Какие будут указания?
Альдо внимательно взглянул Гомеру в глаза, выдержал паузу.
— Шёпот, грузитесь в транспортник, который предоставит Гомер. Бери с собой шесть человек на твоё усмотрение, кроме Принс, разумеется.
— Что? — воскликнула я.
— Тобой рисковать нельзя, — тихой сталью отчеканил он.
— Я хороший боец, сэр, — начала было возмущаться я. — Мне…
— Знаю, но мы не можем потерять всех. Ты свободна.
Я ошарашенно выдохнула и вышла за дверь. На кровати в кубрике до сих пор сидел Матео. Я подошла к нему и опустилась рядом.
— Ну что? — спросил он.
— Вараха, Катран, Хил, Хан… — следом за мной вышел Шёпот и с ходу начал называть имена. — Сбор в ангаре. Полная боевая экипировка.
Десантники повскакивали с мест, рванули к отсеку со снаряжением. А я сидела на кровати Матео, и сердце отчаянно ныло. Как же так? Я должна отправится вместе со всеми… Как можно оставаться и ждать, когда Трой в опасности.
Всё это ощущение, что меня принимают в расчёт, что моё слово теперь важно обернулись каким-то жутким разочарованием. Да я же просто капризное приложение к ключу, которым нужно что-то открыть. Вот как видит меня Альдо. Все эти политические игры и решения удел старых мужиков, которые в этом что-то соображают, или думают, что соображают. Нет. Нет. Я сама в состоянии решить. Я нужна там, в сражении. Мне нужно спасти Троя. Спасти всех этих людей.
Я уже почти подскочила, собираясь как-то просочиться на транспортник вместе со всеми остальными, но Матео прижал мою руку своей культей.
— Шёпот тебя не называл, cabra, — произнёс он. — Как и меня. Успокойся. Они справятся без нас.
— Без вас-то понятно, — Кали, стоящая у своей кровати, недовольно взглянула на нас. — А я-то почему остаюсь?
Тут я не выдержала, скинула руку Матео, ринулась в коридор за ускользающей в сумрачном освещении группой. Я пойду с ними. Проберусь тайком.
Специально шла следом, но не приближалась. Добралась до отсека со снаряжением, приметила себе бронескаф. Спряталась за переборкой. Да. Траханные звезды. Не могу я остаться.
Выглянула проверить, и тут меня пришибло тяжёлой рукой к стене.
— Куда собралась, пронырливая задница? — рыкнула Вараха, сдувая красную прядь с лица.
— Ты знаешь куда, — ответила я.
— Послушай, ты должна остаться, — сказала Вараха мягче. — Ты наша надежда, ЕГО надежда. Тебе нельзя рисковать.
— Но… Трой… Сантьяго. Люди…
— Смотри на меня, — она изобразила страшную рожу. — Если надо будет, я твоего девственника достану и с того света. Для тебя. Выдохни. Ты не одна. Я за тебя горой. И я в тебя верю. Верю, что ты можешь привести нас к лучшей жизни. Верю. Но для этого, девочка моя, нужно жить.
Ее голос дрогнул. Я закусила губу.
— И жить нужно поближе к руководству, чтобы в нужный момент перехватить бразды, — она улыбнулась и вдруг поцеловала меня в лоб. — Иди в кубрик.
Она резко отстранилась, а я осталась стоять на месте, обдумывая её слова, и не в силах шелохнуться.
Глава 17. Коррозия вражды
— 3112~
Рассеянный свет уходил под железный купол станции. Тяжесть оседала на плечах. Оседала теплом маминых объятий. Я знала, что теперь она в этом белом свету уплывает от нас навсегда. Я стояла и не могла сдвинуться с места. Мамин последний поцелуй ещё тлел негой на лбу, прощальным прикосновением любви. Пусть уже три дня мамы с нами нет. А сегодня её тело обратили в свет.
Я не хотела отпускать. Рыдала, цеплялась за ограду. Карлос уговаривал меня уйти, а я стояла, как вкопанная. Когда нас начала прогонять охрана, он больно дернул меня за волосы, и только после этого я пришла в себя.
Странно вспоминать этот момент сейчас. Наверное, Вараха пробудила во мне старые чувства. Слишком неожиданной была её ласка. И страх, что я её потеряю, прошёлся по нервам разрядом тока.
Вдох. Выдох. Я ЕГО надежда. Ребята справятся. Вараха достанет для меня Троя даже из-под земли. А моё место здесь. Стряхнув оцепенение, я направилась обратно в кубрик. А что, собственно, я могу здесь? Не дать Альдо принимать какие-то ошибочные решения? Но я же точно не понимаю, что хорошо, а что нет. Хотя, понимает ли в действительности Альдо, что делать?
В жизни точный ответ существует лишь на один вопрос: чем закончится наша жизнь? Это всем известно. Остальное — постоянная, порой непереносимая неизвестность, в которой нужно находить мужество выживать.
Подходя к кубрику, я услышала тихий строгий голос Кали:
— Он оставил меня здесь из-за тебя.
— Ставишь под сомнение профессионализм Шёпота? — спросил Матео. — Оставил, значит, посчитал нужным.
— Возможно.
— Но мне всё-таки интересно, что случилось? — голос Матео звучал неуверенно. — Почему ты меня избегаешь? Пальцами творить чудеса я пока не могу, но… всё остальное-то при мне.
Я уже почти вошла в открытую дверь, а эта реплика заставила меня замереть в проходе. Я хотела знать, что Кали скажет. Она молчала. Это было какое-то затянувшееся неудобное молчание. Я ввалилась в кубрик, и, проходя мимо Кали, подмигнула ей.
— И ты туда же? — нетерпеливо сказала она. — Ладно, пойду делом займусь.
Я подумала, что сейчас Альдо меня, скорее всего, не пустит. Попросит подождать, и минут пять у меня есть. Кали двинулась из кубрика, замерла на миг, принимая что-то по связи, и я пошла за ней.
— Куда идешь? — спросила Кали.
— Хочу помочь…
— Да я, пожалуй, одна справлюсь, — пробубнила она, ускоряя шаг.
— С тобой всё в порядке? — я нагнала её, и придержала за преплечье.
— А что со мной может быть не так? — Кали усмехнулась. — Хотя постой. Наш майор на Линдроузе в полной жопе, а я осталась здесь разбираться со всяким мусором. А всё потому, что в чёртовом Шёпоте проснулись какие-то отцовские чувства, — она глубоко вдохнула, справляясь с раздражением, — и он хочет, чтобы я приласкала его сыночка!
— А тебе западло, что ли? — недоумённо спросила я. — Вы же были вместе…
— Никогда мы вместе не были, — она дёрнула свою портупею, за которую держалась. Рукоятка бластера качнулась. — Как вообще можно быть с кем-то в наших условиях? Вот Вегу отвоюем, тогда и поговорим.
На язык чуть не лёг вопрос «А что, если нет?». Но я вовремя вспомнила, что я же надежда. А разве надежда может сомневаться?
— А если кто-то из нас до этого не доживёт? — раздался из-за моей спины голос Матео.
— Значит, не судьба, — мрачно ответила Кали. — Дурью не майся.
Она быстрым шагом устремилась по коридору в сторону гаупвахты. Может, она пошла кормить пленника? Мы с Матео стояли молча полминуты.
В памяти
