приглашает меня пройти внутрь. — Давай, пошевеливайся.
Но я не спешу прыгать в неизвестность. Сначала я настороженно заглядываю в помещение и тут же жмурюсь от яркого освещения.
Как оказалось, за проёмом находится очень большая комната с белыми стенами, потолком и полом. Даже мебель и техника здесь сплошь светлых тонов.
Всё пространство помещения условно разделено на несколько зон. Далеко слева стоит огромная кровать, как в комнате Бороза, с тем лишь отличием, что на ней белое покрывало. По центру — пара рабочих столов, отличающихся формой и поверхностью столешниц, и пара кресел. Справа же — уголок, напичканный сложной техникой и экранами с индикаторами, о назначении которых мне остаётся только догадываться.
— Я сказал, пошевеливайся! — повысил голос Арван. — У меня больше нет времени нянчиться с тобой. Заходи, и мы наконец избавимся от общества друг друга.
— Стоп… — повернулась я к нему, выгнув бровь. — Я останусь тут одна? А кто мне объяснит, что, собственно, надо делать?
— Мидэн тебя проинструктирует. Слушай его так, как если бы на его месте был я. Иначе…
Я обречённо вздыхаю, заканчивая предложение за него:
— Будут последствия.
Арван одарил меня едва заметной холодной улыбкой:
— Умничка. И ещё кое-что. Чтобы исследование проходило без лишних неудобств, я не буду сковывать твои движения наручниками или привязывать к чему-нибудь как животное. Я верю в наш договор, но на всякий случай предупреждаю: выйдешь из этого помещения без согласования со мной или Мидэном, и Индж умрёт в то же мгновение.
— Я поняла! Не надо мне об этом напоминать каждый раз!
— Может, и поняла. Но мне приходится учитывать, что, несмотря на тело, у тебя сохранилось человеческое мышление. — Он выразительно постучал пальцем по своему виску. — А им свойственно нарушать правила и договорённости, наивно предполагая, что каждый в этом мире должен дать им ещё один шанс.
Затем Арван нетерпеливо качнул головой в сторону комнаты.
Оставив его надменные высказывания без комментариев, я зашла в проём, и двери за мной тут же закрылись.
Человеческое мышление, несмотря на тело?..
Я задумчиво посмотрела на свои руки и тихо произнесла:
— Что бы это могло значить?..
Эпизод 24
— Валерия, добро пожаловать в помещение для всесторонних исследований разумных гуманоидных существ! Меня зовут Мидэн, с сегодняшнего дня я буду вашим консультантом и проводником на лабораторном уровне станции “Тэсэра”, — поприветствовал меня с порога механический голос. — Чтобы общаться со мной, вы можете произносить слова вслух на любой громкости: я улавливаю все колебания воздуха, а также читаю по губам. Если же вам по какой-то причине неудобно говорить, вы можете воспользоваться специальным интерфейсом для работы с центральным компьютером, чтобы ввести сообщение вручную, или воспользоваться языком жестов. Интересная деталь для вас и ваших современников: я отлично играю в “Крокодила”.
На его словах о “специальном интерфейсе” зажглись несколько сенсорных панелей, расположенных в разных частях комнаты.
Ага, значит, там я могу отправить ему эсэмэску. И что это за внезапная деталь про “Крокодила”?.. Видимо, он так намекнул, что сможет понять меня, даже если я не владею языком жестов и просто буду кривляться на камеру.
Дождавшись, пока я осмыслю эту информацию, Мидэн выдержал недолгую паузу, а затем спросил:
— Вы готовы перейти к первому этапу исследования?
— А у меня есть выбор? — хмуро спрашиваю я, осматривая помещение.
Из его приветствия я поняла, что он будет слышать меня в любом случае. Но всё равно интуитивно пытаюсь найти глазами что-то, к чему я могла бы обращаться как к собеседнику. Хотя бы голый микрофон или объектив камеры.
Однако яркий свет, который, кажется, льётся со всей поверхности потолка, заставляет меня прищуриться.
— По установленному протоколу, у нас есть запас времени, который мы можем потратить на интересующие вас вопросы и приведение текущих условий к максимально удобным в рамках, определённых положительным влиянием на достоверность исследования. Например, я могу подстроить под ваши предпочтения верхнее освещение.
После его слов потолок плавно меркнет, и мне больше не приходится щуриться, чтобы смотреть по сторонам.
Я поджала губы:
— Многообещающе.
— Так у вас будут пожелания, или мы можем приступить к первому этапу?
— Ещё как будут! — мрачно улыбаюсь я и направляюсь к кровати.
К этому моменту я уже не пытаюсь найти аналог собеседника в комнате и просто говорю в пустое пространство.
— Во-первых, можно просто Лера. А во-вторых, мог бы ты разговаривать попроще? Ну, без всего этого канцелярита и официоза. Перейдём на “ты”, будем пользоваться понятными словами и коротко доносить главное, хорошо?
— Без проблем.
— Ты быстро схватываешь! — усмехаюсь я.
— А то ж.
Падаю спиной на кровать, раскинув руки, и облегчённо выдыхаю. Просторно, мягко и приятно на ощупь. А ещё находиться в комнате без злобного Арвана и его роботов — сплошное удовольствие. Кстати, о роботах.
— Мидэн, так?
— Да, я слушаю.
— А ты сам-то кто такой? Тот центральный компьютер, о котором ты упоминал?
— Нет. Самыми близкими тебе понятиями будут операционная система и нейросеть. Если же проводить аналогию с живыми организмами, то компьютер, хоть и с сильной натяжкой, можно назвать моей физической оболочкой.
— Ну да, я что-то такое и думала. Правда, если прошло столько лет… Ты наверняка должен быть покруче наших нейросетей.
— Уж наверняка.
Заинтересованно выгибаю бровь:
— Так у тебя есть сознание и всё такое?
— Смотря что считать сознанием.
Я закатываю глаза и шумно выдыхаю:
— Ясно, понятно. Прошли столетия, а тема для ИИ всё ещё проблемна.
Впрочем, вопросы сознания и самосознания искусственного интеллекта меня не так и волнуют. На самом деле я хочу узнать совсем другое.
— Ты беспрекословно подчиняешься Арвану?
— В большинстве случаев.
— Вот как. Интересно. А в каких случаях не подчиняешься?
— Эта информация засекречена.
Я протяжно хмыкаю, потирая уставшие глаза. В голове всплывает недавнее воспоминание об Индже в камере. Когда Арван отдал приказ на активацию протокола, Мидэн не сразу его выполнил, а сначала дал рекомендацию. Без понятия, был ли это особый случай или Мидэну всегда дозволены такие отступления. Но как минимум можно сделать вывод, что лазейки в общении с ним существуют.
Может, с ним даже можно подружиться? Чем чёрт не шутит?
Правда, этот механический голос теперь чётко ассоциируется с пытками Инджа. Как бы так от этого отстраниться…
— Мидэн, а ты ведь можешь менять голос, да?
— Легко. И даже больше: я могу имитировать любой звук в доступном тебе диапазоне.
— Но почему тогда ты разговариваешь как доисторический робот?
— Арван считает, что речь должна отражать мою суть. Не хочет, чтобы я вводил окружающих в заблуждение насчёт
