придётся. Когда опасность минует, охрана уберётся, а вы… Хотите возвращайтесь, хотите оставайтесь там. Но мне кажется, что в любом случае это ненадолго. После свадьбы осуществится мечта Юрия Александровича на общий дом, и вам не придётся мыкаться по казённым углам.
Услышав такое, я не разволновалась, а начала злиться.
— Не ожидала от вас, — резко произнесла в сторону Юрия, как только мы покинули апартаменты обер-прокурора. — Предатель.
— Нет. Вы первые начали, тем самым развязав " бездомному коту" руки... Вернее, лапы, — легко открестился он от моего обвинения. — К тому же у вас плохо развито чувство самосохранения. Так что можете сколь угодно сердиться на меня, но я всё равно доволен. И, Ирина, давайте заканчивать с детскими капризами. Когда на кону стоит жизнь, совсем они не к месту.
Как человек, не раз ходивший под пулями, могу смело заявить, что вы подцепили “болезнь” солдат, проведших нескольких серьёзных боёв. Некоторые отчего-то начинают верить в свою опытность и неуязвимость. Излечение от такого заблуждения часто бывает трагическим.
Я тоже проходил через это. В результате не только сам пострадал, но и своей отважной, но глупой самонадеянностью погубил несколько подчинённых. Никогда не забуду того боя… Подобный грех замолить не получается, и душа до сих пор болит от чувства вины. Поэтому можете хоть кричать на меня, хоть по щекам хлестать, но чужих ошибок повторить вам не дам.
— Я не считаю себя неуязвимой, — возразила я. — Не наговаривайте.
— Позвольте остаться при своём мнении. У вас в глазах лихорадочный блеск охотника. И вроде бы осознаёте всю опасность, но азарт затуманивает мозг. Вы пытаетесь загнать добычу, до конца не веря, что сами можете стать ею.
Ещё раз прошу прислушаться к моим словам. Тварь, которую мы пытаемся поймать, изворотлива и умна. Ильин начал успешно манипулировать не только своими приспешниками, но и нами. Одна непростительная ошибка: и вместо свадьбы будут похороны.
— Прислушаюсь, но всё равно жутко недовольна происходящим.
— И я, Ирочка, тоже… Матушкин сон не даёт мне покоя. Берегите себя, пожалуйста. Ради себя, ради меня, ради наших будущих детей. А я хочу, чтобы у нас их было много.
— Ну хоть что-то приятное услышала, — невольно улыбнулась я, ощутив, как злость на Юрия моментально испарилась. — Ладно. Как скажете. Поживу в квартире вместе с несколькими мужиками. А вы страдайте от ревности. Очень надеюсь, что Победоносцев мне в охрану статных красавцев выпишет.
— Я попрошу, чтобы пострашнее и постарее выбрал, — рассмеялся Саблин. — А вы, смотрю, любите оставлять последнее слово за собой! Прямо как моя мама в спорах с отцом! Но пусть лучше я умру от ревности, чем от горя.
— Вариант жить не рассматривали?
— Только если вместе с вами. Простите, но в последнее время чувствую себя мальчишкой, впервые потерявшим голову от любви.
— Теперь окончательно прощены, — довольно произнесла я. — Кажется, нас никто не видит… Можете поцеловать в знак примирения. Но только один раз!
Придя домой, огорошила Анфису переездом. Девушка тут же засуетилась, а я отправилась пить чай. Всё-таки хорошо иметь слуг! Понятно, что это “барские замашки”, но как же приятно, когда многие бытовые вещи кто-то делает за тебя.
Но вскоре и мне пришлось подключиться к сборам. Оказывается, за несколько месяцев жизни в столице я обзавелась изрядным количеством вещей. Сама не ожидала такого, когда всё было вывалено из шкафов. Настоящая хомячиха! Одних книг на маленькую библиотеку накопилось!
В новом мире без интернетов и телевизоров я основательно подсела на чтение. Причём начала покупать не только нужную литературу, но и простые романчики, позволяющие немного очистить голову от всяких сложных мыслей. Да и сами книги приводили в восторг. Они сильно отличались от полиграфии будущего, и возникало ощущение, что держишь в руках не просто прошитые страницы с напечатанным текстом, а некие магические фолианты. Даже запах от них был волшебным!
Но, окинув взором масштаб трагедии, я поняла, что вдвоём с Анфиской мы запаримся всё таскать. И тут опять помог прозорливый Саблин. Через пару часов он прибыл не один, а вместе с жандармами из нашего отряда. Ну и заодно привёз ключи от новой квартиры.
Такой толпой переезд оказался лёгким делом. Тем более, даже ехать никуда не нужно было. Основательно нагрузив подчинённых вещами, мы пересекли внутренний дворик и вошли в подъезд напротив моего. С виду он ничем не отличался от прошлого, только лестница была чуть пошире и присутствовал то ли консьерж, то ли охранник с револьвером на поясе. Поднявшись на третий этаж, Юрий отпер дверь и галантно пропустил меня вперёд. Шесть комнат? Обалдеть! И ещё отдельные кухни с санузлами для господ и прислуги!
Я даже невольно присвистнула от такого роскошества. Правда, восторгов поубавилось, когда увидела окна. На каждом из них красовалась ажурная кованая решётка. Обер-прокурор подошёл к моей безопасности основательно. Да вот только квартира сразу стала напоминать тюрьму.
— Поверьте, — правильно истолковав мою мимику, ободряюще шепнул на ухо Юрий. — В нашем с вами доме будет много света, и никаких неуместных ограждений. Просто нужно немного потерпеть ради дела.
— Скорее бы оно уже закончилось, — вздохнула я. — В этой комфортабельной камере я точно жить не стану. Меня уже начинают выбешивать решётки. А ведь мы тут всего лишь несколько минут…
До самого вечера провозились, обживая новые помещения. Потом Саблин со Щукиным куда-то незаметно слиняли, но вскоре вернулись с несколькими тортами, бутылками вина и сумками со всяческой закуской.
— Даже такое новоселье является поводом для праздника, — пояснил ротмистр. — И грех не воспользоваться случаем.
Отказываться я не стала. Тем более, за день сильно проголодалась. Анфиса с парочкой жандармов споро накрыли на стол, и мы всей честной компанией уселись отмечать переезд. Банкет получился хоть и скромным, но очень душевным. На нём не было никого лишнего — лишь только парни из нашего отряда, давно ставшие родными. Да и Анфиса уже привыкла к странностям хозяйки, поэтому никто особо не стеснялся сидеть рядом с господами.
Окончательно подняло настроение сообщение, что пришлых охранников не намечается. Лапшин и Щукин с удовольствием взяли их роль на себя. Я мысленно похвалила Юрия за такую инициативу. Вот молодец! И я среди знакомых лиц себя скованной чувствовать не буду. И у самого ротмистра не появиться поводов для беспокойства. Мужики-то проверенные, видевшие меня не только в образе расфуфыренной мамзели и отлично знающие службу.
На новом месте уснула на удивление быстро, не испытывая никакого дискомфорта. Вот правильно я сделала, что взяла со старой квартиры не только свою любимую подушку, но и перину с одеялом! Снился
