несколько часов каждый день, переезжая от адреса к адресу по списку. Сегодня в четыре часа дня под жарким июльским солнцем в отсутствие кондиционера, что только усиливало запахи, атмосфера в салоне включала в себя еще и дух неряшливого отчаяния, безвы́ходной, бесконечной несвободы.
Как она дошла до жизни такой? Неужели всего три года прошло с окончания колледжа, с тех времен, когда глаза у нее горели желанием помочь менее удачливым, быть полезной для общества?
Предприняв попытку отделаться от очередного черного приступа отчаяния, женщина списала свое подавленное состояние на особо трудный день. Начала она в восемь утра и уже посетила десять клиентов, исколесив вереницу утомительных миль, начинавшихся в центре ее маленького города и уходящих в окраины, а до конца смены ей оставалось посетить еще две семьи. До урезания бюджета в 1997 году в Департаменте по делам детей и семей она вела гораздо меньше клиентов. А теперь ее рабочая нагрузка расцвела далеко за пределы здравого смысла. Тот факт, что ее коллеги тоже погрязли в этом море обязанностей, не приносил облегчения. Накопившиеся горести, проблемы и страдания ее клиентов, непреодолимые и всегда грозящие перерасти в кризисную ситуацию, – драки, финансовые потери, болезни, несчастные случаи, конфискация имущества, семейные дрязги, насильственные выселения, увольнения, аресты, пробелы в образовании – невыносимым грузом лежали на ее плечах, независимо от того, как часто она пыталась уйти от до обидного легко устранимых, но в то же время губительно-сложных ситуаций в семьях, за которые она отвечала, и этот груз уменьшался, лишь когда заканчивался ее рабочий день.
Ей пришлось остановиться перед красным светом. Она наскоро осмотрела себя в зеркале заднего вида. Ее темная челка ниспадала на светлый потный лоб. Голубые глаза терялись в складках пухлой темной кожи, цвет которой необъяснимым образом был одновременно красноватым и землистым. Портрет женщины, которую никто никогда не смог бы полюбить. Во рту у нее было кисло после выпитого на заправке кофе и сдобы из слоеного теста в фабричной упаковке, и она могла поклясться, что у нее на заднице отпечаталась ткань сиденья. В ее легком хлопчатобумажном черном топике с короткими рукавами, брюках цвета хаки и удобных, поношенных водонепроницаемых мокасинах (это было некая разновидность униформы, которую она выбрала, чтобы сгладить ее то угрожающий, то соблазнительный вид, что превращало ее в той или иной степени в офисную принадлежность вроде копировальной машины «Ксерокс» или персонального компьютера «Компак») она чувствовала себя невзрачной толстушкой, а весь ее мышечный тонус исчезал.
Нет, ей правда нужно попробовать вернуться в спортивный зал Голда до или после работы. Но каждое утро ей приходилось начинать так рано, чтобы успеть объездить всех клиентов, а к концу дня у нее не оставалось ни энергии, ни желания. Может быть, когда этот рабочий день наконец закончится, она сможет хотя бы поставить в видик кассету тай-бо…
Но тут она вспомнила. Сегодня пятница, а это означало, что она должна быть в Храме.
Вспоминая свое первое знакомство с Храмом и его харизматичным лидером Вардисом Солтхаусом, она с удивлением поняла, что вот уже полгода ходит туда каждую пятницу. А это делало ее одним из членов со стажем, частью преданного коллектива, тогда как любопытствующие новички всегда появлялись и уходили, никогда не оставались до обещанного вознаграждения, как ее подруга Келли, которая пошла с ней в Храм за компанию в первый раз смеха ради холодным январским вечером, когда они не нашли ни одного достойного их пятничного развлечения и только маленькое рекламное объявление в бесплатной еженедельной газетенке привлекло их внимание, когда они пытались вином залить воспоминания о тяготах прошедшего трудового дня.
