Что ж… лучше раздражение, чем страх.
Иво отвернулся и снял тёплое пальто. Пандея воспользовалась этим и сбежала из коридора. Иво прошёл в гостиную, которая была объединена со столовой и кухней и напоминала просторный лофт; душевая, туалет и две спальни размещались в отдельных помещениях. Иво отметил, что ванная одна, на мгновение мысленно завис на этой мысли, но в чувство его привела вернувшаяся Пандея. Поверх она торопливо натянула спортивные штаны и тонкий свитер. Иво поспешно скрыл усмешку.
– Я не знаком с первоначальным видом квартиры, поэтому не могу оценить работу. Ребята Дерека всё удовлетворительно починили? – деловито поинтересовался Иво, в некоторых местах потрогав стены.
– Не всё так, как было, но, учитывая то, что ремонт и уборку оплатили вы, мне не на что жаловаться.
Иво оценивающе ощупал мебель, посмотрел ковры. Он ощущал пристальное внимание Пандеи. Кое-где он всё-таки нашёл недоработанные сколы, один из шкафов отличался по тону, хотя явно старались подобрать схожий. Не спрашивая позволения, Иво исследовал гостиную и столовую.
– Тебе что-то не нравится? – взволнованно уточнила Пандея, когда Иво приподнял ковёр, чтобы оценить пол.
– Мелочи. При детальном осмотре можно найти повреждения, но у команды Дерека было всего два дня. Наверное, работу можно считать превосходной при таком сроке, хотя ему всё же стоит нанять нормального дизайнера, чтобы избегать подобных торшеров, – в привычной прямолинейной манере выдал Иво и присел, чтобы заглянуть под столешницу декоративного столика в углу: искал, все ли капли крови они стёрли. У него был опыт, когда забывали проверить снизу.
– Это мой торшер! – возмутилась Пандея. От неожиданности Иво вскинул взгляд и треснулся головой о столешницу, а когда до него дошёл смысл, он с трудом проглотил смешок.
Торшер был ужасным.
– Прошу прощения, кириа, – подавив все признаки веселья, сказал Иво привычным безмятежным тоном. – Торшер красив, но совсем не сочетается с цветом штор. Скорее всего, люди Дерека не обратили…
– Шторы мои! Их только отстирали!
Иво отвернулся, не в силах сдержать улыбку. Он не намеревался её оскорблять или шутить. Действительно попытался найти подходящее объяснение, но возмущение Пандеи было слишком уж забавным. Он едва удержался от третьей – теперь уже намеренной – провокации. Кажется, ему даже сильно стараться не нужно, достаточно ляпнуть первое, что придёт на ум.
– Красивый оттенок, кириа, – вернув самообладание, с коротким кивком соврал Иво. У Пандеи аж рот приоткрылся, выдавая шок. Но она почти сразу опомнилась, и на лице появилось оскорблённое выражение. – Когда вернётся Мениск? – сменил тему Иво, прежде чем она успела найти подходящий ответ.
– К выходным.
– Что ж, сегодня понедельник, я не стану стеснять дольше необходимого и съеду, как только он приедет. Прошу потерпеть моё присутствие, кириа. У вас есть своя машина?
– Нет.
– Тогда, надеюсь, не будете против, если завтра я отвезу вас на работу.
– Спасибо.
Пандея немного растеряла былое возмущение, вновь вернувшись к смущению. Девушка обхватила себя руками, словно замёрзла, хотя отопление полов работало и ранее она весьма комфортно чувствовала себя в майке и шортах. Иво едва заметно наклонил голову, поняв, что ей неуютно именно из-за него. Он сделал шаг назад, будто это маленькое расстояние могло помочь.
Подшучивать было забавно, но при этом Иво не желал, чтобы Пандея ощущала себя стеснённой в собственном доме.
– Я здесь, чтобы вас защитить, кириа, а сделать это сумею, если вы начнёте мне доверять. Я не намерен вас стеснять или каким-либо образом напрягать своим присутствием. Если вам неприятно находиться под моим непосредственным присмотром, то велите мне уйти в другую комнату, однако двери придётся оставить открытыми – мне нужно слышать происходящее в квартире. Или хотя бы незапертыми.
Иво нахмурился, с трудом успевая отслеживать реакцию Пандеи. Первыми отразились недоумение, замешательство, даже доля испуга, но плечи одновременно с этим поникли, она перестала себя обнимать, поза прекратила выглядеть зажатой, а на щеках появился румянец. Однако Иво не сумел понять, к чему относится её смущение. Может, она просто никогда не жила с мужчиной? Что ж… придётся как-то минимизировать своё присутствие. Иво решил не оставлять ничего из своих вещей где-либо в квартире, чтобы кириа не чувствовала давления.
Она была молчаливой. Не то чтобы Иво это тревожило, наоборот, он сам не любил болтливых. Но Пандея была недоверчиво-молчаливой.
– Вы поели?
– Да, а ты? Если голоден, то в холодильнике…
– Я поел. Спасибо, – со слабой улыбкой оборвал Иво. – Если не возражаете, то я помоюсь и лягу спать.
– Да, конечно. Там ванная. Я приготовила полотенце, а за соседней дверью гостевая спальня, я поменяла бельё.
Поменяла бельё?
Она же сказала, что не ждала его.
Иво попридержал замечание при себе, благодарно кивнул и даже улыбнулся.
– И, пожалуйста, раз уж ты не собираешься прекращать звать меня «госпожой», то хотя бы разговаривай более неформально, – тише попросила Пандея.
– Вам… тебе неудобно?
– Немного.
– Хорошо.
Пандея в ответ выдавила нечто похожее на улыбку, попятилась и торопливо скрылась в своей спальне. Иво спокойно понаблюдал за закрывающейся дверью, прислушался, но щелчка замка так и не последовало. Ещё не доказательство – она может запереться позже. Но Иво понадеялся, что не станет, тем самым доказав, что доверяет ему.
17
ПАНДЕЯ
Вернувшись в квартиру, Пандея оценила ремонт как весьма достойный. Она была свидетелем того, как убийцы и Кай разнесли ей гостиную и кухню, но другие вряд ли догадаются, что ещё недавно в квартире был погром.
И всё-таки Иво это заметил, со скрупулёзностью ощупав стены и мебель. Пандея наблюдала за его инспекцией с тревожным сердцебиением. Почему-то её волновало его мнение о квартире, и она немного боялась, что своим внимательным взглядом он отыщет всё, что Пандее хотелось бы спрятать. Всё-таки её дом отражал хоть частично, но её предпочтения и вкус, который она считала неплохим. Не самым изысканным, но в целом достаточно утончённым. Однако Иво он, вероятно, не впечатлил.
Она прибралась, перестелила постель ещё до восьми вечера. Но от Иво не было никаких вестей, и она решила, что он не приедет, поэтому переоделась в более лёгкую одежду. А увидев его в глазок, она открыла дверь торопливо, не подумав о внешнем виде. Об этом она тоже пожалела. Его откровенный взгляд смущал, а, к несчастью, румянец – это то, что она не умела контролировать.
Сбежав в спальню, Дея громко задышала, взволнованные удары сердца так отдавались в груди, что она не слышала ничего, кроме гула крови в ушах. Рука сама потянулась к защёлке, стоило запереться…
«Я здесь, чтобы вас защитить, кириа, а сделать
