от медальона, – сказал он. – А вот здесь видите? Следы… – и он направил фонарик мне под ноги. Я отошла чуть в сторону и пригляделась.
– Отсюда что-то вынесли! – объявила Мерле. – Значит, я была права. Скорее всего, твой дядя Ксавер перебирал или перекладывал цепочки, медальоны и атрибуты в другое место. При этом он спешил, и одна цепочка случайно порвалась.
Я взяла у Нелио обрывок цепочки и присмотрелась к нему в свете фонарика.
– Похожа на мою, – тихо сказала я, извлекая из-под толстовки медальон. – Значит, атрибуты аваностов были здесь, в пещере.
– Вот именно, что были, – вздохнул Нелио. – Мы опоздали.
Милан ничего не сказал. Он стоял, заложив руки за спину, и молча смотрел на цепочку в моей раскрытой ладони.
– Неужели тогда на Лебедином острове нас действительно подслушивали? – прошептала Феа. – Поэтому пещера теперь и пуста – спустя всего два дня?
– Видимо, так, – ответил Нелио.
Я была по-настоящему ошеломлена. Мы опоздали. Возможно, всего на пару часов? Вдруг Ксавер вынес всё из пещеры сегодня утром, когда мы сидели в школе? Или вчера днём, когда я рассказывала двум старушкам о наших планах? В любом случае, всё было кончено.
Милан, должно быть, подумал то же самое, потому что быстро направился к выходу из пещеры. По-прежнему не произнося ни слова.
Мы все медленно последовали за ним. Под дождь.
Милан остановился под выступом скалы и устремил взгляд на реку. Мы молча присоединились к нему.
– Ну? – спросила Мерле.
Милан повернулся к ней.
– Прости, что накричал и наговорил обидных вещей. Иногда, когда я злюсь, я бываю несправедлив к окружающим.
– Это уж точно, – сказала Мерле. – В такие моменты ты действительно как надутый индюк.
Милан криво усмехнулся.
– Вообще-то, – напомнила Феа, – у нас сейчас проблема посерьёзнее ваших перепалок.
Собственно, она была права.
– Кто же мог сообщить Ксаверу Беркуту, что мы намерены проверить пещеру? – начал размышлять вслух Нелио.
– Корбин? – предположила я.
Милан покачал головой.
– Я так не думаю. В конце концов, птица на дереве была явно крупнее вороны, верно?
– А вдруг это тот самый предатель из прошлого, который теперь нацелился на отряд «Аваности»? – спросила Мерле.
Прежде, чем произнести следующие слова, я тяжело сглотнула:
– Но кто же этот предатель? И откуда он знает про наш отряд?
Посмотрев на Милана, я увидела в его взгляде своё собственное недоумение.
Настроение у всех было хуже некуда. Так как наше дальнейшее нахождение здесь было бесполезным, мы решили закончить наше приключение и повесили дверь обратно на петли. Хоть это было и довольно затруднительно, но мы справились. Именно сейчас за нами никто не наблюдал, по крайней мере, мы никого не заметили. Хотя зачем кому-то шпионить за нами сейчас? Ксавер ведь уже перепрятал медальоны и атрибуты аваностов в более безопасное место. Или вообще уничтожил, потому что мы подобрались к нему слишком близко? Эта мысль вводила в уныние.
По-прежнему моросил дождь. Серая и унылая долина совсем не располагала к обратному полёту. Но возвращаться было нужно, так как ничего другого не оставалось.
– Я не уверена, что осилю обратный путь, – призналась Мерле. Она действительно выглядела очень подавленно. – Я сюда-то еле добралась. У меня до сих пор болят руки, – она медленно подняла и снова опустила их.
Я задумалась.
– Ну, хотя бы до дороги долететь сумеешь? А там можно пешком, – предложила я. Но это был бы марш-бросок, не иначе, всё же до города было приличное расстояние.
– Или давайте поднимемся на крыльях к хижине Хранительницы, – сказала Феа. – Может, она отвезёт Мерле на мотоцикле.
Милан расхохотался.
– Да если Хранительница узнает, что мы посвятили человека в тайну аваностов, она больше никогда с нами не заговорит.
Я расстроенно застонала, потому что это, конечно, было правдой.
– Можешь забраться в спортивную сумку в облике сойки, – предложил Милан после недолгого размышления.
– Идея замечательная! – согласилась я, улыбаясь Милану.
Мерле немного поколебалась, видимо, не горя желанием связываться с «индюком». Но здравый смысл в итоге победил. А может, мысль о боли в усталых руках. Как бы то ни было, она просто сказала:
– Спасибо, очень мило с твоей стороны!
В итоге немногим позже четверо молодых аваностов вылетели из долины. А в сумке, покачивающейся на ветру в когтях Милана, сидела маленькая сойка.
– Надеюсь, её не затошнит, – пробормотала я, наблюдая за летящим впереди Миланом с его грузом.
В тот момент я восхищалась им. С одной стороны, потому что он был таким сильным и упорным. С другой, потому что переборол своё
