ваше слабое место! Я даже не догадывался, что вы у нас лудоман и гемблер.
— Попрошу не выражаться. Я финансист. Деньги — это мой конёк и мой профиль. И если есть возможность кого-то обыграть, да ещё и заработать с этого — я его обыграю.
— Сыграете со мной? — предложил я.
Она вздёрнула точёную бровь.
— И не надейтесь! Вы мне не интересны — вы совсем далеки от бережливости, плохо блефуете и явно склонны играть ва-банк, а я такое не люблю.
— Агатушка, ну что вы всё про деньги и про деньги! Есть же куда более приятные варианты игр в карты, — проворковал я, проведя пальцем у неё по плечу.
Банкирша вздрогнула и отстранилась от меня.
— Что вы имеете в виду?
— Вы всё правильно поняли. Карты на раздевание, конечно же.
Агата вспыхнула на миг, затем встала из-за стола.
— Ещё одно слово, ещё одна сальная шуточка, одно прикосновение, капитан-лейтенант Иванов… и я подам на вас в суд за домогательство к должностному лицу! Лучше идите, разобрались бы с организацией, а то у вас на сцене происходит чёрте что!
Что ж, вы выиграли битву, но не войну, Агата, подумалось мне.
Я вышел из-за стола и, поймав Октавию, тут же выдал поручение.
— Необходимо, чтобы через три-четыре часа Агата Кристицина была пьяная и готовая играть со мной в карты на раздевание.
— Господин адмирал! — сдавленным шёпотом проговорила Октавия. — Она категорически не подходит вам как половой партнёр. Я лучше порекомендую вам дешёвых киберпроституток, чем эту особу! Тем более, как мне выполнить такое безумное задание⁈
— Я знаю. Тем не менее. Выполняй. Отнесись к заданию творчески.
— Будет сделано, — сухо ответила Октавия.
Сам же я направился к сцене. Там происходило что-то непонятное. Актрисы театра кабаре, ещё только что отплясывавшие канкан, вдруг сначала странно затрясли головой, как будто бы им в уши попала вода. Затем одна за другой прямо на сцене постаскивали с себя цветастые юбки и нижнее бельё. Кто-то делал это резво и посмелее, кто-то весьма изящно и даже театрально, под музыку, а парочка явно непредназначенных для таких манёвров серв-барышень — робко, будто делали это в первый раз.
Одна из механических девиц раскрутила над головой кружевной лифчик, после чего отправила его в зал в лучших традициях представлений у подпольного пилона в Пантеоне. После чего они все нестройными рядами спустились со сцены в зал и одна за другой пали в объятия офицеров за столиками в первом ряду.
— Какое, однако, экстравагантное выступление, — хмыкнул я.
Бравое офицерство встретило их странный демарш. одобряющим свистом. Кое-кто тут же повёл механических барышень в нумера, либо, что ещё хуже — за ближайшую шторку и ширму. Некоторые, напротив, принялся морщиться и отбиваться, пожалуй, я бы поступил именно также, так как барышни такой анатомии мне были совершенно неинтересны. К тому же, театр кабаре комплектовался из сервов совершенно разных моделей, и у кого-то из них, простите меня, анатомии никакой в принципе и не было.
В целом, возможно, и стоило дать нашим воякам подобную психологическую разгрузку, только вот уж больно это было на грани. К тому же, очевидно бросало тень на меня как на организатора мероприятия и командира. Я понимаю, чтобы подобное устроил кто-нибудь из капитанов Вольного Флота, но адмирал, пусть и записной, эскадры из столь почтенных родов…
— Октавия, — обратился я по нашему внутреннему чату. — Я знаю, что ты сейчас занята обработкой Агаты, но у меня ещё одно к тебе задание — пожалуйста, в фоновом режиме продиагностируй этих барышень. Как будто бы с ними что-то произошло нехорошее. Насколько я понимаю, стриптиз в программу вечера не входил?
Ответ в чат поступил достаточно быстро.
«В сервисных модулях двух актрис обнаружен несертифицированный патч, эксплуатирующий уязвимость брандмауэров кластера виртуальных машин эмоциональной подсистемы. Через который, вероятнее всего, осуществлён несанкционированный доступ в указанные виртуалки, а в них — изменены конфигурационные настройки эмоциональных моделей. Возможно, более того, прямо-таки даны директивные инструкции на выполнение. Время установки патча — десять минут назад».
— Ничего непонятно, но очень интересно, в общем.
«Переводя на разговорный — вероятно, кто-то похулиганил и превратил актрис в киберпроституток. Выполнено достаточно изящно».
— Понизил, так сказать, уровень социальной ответственности. Умышленно. Отлично. Ну, точнее, не очень. Ну и что нам с этим сделать?
«Я уже написала скрипт исправления уязвимости и отката версии эмоциональных моделей. Далее делегировала задачу Андрону. Он в данный момент занимается патч-менеджментом и восстановлением целостности эмоциональных подсистем. Чем-то ещё могу вам помочь?».
— Запусти поиск источника. Очень хочется найти мамкиного хакера, который так развлекается.
«Уже запустила, отчитаюсь чуть позже. Что-то ещё?»
— Нет, спасибо за оперативное выполнение запроса, ставлю пять баллов, если понадобится что-то ещё — обращусь отдельно.
И действительно — одна за другой кибернетические барышни возвращались на сцену, стыдливо натягивали обратно детали и элементы разбросанного с горяча гардероба и весьма нестройно продолжали отплясывать свой асинхронный канкан.
Ну, отчасти я был рад столь быстрому восстановлению благопристойности, но в целом мне почему-то стало от этого чуточку скучнее. Хотелось то несколько больше драйва и приключений, и кто я такой, чтобы в этом себе отказывать?
А тут ещё и Запасной Ганзориг нарисовался, спросил вкрадчиво:
— Ну, как проходит ваш досуг, господин адмирал? Довольны ли вы увеселением подчинённых? По мне так всё происходит более чем великолепно! Жаль только механические шлюхи почему-то поломались и вернулись на сцену.
— Какая досада! — рассмеялся я. — Слушайте, а где у нас наёмники кутят? В трюме?
— В трюме! — довольно оскалился Запасной. — Желаете навестить? У них там, насколько знаю, кулачные бои и чемпионат по пощёчинам.
— Чемпионат по пощёчинам! — возликовал я. — Это именно то, что нужно, чтобы вернуть опресневшему гулянию нужную остроту! Ну-ка, уважаемый, пройдёмте туда скорей.
Глава 12
Темный чулан бывшего почтенного патриарха
Мы потащились через три лестничных перехода, и спустя две гермодвери наконец-то пришли в нужное помещение.
— Атмосферненько тут, — констатировал я, когда мы зашли.
В ноздри ударил запах мужицкого поту, гари и чего-то вроде мазута, хотя откуда здесь взяться мазуту — здесь же у нас не трюм сухогруза времён Пантеона? Видимо, что-то из разряда синестезии сработало.
Вдалеке играла громкая ритмичная музыка, на небольшой сцене надрывался вокалист с электрогитарой — в отличие от верхней сцены,
