– И вас не поймали?
– В конце концов, поймали, – сказал он. – Пришлось провести пятнадцать лет на рудниках, и эти годы закалили мой характер, укрепили мой дух и мое тело.
Он задрал широкий рукав халата и продемонстрировал мне довольно внушительный бицепс. Похоже на правду, бренча на гитаре такой рельеф не заработаешь.
– Итак, вы знаете о происходящем чуть менее, чем все, – сказал я. – Но эта информация хаотична и бессистемна. У нее слишком много носителей и толкований, чтобы сложить общую непротиворечивую картину мира.
– Общую, конечно, нет, – согласился он. – Мир слишком велик и слишком изменчив, чтобы его можно было описать простыми словами. Но, в то же время, мы можем найти практически любую конкретную информацию. Главное – это правильно сформулировать вопрос и знать, кому его задать.
– Уж не хотите ли вы сказать, что можете найти для меня Первого Игрока?
– Что вы вообще о нем знаете?
– Довольно многое, – сказал я. – Но это все тоже касается его славных прошлых дел.
– Вы знаете про его несокрушимую армаду огромных человекообразных боевых роботов?
– Слышал, – сказал я. – Она до сих пор при нем?
– И да, и нет, – сказал Армандо. – В том смысле, что они не следуют за ним по пятам. Эта армада укрыта в надежном месте и большую часть времени просто ждет. Но стоит ему позвать, как они придут и выполнят его приказ.
– Но он уже довольно давно их не звал, – заметил я.
– Значит, не было необходимости.
– Или они заржавели, – предположил я. – Или он потерял над ними контроль.
Армандо хмыкнул.
– Это невозможно, молодой человек, – сказал он. – Магистр сам создал робота по имени Прим, первого из этой армии и ее вечного командира, и Прим присягнул ему на верность и поклялся служить до конца времен. Как по-вашему, конец времен уже настал?
– Многие говорят, что да.
– И тем не менее, они явятся по его первому зову, – уверенно сказал Армандо.
– И что вы предлагаете? – спросил я. – Найти эту армаду и следить за нею, пока он не позовет?
– Я пока ничего не предлагаю, – сказал Армандо. – Я живописую ситуацию.
– Тогда продолжайте.
– Поиски Первого Игрока осложняются сразу двумя факторами, – продолжил он нагнетать. – Во-первых, он не оставляет логов. Вообще никаких следов, кроме следа в людской памяти, а это, как вы понимаете, довольно ненадежный носитель информации. И поскольку он не оставляет за собой цифрового следа, его нельзя обнаружить обычными методами. Гадалки, пророки и оракулы сдерут с вас кругленькую сумму, а потом просто разведут руками.
– Вы хорошо знаете, как тут все функционирует, – сказал я.
– Просто живу долго, – объяснил Армандо. – Система – это механизм, подчиняющийся определенной логике. А Магистр каким-то образом научился эту логику игнорировать.
– Просто он живет еще дольше, – сказал я. – Какой второй фактор?
– У Первого Игрока есть очень редкий и весьма полезный скилл хаотического портала, – сказал Армандо. – То есть, он в любой момент времени может открыть дверь в иной рандомный мир, сам не представляя, что его ждет за порогом.
– Такой ли уж полезный этот скилл? – усомнился я. – А если за порогом жерло вулкана?
– Есть способы выжить и в жерле вулкана, – сказал Армандо. – А Магистр очень хорошо научился выживать. В то же время, хаотический портал непредсказуем и может забросить его куда угодно. И вместе с тем, что он не оставляет следов…
– Да, я понимаю, – сказал я. – Найти его практически невозможно. А даже если найдешь, он может снова уйти этим порталом и придется начинать все сначала.
– Вот, наконец-то вы улавливаете суть, – сказал он. – Найти его практически невозможно. Особенно если у тебя нет доступа к такому ненадежному носителю информации, как человеческая память. Или если вы не умеете с ним работать.
– Хорошо, я все понял, – сказал я. – Вы только что взвинтили ценность своих услуг до небес. И какова же будет конечная цена?
