прямолинейность, из-за внушительного роста и необычных глаз не нашлось поклонников, готовых оценить вашу несомненную привлекательность и повести к алтарю.
— Не извиняйтесь, Константин Петрович. Из песни слов не выкинешь. И я давно уже приняла себя такой, какая есть, так что ничего обидного не нахожу. Если я кому-то не нравлюсь внешне, то это не значит, что некрасивая. Простая вкусовщина. Уверена, что мой настоящий суженый будет в восхищении от всего во мне. Даже от роста. А мнение остальных не считается. И благодарю вас за “несомненную привлекательность”.
— Приятно слышать, что вы настолько разумная женщина. Продолжим. Деньги незаметно стали подходить к концу, поэтому бывшая помещица Бесова решила найти иной доход, никак не связанный с замужеством. По счастливому стечению обстоятельств в мой дом как раз требовалась гувернантка. Узнав, что подходящая кандидатура живёт прямо под боком, я нанял вас.
— Гувернанткой?! Побойтесь бога! Да кого и чему я могу научить?! Кто бы меня научил!
— Ирина Петровна. Не стоит так нервничать, — недовольно скривился Победоносцев. — Это всего лишь прикрытие вашей основной деятельности. Поверьте, не только к своим внукам, но и к чужим детям я вас не подпущу. Особенно после вчерашнего праздника.
— Извините, — моментально сдулась я. — Немного лишнего позволили.
— Немного?
— По меркам моего родного времени. Ну а чего вы хотите? После переноса в новую среду все барышни испытали жуткое нервное потрясение, и оно требовало выхода. Обещаю, что впредь подобное не повторится.
— Будем надеяться. Иначе это сильно осложнит не только вашу службу, но и жизнь. И если уж вы затронули персоны своих современниц, то должен сразу указать на то, что сближаться сильно меж собой вам не рекомендуется. Более того, все встречи будут исключительно по службе и должны происходить на глазах моих доверенных людей. Даже две такие, по поведению неординарные для нашего общества особы, находясь рядом, могут привлечь к себе слишком пристальное внимание. Очень не хочется нарушить секретность. Понимаете?
— Да. Жаль.
— Прекрасно. Теперь о ваших непосредственных обязанностях. К вам будут приставлено шестеро, имеющих слабый дар и отличную подготовку, мужчин. Это нижние чины, переведённые со строевой службы в жандармское управление.
— Простите, что перебиваю. А какой у них Дар?
— Никакого по сути. Развито чувство опасности в нехороших местах. Все имеют серьёзный воинский опыт кровопролитных сражений. Именно “чуйка”, как они меж собой говорят, не раз спасала каждого в самых критических ситуациях. Но главное — это даже не она, а стойкость к различным проявлениям любых дьявольских явлений. В ваших жандармов не может вселиться потустороннее или иным способом взять под свой контроль. Так что не только охрана от разъярённых бесноватых у вас достойная, но и ударная сила крепкая. В трудный час не подведут.
Свои же обязанности вы, уверен, понимаете. По приказу командира вашего тайного отряда являетесь на место событий и, особо себя не выпячивая, производите поиск тех, кого необходимо изловить. Далее указываете на нужного человека. На этом ваша служба завершена, и начинается дело для мужчин: схватить продавшего душу и доставить в темницу. Вы же спокойно отправляетесь домой и ждёте очередного вызова.
— Всё предельно ясно, Константин Петрович, — кивнула я. — Кроме командира, и как будут раздаваться задания. Я думала, что этим вы лично займётесь.
— Нет, — пояснил Победоносцев. — Общение со мной у вас будет нечастое. Исключительно в крайних случаях. Я и мои доверенные лица будем собирать информацию по странным событиям в столице и отсеивать чушь, которой, поверьте, будет очень много. Вы не представляете, сколько глупых страшилок придумывают люди из-за своей необразованности или мнительности!
Дальше решаем, какой из вас согласно способностям передать то или иное дело. Его на руки получает командир отряда, и уже сам принимает решения. Учтите, хоть вы и не состоите на официальной службе, но приказы его должны выполнять неукоснительно! Но… Откуда вы прибыли на самом деле, пока не разглашайте даже ему. Я сам это сделаю, если посчитаю нужным.
— Чего уж тут непонятного, — вздохнула я. — Как будет доставляться информация до меня? Есть какое-то место сбора, которое должна посещать в определённые часы?
— Никаких сборищ, Ирина Петровна. Секретность превыше всего! Либо к вам на дом прибудет вестовой из вашего отряда с посланием, либо, если дело стоит обсуждения, сам командир.
— Меня может и не быть дома.
— Верное замечание. Поэтому, оставляя квартиру, вы обязаны сказать своей служанке, куда направляетесь. Хотя бы примерный район, если не знаете точный адрес. И постарайтесь его не покидать без особой нужды. Ну и не выезжать из города, разумеется.
— Служанка уходит на ночь. И ещё мне иногда может потребоваться срочная обратная связь.
— Ирина Петровна! Да в вас скрывается самая настоящая прожжёная шпионка! — рассмеявшись, позволил себе шутку Победоносцев. — Какие острые вопросы задаёте! Анфиса живёт на первом этаже в ином крыле дома. Оно предназначено для прислуги и подобных ей людей. Так что посыльный быстро отыщет домработницу, если вы ночью не откроете дверь. Анфиса девушка строгих нравов и послушная, поэтому всегда ночует исключительно дома, согласно моему распоряжению. Вам тоже советую придерживаться этого правила хотя бы на первых порах.
Что же касается, как вы выразились, “обратной связи”... Не думаю, что она понадобится. Ваша задача: выезжать на вызовы, а не самостоятельно искать опасных приключений. Но коль вас так волнует этот вопрос, можете обсудить его со своим командиром. Поверьте, у меня слишком много важных государственных дел, чтобы вникать во все тонкости вашей службы. И так трачу на неё безумное количество драгоценного времени.
— Спасибо, что разрешили, — грустно ответила я. — Признаться, после вашего рассказа создаётся ощущение, будто не в самом Санкт-Петербурге, а в казематах Петропавловской крепости жить буду.
— Они тоже часть столицы. Вижу, как вы расстроились. Не всё так плохо, Ирина Петровна. Гуляйте, наслаждайтесь магазинами и театрами. Заводите интересные знакомства. Всё для вас открыто! Просто помните, что служба у нас особенная, поэтому и правила тоже особенные. Приходится жертвовать частью личной свободы ради безопасности Родины.
Я в этом плане тоже не исключение. Вы не представляете, как иногда хочется бросить всё и уехать в загородное поместье. Там уютно устроиться в мягком кресле и в одиночестве, наслаждаясь бокалом хереса, посвятить себя книге какого-нибудь талантливого автора. Но не могу… Не могу… Долг не отпускает.
К тому же вы и ваши современницы — это новый для нас опыт, неизведанный. Со временем всё уляжется, утрясётся, и я почти уверен, что обретёте ещё больше свободы в действиях. Ну а пока только так.
— Извините, Константин Петрович, — прервал наш разговор появившейся в дверях секретарь. — К вам прибыл
