которая, несмотря на длительное пребывание у руля принадлежащей ей организации, основанной ею более двадцати лет назад, все еще выглядела так, словно прожитые годы не затронули ее, она по сей день оставалась молодой и красивой. Ее кабинет, о котором ходили легенды, располагался на последнем этаже в том месте, где крыша округлялась, принимая форму боба. Приближаться к кабинету было запрещено, он был неприступным, орлиным гнездом, сияющим нервным центром всего предприятия, которое распространяло бессчетное число своих лощеных и пользующихся спросом продуктов, услуг и даже философских учений на рынке, занимающем пространство приблизительно половины глобуса, на другой половине доминировала «РМБ Индастриз» – фирма, которая вроде бы продавала свои продукты на рынке стран, где господствовали авторитарные консервативные режимы. (Впрочем, были у нее потребители и приверженцы и здесь, в Штатах.)
Гэврил, разумеется, видел в том или ином журнале многочисленные фотографии легендарного кабинета и его обитательницы, а потому в его памяти остался четкий образ этого гнезда власти, статуса и инноваций. Но он знал, что его шансы переступить порог этого изысканного царства были столь же ничтожны, как вероятность того, что смерч перенесет его в страну Оз.
Гэврил облачился на модный манер в нестрогую одежду, подобающую простому инженеру, что соответствовало свободной атмосфере штаб-квартиры концерна. И когда он вошел в главный вестибюль с его парящими наверху потолками, статуями, крутящимися мобилами и фонтанами, скамьями и автоматизированными информационными киосками (посторонние могли войти и увидеть эту часть Боба, но не больше), он удовлетворенно отметил, что неторопливо прогуливающиеся или спешащие по вестибюлю люди с бейджиками фирмы на шнурке одеты так же небрежно, как и он.
Жизнерадостный администратор за широким столом с логотипом КВК – мифическим деревом со множеством веток, разрастающихся фрактально в подразумеваемую бесконечность, – нашел имя Гэврила на экране и выдал несколько ошарашенному новичку временный бейджик, позволявший ему пройти дальше, до самого отдела кадров, куда его привела голосовая функция бейджика. В отделе среди вихря активности Гэврил подписал кучу цифровых документов (неужели его жизнь теперь и в самом деле застрахована на сто тысяч долларов?), получил кэвэкашный квалиафон (модель, еще не выпущенная на рынок, с загруженными разнообразными приложениям компании), опробовал новый кэвэкашный интеллект-планшет, который снял отпечатки его пальцев и сделал его лицевой скан в соответствии с протоколом биометрической безопасности; а еще ему на шею повесили шнурок, для чего ему пришлось слегка наклонить голову. Разглядывая фотографию собственного оцифрованного лица, Гэврил видел немного глуповатого, немного брюзгливого незнакомца. Да и бог с ним, были у него на документах фотографии и похуже.
Пока Гэврил искал свободный карман, чтобы сунуть туда новый телефон (его вплоть до этого момента был вполне приемлемым и любимым, но внезапно показался ему древним хламом), из внутреннего кабинета отдела кадров появилась женщина. Она была лет на десять старше Гэврила, уверенная в себе, сдержанная, в спортивной одежде – судя по ее виду, она хоть сейчас могла отправиться на соревнования по гребле на каяках или на велосипедные гонки. Она улыбнулась ему широкой искренней улыбкой, отчего ее простоватые черты – темная челка, голубые глаза – стали более лучистыми и очаровательными.
Женщина протянула ему руку. Ее пожатие было крепким.
– Привет, Гэврил. Меня зовут Крис Трой. Я директор по кадрам и хочу тепло поприветствовать вас от лица всей компании. Мы очень рады, что вы теперь в нашей команде.
– Спасибо. Спасибо огромное. – Слегка озадаченный Гэврил рискнул задать не вполне корректный вопрос: – Вы встречаете каждого новичка? Если так, то ни на что другое у вас не может оставаться времени.
Крис Трой, ничуть не обидевшись, рассмеялась.
– Нет, я просто стараюсь держать пальцы на пульсе, знакомясь время от времени с салагами. Вам повезло вытащить золотой билет. Я устрою вам экскурсию по кампусу, прежде чем показать ваше место работы. Надеюсь, ваши туфли подходят для прогулок. Нам, может быть, придется пообедать, прежде чем вы дойдете до конечной остановки.
– А где именно оно находится – это место?
Трой посмотрела на него широко раскрытыми глазами.
– Вам разве не сказали? Это же самое главное во всей нашей бюрократической неразберихе. Придется мне надавать кому-то по заднице. Шутка! Эта информация наверняка есть на вашем интеллект-планшете. Почему бы вам не посмотреть?
Чувствуя себя лабораторной мышью, которой устраивают интеллектуальное тестирование, Гэврил потыкал пальцем в экран планшета и наконец нашел нужную информацию. Не веря своим глазам, он показал экран Крис Трой.
– Это оно?
– Прямо в точку! Воистину специальное задание. Гэврил, вы идете прямо на Фабрику призраков.
3
Руководителем Гэврила на Фабрике призраков – это подразделение было размещено в длинном низком строении, напоминающем эллинг или пивной сад в тени черных дубов, – оказалась американка азиатского происхождения моложе, чем он. Ее звали Кумико Уиллкатт. Веселая, остроумная и яркая, она отражалась от более трезвой и осторожной натуры Гэврила, как солнечный свет от бесстрастной слюдяной поверхности утеса. После получасового вступительного разговора ее неукротимый энтузиазм подточил природную сдержанность Гэврила (усиленную обстоятельствами его принадлежности к салагам), и он раскрепостился в достаточной степени, чтобы отвечать на реплики и восклицания Кумико собственным пафосом.
Экскурсия по кампусу с Крис Трой была умопомрачительной, но и утомительной. Гэврила представили такому количеству коллег, познакомили с таким числом концепций и проектов, что у него голова пошла кру́гом. Потом за ланчем он совершил ошибку – выпил пива. Трудно было противиться, когда в столовой КВК стоял ряд кег, наполненных крафтовым пивом местного приготовления, и не сопроводить деликатесное меню бесплатной кружкой пивка. Когда Трой привела его к Фабрике призраков и попрощалась с ним, Гэврил хотел одного: поспать.
Но Кумико уверенно взяла своего нового сотрудника в оборот, никаких поблажек ему не давала, хотя атмосфера их общения была вполне дружеской, и начала она с ознакомления Гэврила с планировкой и инструкциями, потом представила его персоналу. Небольшая группка новых лиц и имен прошла без задержек, и Гэврил пытался избавиться от любых ощущений тревоги или вины. Все эти люди и вещи станут для него знакомыми и понятными недели через две.
В конечном счете Кумико привела его в сердце Фабрики призраков: в помещение, наполненное высококлассными процессорами КВК: не конвейерными машинами, а процессорами уникальной конфигурации для задач Фабрики призраков.
Молодая женщина посерьезнела, словно вошла в храм.
– Наша цель, разумеется, – сказала Кумико, – создание наилучших нейроморфных машин и программ, какие сегодня выпускаются в мире. Это наша цель! Но у нашего конкретного проекта есть особый уклон.
Нейроморфное проектирование (междисциплинарная прикладная математика, физика, биология и другие науки, которым Гэврил отдал шесть лет
