еще колебался: Клериван его пугал.
– Может, мне просто вернуться к себе?..
Действительно, во время проекта по производству и продаже фланеля с короем помощь Клеривана оказалась бесценной. Однако одно дело – его деятельная поддержка, а другое – этот пронзительный, пугающий взгляд. Плечи Галлахана поникли. В эту секунду он чувствовал себя жалким.
Еще до совета Фирентии он подумывал обратиться к Клеривану. Но разговор с ним казался настолько неловким, что Галлахан отбросил эту мысль.
Однако дочь была права: если чего-то не знаешь, нужно спросить. Для новичка в коммерции вроде Галлахана разумно использовать любую возможность получить помощь. Собравшись с духом, он сделал глубокий вдох и постучал в дверь кабинета. Рука лишь легонько скользнула по двери, но звук получился громким. Ответа не последовало.
«Стоит постучать еще раз», – решил Галлахан.
Он повторил попытку – снова тишина.
– А, похоже, его нет на месте! – лицо Галлахана просветлело.
Если Клеривана нет, ничего не поделаешь – придется идти домой.
Как раз в тот момент, когда Галлахан пообещал себе вернуться позже (хотя и не был уверен, что сдержит обещание) и уже повернулся, чтобы уйти, неподалеку раздался сдержанный кашель. Там стоял Клериван. Он прислонился к окну, скрестив руки на груди, и смотрел на Галлахана.
– Г-господин Клериван!..
– Мне просто было любопытно, когда же вы постучите, – холодно произнес Клериван. Значит, он наблюдал за ним с самого начала. Лицо Галлахана залилось краской смущения.
– Тем не менее ждать пришлось не так долго, как я думал.
Вместо ответа Галлахан улыбнулся и почесал затылок.
– Вы, должно быть, пришли, потому что у вас есть ко мне разговор, – сказал Клериван, уверенно шагая к нему. Глядя на него, Галлахан вспомнил слова Фирентии: «Учитель Клериван всегда добр». Внезапно его охватило беспокойство: неужели Клериван так же холоден и с его дочерью?
– Входите внутрь, – предложил Клериван и открыл дверь своего кабинета.
– Прошу прощения за беспокойство, я отниму у вас всего минуту, – вежливо извинился Галлахан и переступил порог. Движения его были настолько скованными, что, казалось, суставы вот-вот заскрипят от напряжения. Клериван лишь незаметно усмехнулся.
Они сели друг напротив друга. Удивительно, но Клериван предложил Галлахану место старшего должностного лица. Несмотря на неловкость, Галлахан опустился в мягкое кресло, на которое указал Клериван, и, сглотнув пересохшим горлом, начал:
– Знаю, вы, должно быть, заняты, но я пришел за советом.
– Вам не обязательно было приходить ко мне – могли бы вызвать меня в гильдию Дюрак.
– Речь не о бизнесе с фланелью с короем. Я хочу обсудить свое собственное дело.
«Личное дело Галлахана Ломбарди». Клериван был весьма заинтригован. Слово «бизнес» никак не вязалось с Галлаханом – человеком, который предпочитал проводить время за книгами в библиотеке или в своем кабинете. Даже проект с фланелью с короем был ему в некотором смысле навязан. А теперь он задумал собственное дело. Клериван подумал, что, возможно, ему стоит пересмотреть свое мнение о Галлахане.
– Не знаю, насколько смогу быть полезен, но расскажите все по порядку, – мягко, совсем не в своей обычной манере, произнес Пеллет. Будь на месте Галлахана кто-то другой, Клериван, вероятно, отказал бы, сославшись на нехватку времени. Но и к отцу, и к дочери – Галлахану и Фирентии – он испытывал необъяснимую симпатию.
Глаза Галлахана округлились: он явно не ожидал, что Клериван так легко согласится его выслушать. Заметив его замешательство, Клериван спокойно добавил:
– Я не говорил, что у меня много времени. Часики тикают, господин Галлахан.
– А! П-простите. В общем, мой план заключается в том… – откашлявшись, начал Ломбарди.
На этот раз он излагал мысли куда последовательнее, чем утром, когда объяснял все Фирентии. Но речь вышла многословной – Галлахан говорил долго, не прерываясь. К концу монолога у него даже заболело горло. Но он не замечал этого: слишком нервничал и внимательно следил за реакцией Клеривана. Тот молчал. Галлахан испугался: неужели его план настолько плох? Настолько ужасен, что Клеривану нечего сказать?
Когда плечи Ломбарди разочарованно поникли, Пеллет наконец заговорил:
– Это потрясающе.
– Что?..
– Конечно, есть моменты, которые нужно подправить и улучшить.
– Н-несомненно, они имеются. А о каких именно пунктах идет речь? – поспешно спросил Галлахан. Но Клериван не спешил с ответом.
– Прежде у меня есть одно условие.
– Какое?
– Пожалуйста, позвольте мне быть вашим партнером в этом деле, господин Галлахан.
Галлахан широко раскрыл глаза. «Неужели я ослышался?» – пронеслось у него в голове.
– Повторю еще раз: ваш бизнес-план – потрясающая идея.
– Значит, вы считаете его хорошим?
– Да, настолько, что я сам удивлен, – Клериван признался, что недооценивал Галлахана Ломбарди. – Если бизнес станет успешным благодаря моим советам, а я не буду в нем участвовать, это меня сильно расстроит. Если вы примете мои условия, я расскажу, что можно улучшить.
Галлахан рассмеялся, но тут же стал серьезным:
– Но, господин Клериван, разве вы не связаны трудовым договором с семьей Ломбарди? Это мой личный бизнес, не связанный с семьей.
Галлахану нужен был актив, независящий от имени Ломбарди. Он хотел обрести силу, способную защитить Фирентию от бури, которая однажды обрушится на дом с приходом нового главы семьи. Как бы ни нуждался Галлахан в помощи Клеривана, опираться на мощь Ломбарди он больше не мог.
Внезапно на лице Клеривана появилась довольная улыбка.
– Такая осторожность… Мне это даже больше по душе.
Затем, словно желая успокоить Галлахана, он добавил:
– Контракт между мной и Ломбарди – срочный трудовой договор, а не пожизненный. И не волнуйтесь: в нем есть пункт, разрешающий мне работу по совместительству.
Речь шла о новом контракте, заключенном, когда Клериван по просьбе главы семьи занял пост главы образовательного корпуса.
– В таком случае это мне, наоборот, следует попросить вас стать моим партнером. Давайте сделаем это вместе, господин Клериван! – с воодушевлением произнес Галлахан и протянул ладонь. Клериван, бросив на него внимательный взгляд, ответил на рукопожатие. После он заговорил более расслабленным тоном:
– Во-первых, детали распределения прибыли обсудим позже. А сейчас я расскажу о необходимых поправках.
Галлахан горячо закивал. Клериван мысленно усмехнулся: на мгновение ему показалось, будто он наблюдает за Фирентией на уроке.
– Целью этого бизнеса должны стать простые люди, а не дворяне.
– Простолюдины? – удивился Галлахан. Это шло вразрез с его первоначальным планом.
– Да. Поэтому магазин следует разместить на рынке Хеслот, а не на торговой улице Седакюн.
Рынок Хеслот, расположенный по другую сторону от улицы Седакюн, представлял собой огромный торговый район в центре владений, находившихся под прямым управлением императора. В отличие от относительно тихой торговой улицы, здесь всегда было шумно, так как сюда стекались люди со всех уголков империи.
