class="p1">— Стерегусь, — вздохнул я и отпил холодного «Дюшеса». Аджин, как сын Востока, уважал тот дом, в котором теперь жил, потому принципиально не держал в меню иностранных напитков, отдавая предпочтение отечественным маркам — А что остается? Ну, не убивать же ее, в самом-то деле?
— Почему нет? — аджин опустошил чашу в третий раз и пыхнул огнем, прямо как Змей Горыныч. — Иногда проще убить, чем ждать, пока это сделают с тобой. Ладно, пойду еду тебе приготовлю. И вот ему тоже. Здравствуй, Валера! Рад тебя видеть, дорогой! Кушать будешь?
— Прийти в твое заведение, Абрагим, и не поесть — это нонсенс, — произнес человек, только-только вошедший в кафе. — По крайней мере, я себе подобного не прощу.
Стало быть, это и есть Хранитель Кладов. Молодой, крепкий, рослый, русоволосый, но в целом ничего необычного, парень как парень. На улице такого встретишь — внимания не обратишь. Хотя, с другой стороны, а каким он должен быть? Сгорбленным, с седыми патлами, висячим носом и длинными тонкими пальцами, чтобы легче было богачества разные к себе подгребать? Вот во всем телевидение виновато и еще онлайн-ресурсы. Набили нам в голову стереотипов, а мы теперь мучайся от несоответствия ожиданий с реальной действительностью.
— Э? — почесал живот Абрагим. — Нонсенс — что такое?
— Дураком надо быть, чтобы не покушать, если в твой дом пришел, — немного неточно, но зато абсолютно резонно пояснил свои слова Хранитель Кладов. — Круглым!
Аджин кивнул и пошел туда, где кухонные устройства добавляли жара и к без того раскаленному московскому воздуху, Валера же, окинув взглядом кафе, уселся напротив меня и произнес:
— За что уважаю хозяина этого места, так это за то, что он всегда знает, как должно быть правильно. Например, если тут проводится встреча, при которой свидетели не нужны, так их и не будет.
— Не усомнюсь ни на секунду в том, что стоимость данной услуги он непременно включит после в счет, — в тон ему ответил я. — Рассчитав по высшей ставке ВИП-обслуживание, упущенную выгоду и потенциальные чаевые.
— Восток есть Восток, — рассмеялся Хранитель Кладов, встал со стула и протянул мне руку: — Валера Швецов.
— Смолин Александр. — Я тоже поднялся и сжал его ладонь. — Приятно познакомиться.
— Не хочу показаться снобом или человеком с повышенным ЧСВ, но вообще в последнее время я сильно ограничил свой круг общения, — сообщил мне Валера. — При этом, когда Абрагим сообщил мне о том, кто именно желает со мной поговорить, я почти сразу согласился.
— Сразу два вопроса. — Я отпил «Дюшеса», а после показал на полупустую бутылку: — Не желаешь? Холодненький!
— Нет, — покачал головой Швецов. — Я лучше просто воды. Так какие вопросы?
— Первый — почему «да»? Второй — почему «почти»?
— Начну со второго, — обойдясь без многозначительной паузы, ответил мне сотрапезник. — Почти — это потому, что одна моя знакомая, узнав, с кем я собираюсь пообщаться, сразу устроила небольшую бурю. Уж не знаю, чем ты ей не угодил, но она сильно тебя недолюбливает.
— Это Стелла, что ли? — уточнил я. — Воронецкая? Там все просто. В свое время я ей не дал кое-кого убить, вот она и злится до сих пор. У ведьм знаешь какая память длинная, особенно в отношении тех, кто им дорогу перешел или помешал желаемое заполучить?
— Ты хорошо осведомлен о моем житье-бытье, — заметил Валера вроде бы со смехом, но глаза его чуть посерьезнели.
— Как, уверен, и ты о моем, — не стал кокетничать я. — И потом, Москва — город маленький, все всё обо всех знают. Особенно если речь идет об обладателях неких особенных умений, например, как ты. Хранитель Кладов — персона значимая, за ней во все глаза глядят. У каждого на это свои причины, но тем не менее.
— Как и Ходящий близ Смерти, — вернул мяч на мою половину поля Швецов. — Таких тоже не сильно много в столице.
— Один я и есть, насколько мне известно. И не скажу, что эта эксклюзивность меня сильно радует. Как, впрочем, и печалит. Но вообще ты не находишь, что нам пора бы раздуться от ощущения собственных значимостей?
Валера рассмеялся, я тоже.
— Что до Стеллы — она ведьма, а значит, собственница, — продолжил я. — Для тебя должны существовать только ее мнение и ее желания. Все остальное лишнее.
— Не все так однозначно, — покрутил пальцами в воздухе Швецов. — Но закидонов у нее хватает, что есть, то есть. Хотя непосредственно ты, вообще-то, должен быть ей признателен, ведь именно благодаря Стелле я решил с тобой повстречаться.
— Из соображений нонконформизма? — усмехнулся я. — «Женщина, все будет по-моему или вообще не будет!»
— Я не настолько уперт в маскулинность, — отмахнулся Валера. — Да и потом, она прекрасно знает, что приседать мне на мозг — это самая скверная политика из всех существующих. Нет, дело не в этом. Просто пару лет назад, когда я только-только стал тем, кем стал, довелось мне побывать на одном кладбище ночной порой и познакомиться с тамошним владыкой. Жуткая, доложу тебе, фигура этот Хозяин Кладбища, страху я натерпелся изрядно.
— Что за кладбище? — неподдельно заинтересовался я. Как-никак непосредственно мое поле деятельности, взгляд свежего человека со стороны всегда интересен. — Какое из?
Валера объяснил, я чуть опечалился.
— Нет, не бывал, тамошнего Хозяина не знаю. Но вообще в будущем лучше вот так, в одиночку, к этим сущностям не суйся. Ты выбрался живым и поверь, тебе очень крепко повезло. В другой раз может и не сфартить.
— Ну, сначала я был не один, — заметил Валера. — Со мной приятель туда отправился, который кое-что в тамошних раскладах понимал.
— Слушай, все интереснее и интереснее, — провел ладонью по волосам я. — Это что же за эксперт такой?
— Павел Михеев, — лукаво глянул на меня Швецов. — Из отдела 15-К. Слышал ведь про таких?
— Ну, кто про них не знает? Разве что домовые какие, которые вообще нос на улицу не суют. Да и с этим товарищем, в смысле с Пал Палычем, я знаком лично, причем довольно близко. Из всей тамошней братии он, как по мне, самый нормальный тип. В смысле