– Полагаю, вы найдете ее вполне приемлемой, – сказал он. – Для начала, я бы хотел, чтобы вы взяли меня с собой в этот путь.
– Зачем?
– Это неплохая тема для баллады о странствиях.
– А на самом деле?
– Мне нужно с ним поговорить, – сказал Армандо. – Однако, те обстоятельства, при которых мы расстались, вряд ли позволят нам сохранить приятельские отношения. Без вас он не станет меня слушать.
– А со мной станет?
– Шансы чуть больше, – сказал он. – Вы – текущий номер один, но это не главное. Вы относитесь к тому типу людей, что ему по нраву.
– Это к какому же?
– Человек действия. Ходячая неприятность, по пятам за которой следуют толпы врагов. Он обожает таких героев.
– А он вообще, между нами говоря, нормальный?
– Можно ли сохранить нормальность, прожив тысячу лет в мире вроде нашего?
– Вопрос снимается, – сказал я. – Теперь дальше. О чем вы хотите с ним поговорить?
– Я хочу попробовать убедить его вернуться к… более активной жизни, – сказал Армандо. – Последнее время в Системе творятся странные вещи, и было бы лучше, если бы он о них знал.
– Что за странные вещи?
– Вы знаете про Вычислителей?
– Знаю, – кивнул я. – Это такие... сущности.
– Верно, – сказал он. – И сейчас в Системе появилась новая сущность, которая пожирает Вычислителей, как свинину на ребрышках.
– Ну, Вычислители тоже не ангелы в белых одеждах, – сказал я. Говоря по правде, судьба Вычислителей в моей душе ничего не трогала и особого сочувствия не вызывала.
Вообще никакого сочувствия не вызывала.
– Дело не в том, хорошие они или плохие, – сказал Армандо. – Дело в том, что Вычислители являются одной из основообразующих частей Системы, и, пожирая их, эта сущность перехватывает их вычислительные мощности и берет области Системы, за которые они отвечали, под свой контроль. Она уже повелевает неписями и мобами, а также всем, что их окружает, а игроков, которые не успевают убраться с зараженной территории, убивает последней смертью.
По описанию Армандо это было похоже на компьютерный вирус. Ну, если принять как факт, что все мы сидим внутри одного большого компьютера.
И тут у меня возникли определенные подозрения. Очень нехорошие и очень похожие на правду.
– Где это происходит? – спросил я.
Он назвал мир, и я внутренне содрогнулся, однако, постаравшись внешне ничем охватившего меня смятения чувств не выдать.
Это был тот самый мир, в котором обитал Элронд. Тот самый мир, в котором мы с Виталиком помогли ему сделать что-то странное с местным рейд-боссом.
Совпадение? Не думаю.
Логика происходящего была мне ясна. Если не можешь что-то уничтожить, следует это возглавить.
Вторая Директива просто не оставляла сбрендившему искину другого пути.
Допустим, он сожрет целый мир, а что дальше? Вычислители ведь объединены в единую сеть, сможет ли он атаковать на других планетах? А что, блин, если да?
Я, конечно, был против Системы и сам стремился ее уничтожить, но не такой же ценой. Не пожертвовав жизнями вообще всех игроков.
Для меня в такой победе не было смысла.
Но Элронд может считать, что только так он и способен обеспечить свою безопасность.
Да уж, я как чего устрою, вдесятером потом не разгрести. Хотя там и Виталик руку приложил, но он так удачно свинтил из игры, что ему теперь толком и не предъявишь.
Каким образом в новую концепцию вписывалось уничтожение мира Архитекторов, я пока не представлял, хотя и мог бы набросать пару вариантов.
Чувство вины, мой самый постоянный спутник, опять вернулось ко мне, да еще и позвало своих друзей.
– Ладно, эта часть сделки приемлема,– сказал я. – Но почему вы думаете, что Магистр захочет помочь?
– Наверняка я этого не знаю, – сказал Армандо. – Предсказать его поведение в некоторых ситуациях невозможно, но Система – это его детище. И пусть они порою не в ладах, я не думаю, что он будет стоять в стороне и смотреть, как она гибнет.
