— Ты вообще кто по убеждениям? — спросил Федор с некоторой долей подозрения.
— Воинствующий пофигист восьмого дня, — сказал я. Шутка была чужая, но на мое мировоззрение ложилась прекрасно. — Поройся в холодильнике, там пельмени должны быть. А то жрать хочется.
Кое-как приладив дверь туалета на место, я пошел в ванную, скинул одежду и наскоро принял душ. Вытерся, нацепил свою любимую футболку с эмблемой "халф-лайфа", потертые джинсы и удобные походные ботинки на тот случай, если придется быстро валить, и только после этого пошел на кухню.
И обнаружил, что вода только-только начала закипать, и пельмени в кастрюлю никто так и не закинул.
— Э? — спросил я.
— Спичек не нашел, — пояснил Федор. — Думаешь, легко газовую плиту фаерболлами поджигать?
— А, тогда спасибо, что ты вообще все тут не спалил, — сказал я, глядя на закопченный кусок стены прямо над плитой.
— Я еще не научился все это контролировать, — сказал Федор.
— Но ты попыток-то не оставляй, — сказал я. — Огонь — это не только разрушительная сила. Он в некоторых случаях жизни спасает. Только, желательно, в следующий раз где-нибудь на свежем воздухе экспериментируй.
— Да я все понимаю, — сказал Федор, закидывая пельмени.
Я воспользовался паузой, заварил чай, благо, чайник был электрический, а электричество здесь еще не отключили, и разлил его по стаканам.
— А пива нет? — спросил Федор с надеждой.
— Пиво отменяется, — сказал я. — Во время апокалипсиса нужно иметь трезвую голову, сухие ноги и твердые руки по локоть в крови.
— А народу все равно мало, — заметил Федор. — Даже если часть по домам сидит, часть на работе застряла, часть свалила, а часть из метро вылезти не может, все равно по улицам больше людей должно бродить. Такое впечатление, что в городе не пятнадцать миллионов человек жило, а тысяч триста. Я, конечно, понимаю, что меньше народа — больше кислорода, но как-то это странно.
— Только вот это в последнее время и странно, — сказал я.
Мы поели и попили чая с печеньем. Сразу после еды меня привычно потянуло в сон, но спать по соседству с Анной Петровной мне не хотелось.
— Давай по магазинам прошвырнемся, — предложил я Федору. — Тут как раз торговый центр неподалеку открыли.
— Так поздно уже, — сказал Федор, глядя на свои смарт-часы. — Да и зачем?
— Спорттовары, — сказал я. — Палатка, спальные мешки, переносная плита, прочая туристическая хрень.
— Ты что, в лесу собрался жить?
— Нет пока, — сказал я. — Но лучше запастись всякими полезными штуками, которые из зомби не выпадают. Потому что кто его знает, где мы будем завтра.
— Надо, так надо, — сказал Федор.
К вечеру на улице слегка похолодало, так что я накинул легкую кожаную куртку и предложил Федору воспользоваться моим гардеробом. Он с благодарностью отказался, заявив, что попробует найти себе что-нибудь в торговом центре, раз уж мы все равно туда идем.
Склонность к мародерству в цивилизованном человеке проявляется очень быстро.
Ласточка ждала нас на месте. Пока мы ели, жидкости, вытекающие из зомбячьих организмов, успели на ней окончательно засохнуть, и выглядела машина еще более непривлекательно, чем раньше.
Вдобавок, она еще и попахивать начала.
Не, я, конечно, понимаю, что до сантиметра — это не грязь, а больше сантиметра — само отваливается, но она же скоро вонять начнет, и находится не только внутри нее, а я рядом, станет решительно неприятно.
Интересно, автомойки еще работают?
Я потянул за ручку, стараясь не прикасаться к кровавым разводам на дверце, сел в машину и открыл пассажирскую дверь изнутри.
— Благодарствую, — сказал Федор. — Чапай, я не хотел бы показаться занудным, но скоро перед нами встанет проблема запаха. Там среди навыков никакого самоочищения не выпадало?
— Пока нет, — сказал я. — Может, это только на иномарках выпадает.
— Жаль, однако.
— На обратном пути на мойку заскочим, — пообещал я.
И мы поехали.
