Ты оставишь его целиком, и мы позволим тебе уйти. Но знай, что потом мы пойдем за тобой.
Вот еще не хватало, чтобы за мной эта толпа бродила. Увы, такова цена популярности…
— Давайте все же попробуем найти какой-нибудь компромисс, — предложил я. — Скажем, вы не все за мной пойдете, а только парочка из вас…
Шаман покачал головой.
— Ненавижу компромиссы, — прорычал Отец. — Я скорее умру…
Искусство ведения переговоров — штука очень тонкая, и овладеть им дано не каждому.
Нельзя постоянно угрожать тем, что не не в силах претворить в жизнь. Если ты обещаешь поставить хулигану Петрову двойку в четверти, то рано или поздно тебе придется ее поставить, пусть это и снизить твои показатели, как педагога. Если ты обещаешь, что твой отсидевший брат сейчас выйдет и всем наваляет, то кто-нибудь обязательно должен выйти и всем навалять. Если ты Северная Корея…
Ну, в общем, либо ты делаешь, либо тебя перестают принимать всерьез.
Отец сказал, что он скорее умрет.
Так тому и быть.
«Дезерт игл» был способен уже на четыре выстрела, и половину я подарил Отцу.
Двойного хедшота в упор хватило, чтобы вождь племени отправился… Ну, куда там коллоквианцы отправляются, когда заканчивают свой жизненный путь.
Как и следовало ожидать, мои уровни тут же прыгнули вверх, и я, не глядя, пихнул все доставшиеся мне очки характеристик в силу.
Тело Отца еще не успело упасть на пол, системная табличка медленно таяла перед моим взором и мешала целиться, но расстояние было небольшим, и вторую пару пуль я подарил шаману.
Может, я и поторопился. Может, он как раз в этот момент готов был признать меня новым Отцом после того, как я ловко разобрался с предыдущим…
Я этого уже никогда не узнаю.
На этом здоровье шамана тоже закончилось, но новых уровней мне не выдали. Не такое уж это, видать, достижение.
Пряча бесполезный пистолет в инвентарь, я отпрыгнул назад, злобно оскалился и достал свой последний аргумент.
Клавдию.
Называть ее «Клавой» язык уже не поворачивался. После заточки свитком Элронда моя подруга сделалась… Инфернальная — не самое точное слово, но более точного мне в голову пока не пришло.
Она перестала быть деревянной и изрядно прибавила в весе. Ее украшали каббалистические узоры, а на рабочей поверхности появились шипы, утолщения и утяжеления. Вдобавок, теперь вокруг нее курился зловещий темно — зеленый дым, а при активации «призрачного клинка» она на мгновение вспыхивала красным.
Словом, если бы Сатана играл в бейсбол головами грешников, у него могла бы быть именно такая бита.
Орки не впечатлились. После смерти шамана средний интеллектуальный уровень собравшихся сильно просел, так что они сразу полезли атаковать.
Поскольку больше смысла прятать тузов в рукаве не было, так что я сразу зашел с козырей и активировал свой ультимативный навык, который после заточки разил аж на полметра и действовал целых двадцать две секунды.
Первую тройку нападавших просто располовинил.
Второй ряд — в нем было двое — не успел притормозить, и их постигла та же участь.
Следующие атаковали уже аккуратнее. Я прыгнул вперед, увернулся от выпада копьем, ударил «клинком» в шею гвардейца, после чего навык сразу ушел в откат, но гвардейцу это не помогло, потому что он был уже мертв.
Следующему я поддел ногу топором, а когда он упал, вломил ему Клавдией. Пнул кого-то в живот «сокрушительным пинков», отмахнулся от одного, ударил другого, словил пулю в плечо… Ну, в общем, так оно и понеслось.
Не знаю, о чем я думал, когда во все в это влез. Может быть, я втайне надеялся, что Система, видя мою отвагу, мне как-нибудь подыграет. Выдаст секретную абилку «в школу с родителями», которая увеличит мой урон, или что-то вроде того.
Но нет, в очередной раз все пришлось делать самому.
В какой-то момент я поймал сразу три удара и мое здоровье оказалось в красной зоне, но тут откатился «призрачный клинок», я убрал двоих, получил уровень и автоматически восстановился. Удобная все-таки боевая Система в этой новой реальности, немного похоже на старую добрую бразильскую тактику, за которую мир так ценил их футбольную сборную.
Неважно, сколько нам забьют, мы все равно забьем больше.
Ну или как-то так.
Я нападал и защищался, наступал и отступал, напрыгивал и отпрыгивал, финтил, использовал весь свой нехитрый арсенал абилок и весь свой хитрый арсенал грязных уличных приемов. Я был заляпан кровью, своей и чужой, с ног до головы. Я порхал, как бабочка, жалил, как пчела и ревел, как укушенный крокодилом гризли. К сожалению, мне даже не удалось впасть в боевое безумие, и я помню эту драку ясно и отчетливо, до самой последней мелочи.
Каждую подножку, каждую подсечку, каждый удар топора и взмах бейсбольной битой.
И это, как вы понимаете, не самые приятные воспоминания.
Насилие похоже на лавину. Начинается все с маленького и почти безобидного снежка, а потом эта масса погребает под собой целое племя орков, которые когда-то были империей.
Надо отдать этим ребятам должное. Они не дрогнули, не побежали, не опустили оружие. Просто в какой-то момент они… кончились.
Я вдруг обнаружил, что на меня больше никто не нападает, вяло этому факту удивился, а потом осмотрелся вокруг и не почувствовал ровным счетом ничего. Ни удовольствия от хорошо проделанной работы, ни отвращения от того, что я натворил.
Только холодную пустоту, как в старые недобрые времена.
Это меня не то, чтобы напугало… Скорее, расстроило. Я слишком хорошо помнил старые недобрые времена, и возвращаться туда мне не хотелось.
Тот я был эффективным, но не очень приятным человеком и я бы не хотел, чтобы он вернулся насовсем.
Хотя время от времени его присутствие наверняка потребуется.
Но огорчаться и рефлексировать я буду потом. Сейчас надо сделать так, чтобы это «потом» все-таки наступило.
Не знаю, сколько времени длилась эта драка. Наверное, изрядно, потому что «дезерт игл» успел восстановить весь свой боезапас. В очередной раз сменив топор на пистолет, я покинул место кровавой бойни и направился вниз, надеясь, что еще не все племя успело сюда сбежаться.
Для следующего пункта моего плана требовался оперативный простор.
На неработающем эскалаторе я встретил троих орков, поднимающихся мне навстречу. Они были вооружены кривыми мечами и топорами, так что ничего не помешало мне расстрелять их с безопасной дистанции.
— Слабые падут, — пробормотал я, перешагивая через их трупы.
На следующем эскалаторе было пятеро, но они меня не ожидали. Я отвесил пинка впередиидущему, он покатился назад и посшибал остальных, а пока
