он не успел. Двери кабинета открылись, и из них быстро вышел Макс, за которым следовала девушка-аграфка.
— Нужно собираться. У нас есть срочные дела. — И направился к выходу из офисного здания.
— Что случилось? — спросил у него вдогонку Гаал.
— Расскажу на корабле, — ответил человек и двинулся дальше, даже особо не притормаживая.
Однако у самого выхода он все-таки остановился, обернулся и, поглядев на стоящих у входа охранников, обратился к ним.
— Думаю, вам тоже необходимо подойти. Собирайте своих людей и двигайте в док. Возможно, нам понадобится ваша помощь.
После этого Макс назвал номер дока, где был пришвартован транспортник. Однако креаты лишь перевели свой взгляды на аграфку, ожидая ее подтверждения.
— Леди? — спросил один из них.
Та молча кивнула, соглашаясь со словами человека.
— Идем, — поняв, что вопросов больше не будет, сказал тот, кого многие тут называли Технарем.
Несколько минут назад. Офис. Кабинет Ленаи
— Ну и где тебя носило все это время? — как только мы остались одни, спросила у меня Леная.
— Да так, — усмехнулся я, — отирался среди агарцев.
Глаза девушки удивленно взлетели вверх.
— И что ты там забыл? — лицо Ленаи потемнело, ноздри раздулись, взгляд стал колким и несколько жестким.
"А ведь и правда, очень аграфы не любят работорговцев", — мысленно прокомментировал я эту увиденную мною сейчас реакцию девушки, а потому не стал ее мучить и честно ответил:
— Доделывал то, ради чего нас и оправили в тот сектор. Да параллельно пытался обеспечить для себя такую малость, как собственное выживание.
Девушка мгновенно успокоилась и сказала:
— Второе, как я вижу, тебе прекрасно удалось. А вот первое? И вообще, откуда ты знаешь, что за миссия была у тех двух кораблей сполотов, что мы встретили в секторе? Ведь нашу миссию, по крайней мере ту, о которой нам сообщили, мы выполнили еще тогда.
— Не поверишь, — усмехнулся я, глядя ей в глаза, а потом ответил, — но я догадался.
После чего посмотрел на Ленаю.
— Сможешь связаться с нашими начальниками и передать им мое сообщение?
— Какое? — уточнил девушка.
— Задание выполнено, — ответил ей я.
— И это все? — удивленно взглянула она на меня.
— Ну, — пожал плечами я, — по мне, так этого более чем достаточно. Кратко и понятно. Те, кто в курсе происходящего, и так поймут, о чем идет речь, а вот остальным знать это не обязательно.
— Но им нужен твой отчет о проделанной миссии, — насела на меня Леная.
— А я хочу стать императором всея Галактики, — хмыкнул я. — Так то не все наши желания имеют свойство сбываться.
Девушка удивленно взглянула на меня, но потом как-то понурила плечи и тихо произнесла:
— Я тебя понимаю.
— Ты о чем? — вопросительно посмотрел я в ее сторону.
Леная подняла свое серьезное лицо и не менее серьезным и при этом тихим голосом ответила:
— Один, среди врагов, на небольшом суденышке, посреди огромного сектора. Понимая, что никто за тобой не вернется, что ресурсов корабля надолго не хватит. Ожидая неминуемой гибели. Реагируя на каждый сигнал систем оповещения, — и Леная опустила взгляд вниз. — Я тебя прекрасно понимаю. Как я слышала, подобные ситуации ломают многих. И они не то что не выживают или как-то борются за свою жизнь, а стремятся покончить с ней, стараясь избежать одиночества, страха и предстоящих мучений. Так что окажись я на твоем месте, то и сама бы не слишком горела желанием отчитываться перед начальством о том, что мне пришлось там пережить, — и оба вновь посмотрела на меня.
Я лишь покачал головой. Никогда бы не подумал, что на подобную ситуацию можно посмотреть и с этой точки зрения. Да мне даже в голову ничего подобного бы не пришло. Вот она, видимая разница в нашем мироощущении, но ничего из вышеперечисленного меня особо не пугало. Ну один, ну скопытился, однако перед этим я готов был до конца побарахтаться. И смотрите-ка, сумел взбить сметану из молока и выбраться из крынки. Вот так-то. Но ничего этого объяснять девушке я не стал, а лишь сказал:
— Ты обо мне очень хорошего мнения, — усмехнулся, глядя на нее в ответ, — но все гораздо проще.
После чего улыбнувшись, добавил:
— Мне просто лень заниматься этой бумажной работой. А если они мне не поверят или захотят узнать подробности, то пусть спросят об это у прелата, — и я еще раз улыбнулся. — Так ты сделаешь то, о чем я попросил тебя? — уточнил я у девушки.
— Да, уже, — ответила мне Леная, — закодированное сообщение я переслала в передатчик. Так что уже через пару часов твое руководство узнает о том, что ты жив и о том, что ты ему захотел сообщить.
— Хорошо, — кивнул головой я. После чего посмотрел на аграфку. — Ну, а теперь давай посмотрим на то, что оставили мне наши друзья.
— Да, — согласилась Леная, — я не успела до их отлета буквально на десять-пятнадцать минут. В доке меня ждала посылка, оставленная у нашего террианца, которую он и передал мне. Видимо, они специально дожидались того момента, как я появлюсь на станции, и только после этого улетели. Вот чип, который они оставили, — и девушка протянула мне небольшой квадратик, вытащив его из потайного кармашка своего костюма, — только он закодирован. Чип военного образца, так что, я думаю, он и действует аналогичным способом. При попытке ввода ошибочного пароля данные, хранящиеся на нем, будут сразу же уничтожены.
Я поглядел на в общем-то обычный с виду чип с данными. Однако девушка была права, он был военный. А это значит, что у меня будет всего одна попытка для того, что бы получить к нему доступ. Кивнув своим мыслям, я вставил чип в считыватель своего искина.
Введите код доступа.
Вот что я увидел после того, как активировал его. И никаких подсказок. Серый экран и только поля для ввода пароля. Честно говоря, я был в некотором недоумении. Хотя, если предположить, будто мои друзья точно знали о том, что этот чип наверняка рано или поздно попадет ко мне в руки, то они должны были придумать этот одноразовый пароль таким, который я бы смог однозначно угадать, но до которого бы не додумались все остальные. Имена, даты, фамилии и просто какие-то общедоступные факты однозначно отпадают. Высока вероятность того, что кто-то просчитает психологический портрет того, кто это все закодировал, и введет правильные данные.
Значит, это должно быть что-то случайное, но такое, что известно лишь мне или не должно было выйти за пределы нашего корабля. А еще лучше, чтобы это было известно лишь ограниченном кругу людей. В идеале, кому-то одному,
