зажал кусочек корня пальцами и повертел его влево-вправо — Жить на что-то было надо. Дарья Семеновна, а возраст у него какой? Сотня лет будет?
— Ииии, милай! — захихикала старуха — Если бы у меня эдакое сокровище в закромах имелся, я бы его тебе сроду-роду не предложила. И даже не упомянула бы о том, что он у меня есть. Такие вещи, как старый мандрагыр или живая вода — они не для всех, ясно? Они только для себя и больше ни для кого. А этому три десятка лет всего.
— И этот человек упрекал меня в корыстолюбии — хмыкнул я и завернул огрызок корня в тряпицу — Хотя, по сути, все верно. Но по факту выходит, что больного человека этот корень на ноги не поставит даже на время?
— Сильно больного? — деловито осведомилась старуха.
— Смертельно. На последней грани стоящего.
— Нет — мотнула седыми космами бабка — Такого не поставит. Но зато убьет.
— «Зато»! — восхитился я — Очень оптимистично.
— Остолоп ты, ведьмак — рассердилась ведьма — Как ты до сих пор живым остаться сумел, не понимаю. Кхм, да… Так вот — корень, что я тебе дала, у такого хворого сперва боли уберет, после душу ему успокоит, мысли печальные отгонит, радость подарит, а под конец в такой сон погрузит, из которого тот уже никогда не выйдет. Но будет тот сон спокойный, яркий, как в детстве. Что ты скалишься? Сам же знаешь, что перейти из одного мира в другой частенько задача не из простых. Столько всякого-разного человека на этом пути поджидает иногда, что страх берет. Иногда по уму умереть вообще становится самой трудная в жизни людской задачей, так-то. А самое главное — душа его тут не застрянет, точно отправится туда, куда должно.
— А дозировка? — я подбросил на ладони узелок — Чтобы уйти без печальных мыслей и с доброй улыбкой на лице?
— Тут все от массы тела пациента зависит — пояснила Дара — Если сильно грузный бедолага попадется, то того, что я тебе отдала, может и не хватит.
— Ясно — я убрал свое новое приобретение в карман — А как его давать? Сырым, в протертом виде или в виде отвара? И если да, то сколько варить? Может, добавки какие нужны?
— Телефон свой мне диктуй — ведьма запустила морщинистую длань под платок, а когда она появилась обратно, то в ней был зажат «айфон», причем одна из последних моделей — Я тебе по «вотсапу» рецепт пришлю. Считай, это тебе привесок за оказанную услугу.
— Смотрю, ты в стороне от прогресса не стоишь — с почтением произнес я — Уважаю!
— Только те, кто готовится умереть, цепляются за прошлое — буркнула старушка, шустро водя узловатым пальцем по экрану — А я планирую еще долго жить, врагам на горе, себе на радость. Диктуй, говорю.
— Надеюсь, что не вхожу в список тех, кто будет горевать — сказал я ведьме после того, как продиктовал свой номер — Кстати, может и ты мне свой телефончик оставишь? Обещаю по пустякам не тревожить и по ночам не звонить.
— Перебьешься — отмахнулась бабка — Что до второй части награды — она тоже твоя. Надо будет кого прибрать тихонько и без следов — приходи, сделаю. Но только сразу предупреждаю — речь только о людях идет. Вурдалака какого или оборотня я за кромку отправлять не стану, ясно?
— Само собой — заверил ее я — Да, об оборотнях. Ты такого Вернигора не знала, часом? Его еще Волчьим Пастырем кликали?
— Вестимо знала — подтвердила ведьма — Сильный был мужчина, властный, яро жил, никого не боялся и никого не слушал. Только ведь убили его, причем давненько уж. Вон, соратники твоих гостей постарались, их это рук дело. Вроде как старая стервь Павла собственноручно ему голову отрезала. А что у тебя к нему за интерес?
— Да так — передернул плечами я — Есть одна тема любопытная.
— Мандрагыр старый сыскать желаешь? — меленько посмеялась Дара — Верно? Тот, что ему Мирослава за книгу Рогнеды отдала? Ну-ну, давай-давай. Удачи тебе!
— Ты иногда такой проницательной бываешь, что жуть берет. Ну, а если и так, что с того?
— Ничего — бодро отозвалась Дарья Семеновна — Мне здесь один профит. Чем больше ты всякой ерундой станешь заниматься, тем реже тут отсвечивать станешь. А то и вовсе тебя волкодлаки на ленточки карачуновы порвут.
— Поглядим еще, кто кого — проворчал я, скрывая легкое раздражение, которое появилось у меня внутри, то ли от того, что старая ведьма так легко разгадала мои намерения, то ли от того, что дормидонтов мандрагыр, похоже, до меня только ленивый не хотел найти — Слушай, соседка, а можно еще один вопрос?
— Только один — предупредила меня бабка — Просто скоро «Русское лото» начнется, я его никогда не пропускаю, еще с девяностых.
— Ты вот Рогнеду упомянула — осторожно подбирая слова, начал строить фразу я — Скажи, правду говорят, что в записках первых веды знающих можно найти ответы на почти любые вопросы, связанные с ведьмовскими практиками?
— Ничего не поняла — хлопнула ладонью по калитке Дара — Яснее изъясняйся или проваливай!
— Надо одно старое проклятие с человека снять — выполнил ее просьбу я — Из тех, что во времена Рогнеды и наложили.
— Ты, никак, ту девку имеешь в виду, что с твоими приятелями приехала? — уточнила ведьма — Верно?
— Может ее, может — нет. Мне в принципе интересно.
— Ну, если в принципе, то да, в таких книгах много чего имеется. Правда, не все, что там написано, стоит в ход пускать, чтобы хуже, чем есть не стало. А если о проклятой девке говорить… Ты уверен, что ей самой то нужно? Может, ей и так хорошо живется? Настоящее старое проклятие наложенное одной из первых праматерей, ведьмак, штука очень тонкая и очень непростая. Оно что-то отнимает, это так, но при этом непременно что-то в ответ дает, как компенсацию. Это сейчас все стало просто и банально — простенькие сглазы, незамысловатая порча, иная чепуха… А тогда, в истоках времен, когда новая вера еще не угнездилась, а старая в самой силе пребывала, на мелочи не разменивались. Если уж карали, то на совесть, так, чтобы и через тысячу лет потомки бедолаги для себя решить не могли, как им лучше жить — с проклятием или без него? И какую долю для своих детей, внуков и правнуков выбрать. Вот ты знаешь, чего именно она лишится, если