ЧУВСТВОВАЛИ ЛИ ВЫ СЕБЯ КОГДА-НИБУДЬ ОПУСТЕВШИМ И НЕПРИКАЯННЫМ?
ЧУВСТВОВАЛИ ЛИ ВЫ КОГДА-НИБУДЬ, ЧТО ЖИВЕТЕ НЕ В ПОЛНУЮ СИЛУ СВОИХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ?
ЧУВСТВОВАЛИ ЛИ ВЫ КОГДА-НИБУДЬ, ЧТО ВАШЕ ЛУЧШЕЕ «Я» ЖДЕТ, КОГДА ЕМУ РОДИТЬСЯ?
ХРАМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА ЗНАЕТ ЭТИ ЧУВСТВА И ИСТОЧНИКИ ВАШЕЙ НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ
И У НАС ЕСТЬ ОТВЕТЫ И РЕШЕНИЯ!!!
ПРИХОДИТЕ К НАМ И ВЫСЛУШАЙТЕ МУДРОСТЬ, КОТОРАЯ ПРИВЕДЕТ ВАС К ВАШЕМУ ЛУЧШЕМУ «Я»
КАЖДУЮ ПЯТНИЦУ В ВОСЕМЬ ВЕЧЕРА
310 ЧЭМПИОН-СТРИТ, ПЕРВЫЙ ЭТАЖ
ВАРДИС СОЛТХАУС
ПЕРВОКЛАССНЫЙ МАТЕРИАЛИЗАТОР МНОГИХ ЖИЗНЕЙ
И если бы после всех этих пятниц в Храме кто-либо взялся судить о ее продолжающемся ничтожном, ишачьем существовании (ни постоянного партнера, хотя в избытке куча разовых; упадок сил и подорванное здоровье; все еще не погашенные студенческие кредиты; утомительная работа, которая забирает все силы и постоянно заставляет вспоминать о ее прошлых днях, когда она была моложе и беспечнее), то сказал бы, что Храм принес ей мало пользы или вообще никакой. Но она чувствовала иначе, интуитивно ощущала, что в ней нарастают перемены, пусть даже и неочевидные и нескорые, что все солтхаусовское возвышенное красноречие, полный смысл, воздействие и спасительное значение которого продолжали искушающе мерцать на грани реализации, в очень скором времени приведут к переменам в ее жизни.
Но все эти размышления и желания, всегда бродившие где-то на периферии ее сознания, могли подождать – были вынуждены ждать – до сегодняшнего вечера. Сегодня ей еще нужно было посетить двух клиентов.
Ее предпоследний клиент был Баррис, проживающий в квартале в черте города, где обитали низы среднего класса, чьи небольшие дома все до одного были построены в период послевоенной активности; дома были дешевые и располагались катастрофически близко друг к другу. Сегодня они в своем большинстве имели вполне ухоженный вид, обросли за прошедшие годы пристройками и нередко безвкусными улучшениями.
Но дом Баррисов был исключением. Небольшой газон перед ним был истоптан и превращен в поросшую сорняками полянку, заваленную игрушками и запасными частями автомобилей. Вода в пластиковом бассейне напоминала скорее состав для грязевой ванны.
Она не стала заезжать на подъездную дорожку и припарковалась на улице, потому что так было проще дать деру. Она усвоила эту тактику в первый год работы. Иногда секунды, затрачиваемые на разворот, давали шанс раздраженному клиенту догнать ее, молотить руками по капоту, вырвать с корнем боковое зеркало или – хотя на самом деле такого с ней никогда не случалось, но, впрочем, все же могло произойти – разбить лобовое стекло.
Выйдя из машины, женщина поправила на топике официальный бейджик от ДДС[1] с ее фотографией трехлетней давности – какой счастливой, живой и уверенной в себе она казалась тогда! – и ее именем: Крис Трой.
У дверей Крис приветствовал мистер Баррис, в настоящее время безработный: тощий мужчина с постоянным выражением затравленности на лице. У