Со стороны торгового центра доносился страшный грохот, слышный уже за пару кварталов. Там постоянно билось стекло и гремело так, словно кто-то кидал что-то очень тяжелое во что-то очень хрупкое.
Мы въехали на парковку и обнаружилось, что шум доносится из самого здания. А когда мы подошли ближе, глазам наши узрели престранную картину.
В вестибюле торгового центра кипел бой. Группа людей… Хотя нет, наверное, группа игроков нарвалась на рейд-босса и пыталась его вынести.
Зомби был больше трех метров ростом и очень толстый. Похоже, приход системы накрыл его в магазине спортивного питания, и все эти сутки он только и делал, что жрал протеин, приправляя его анаболиками и стероидами. Брюхо у него висело чуть ли не на уровне колен, и был он не слишком подвижный.
Видимо, только этот факт и внушал игрокам какие-то надежды, потому что уровень у босса был сороковой, а здоровье вообще какое-то запредельное.
Игроков было пятеро или шестеро.
Они прыгали вокруг зомби, кололи его копьями, рубили его мечами и шарашили молниями с двух рук.
Зомби швырялся в них переносными витринами, стойками и прочей плохо закрепленной торговой мебелью, а также пытался прихлопнуть огромными кулаками.
— Странный какой-то данж, — заметил Федор. — Впервые вижу, чтобы босс команду прямо на входе встречал.
— Так может, это и не босс, — сказал я. — Может, там внутри кто-то покруче есть.
— Ага, согласился Федор. — А нам принципиально именно этот торговый центр грабить? Потому что я не против, если мы до какого-нибудь другого проедемся.
— Неужто не хочешь присоединиться к веселью? — спросил я.
— Это неэтично, — сказал Федор. — Ребята могут подумать, что мы претендуем на долю в добыче. А моб знатный, кто знает, что с него залутать можно.
— А ты думаешь, они его без нас вывезут? — спросил я.
— Мы его и все вместе можем не вывезти, — сказал Федор. — Сороковой уровень, у него и абилки вполне уже открыться могли.
В этот момент босс присел на одно колено и со всей дури влепил кулаком в пол. Здание затряслось, из окон вылетели последние стекла, по стене побежали трещины. Половина игроков оказалась сбита с ног, у мага прямо посреди заклинания сорвался каст.
— А вот и абилка, — констатировал Федор.
Больше всего не повезло копейщику. Он потерял равновесие и рухнул на пол всего в нескольких метрах от босса, так что зомби просто наклонился, протянул длинные руки, схватил его поперек туловища и бросил в стену.
Следующей жертвой стал мечник. Во время очередной атаки он угодил ногой в образовавшуюся на полу трещину, не успел вовремя отскочить и тяжелый кулак босса обхватил его голову.
И сжал.
Хэдшот.
Я видел это, уже несясь по парковке ко входу в здание. По дороге меня, обдав жаром, обогнали два фаерболла Федора. Один пролетел мимо, а второй угодил в голову босса и поджег остатки его спутанных сальных волос.
Впрочем, пламя быстро потухло, а полоска здоровья над зомби уменьшилась едва ли на пару процентов.
Не совсем отдавая себе отчет в собственных действиях, я ворвался в драку.
Это ведь главное в драке — красиво в нее ворваться. А там уж дальше будет видно, что к чему и кто первый упадет.
Крутящиеся двери в торговый центр были заблокированы, по поскольку стекол в них уже не было, я просто пробежал насквозь и бросился на босса, уже в прыжке активируя сокрушительный удар.
Босс стоял ко мне очень выгодно, спиной, и как раз пониже спины я ему своим сокрушительным ударом и угодил.
Разница в массе была слишком велика, чтобы он улетел от меня, как все остальные зомби, на которых я этот удар пробовал раньше. Но определенного эффекта мне добиться удалось.
Зомби рухнул плашмя, здание снова содрогнулось. Я вскочил ему на спину, сделал два длинных шага, активировал кнопку на рукоятке Клавы и загнал призрачный клинок ему прямо в мозг.
Вот и тебе хэдшот, редиска.
Босс вздрогнул, его руки в последний раз проскребли по полу, оставляя борозды в керамограните, по гигантскому телу прокатилась судорога и он затих.
