мне совсем не понравилась. Дело даже не в самих знаниях, а в способности разнопланово мыслить, моментально доставая из себя нужное на данный момент.
Правда, выпитое нас быстренько уравняло в мыслительных способностях, но заметочку в своей голове я сделала. Пусть и не в таком объёме, как у моих новых подруг, но я должна получить образование. Хотя бы на уровне девятнадцатого века. А то получается, что сила у меня есть, но с умом проблемы. А в аутсайдерах быть не привыкла — спортивная злость не даёт. Главное, чтобы эта мысль не выветрилась на утро с остатками хмеля.
Но пусть с науками у меня слабенько, только вот с памятью всё отлично. И я помню этот дворик в своей прошлой жизни. Правда, где он находится никак не могла сориентироваться. Словно бы раньше было во многом не так. Но эти колонны…
Да блин! Ещё в юности я вместе со своими друзьями часто бывала здесь! Правда, здание было в полном упадке и внутри напоминало больше “бомжатник”, чем нормальное место для жизни. Но колонны ни с чем не перепутаю! Дом на Литейном проспекте! Его ещё “обер-прокурорским” называют! А это — его внутренний дворик! Обер-прокурора знаю всего лишь одного…
— У меня встреча с господином Победоносцевым? — поинтересовалась я у своего провожатого.
— С чего вы так решили? — удивился он.
— Потому что мы находимся во дворе здания, в котором проживает Константин Петрович. Верно?
— Хм…
— Вы чем-то встревожены?
— Немного обескуражен, Ирина Петровна. Не ожидал от вас такого изумительного знания столицы. Но встречи господином Победоносцевым сегодня не будет. Вы и так с ним только что виделись. Здесь ваше новое место проживания.
— Ого! — восхитилась я. — Неужели буду жить почти во дворце?!
— Извините, но не в нём, — тут же разочаровал меня мужчина. — Хотя правильнее будет сказать, что в нём, но в иной части здания. Господин обер-прокурор имеет свои апартаменты, а у вас будет служебная квартира, никак не связанная с ними. Именно в неё я уполномочен вас доставить. Прошу следовать за мной, Ирина Петровна.
От такого предложения я не могла отказаться. За время недолгого пути через дворик мой “персональный гид” прочитал маленькую лекцию об устройстве этого жилища. Обер-прокурорский дом имеет несколько независимых друг от друга секций. В одной, самой большой и роскошной проживает сам Победоносцев, а остальные используются по различному назначению: как служебные квартиры или, вообще, внаём сдаются. Правда, по тонким намёкам провожатого я поняла, что случайных людей здесь в принципе нет и быть не может. Все как-то связаны с официальными и не очень делами Победоносцева.
Открыв одну из абсолютно непримечательных дверей, что имеются в практически любом питерском дворе-колодце, мы по неширокой лестнице поднялись на третий этаж. Мужчина достал из кармана ключ и с вежливой улыбкой протянул его мне.
— Ваши хоромы, Ирина Петровна. Обустраивайтесь. Сейчас время позднее, но с утра явится служанка. Не беспокойтесь, у неё есть собственный ключ.
— Служанка? — переспросила я, подумав, что ослышалась.
— Да, но всего лишь одна. По всем статьям большее количество прислуги будет выглядеть не очень скромно для вашего положения.
— Какого положения?
— Предлагаю обсудить это в квартире, а не перед её закрытой дверью.
Тут я была полностью согласна. Обсуждать важные вопросы на лестнице было бы глупо. Отперев дверь, я пропустила гостя вперёд. Сопровождающий явно бывал в этой квартире, поэтому сразу же устроил мне экскурсию по ней.
— Ирина Петровна, это ваша кухня. Обязанности по готовке и растопке печей возложены на служанку, так не извольте ни о чём беспокоиться.
— Неплохо, — взглядом окинув кухню, выразила я своё мнение. — Но про служанку вы мне так до конца и не объяснили.
— А что по ней говорить? Приличная девушка. Работать у вас будет с семи утра и до шести вечера. Потом обычно уходит домой, но если вам будет угодно, то может и задержаться. Как я уже сказал, еда, печи на её совести. Также уборка, стирка, закупка продуктов и прочие бытовые дела. Ну и может исполнять мелкие поручения. Оплату получает еженедельно, но вам, Ирина Петровна, не стоит беспокоиться и об этом. Ваше содержание производится полностью за казённый счёт. Изволите осмотреть иные комнаты?
Естественно, я “изволила”. Как оказалось, не всё так плохо у новоявленной госпожи Бесовой! Кроме кухни, имелись столовая, спальня и гостиная комната. После комнатки в коммуналке прошлой жизни да карельской деревенской избушечки, которую делила со своими преподавательницами манер и французского — это просто праздник какой-то! Не рассчитывала получить в своё распоряжение меблированную трёхкомнатную квартиру с большими комнатами и высокими потолками! Да ещё, по словам незнакомца, прилагается полный гардероб одежды со всякими “женскими штучками”! Кажется, жизнь налаживается!
Закончив с ознакомлением помещения, мой спутник откланялся и оставил меня в одиночестве. Ночь. Незнакомая огромная квартира, из освещения всего лишь керосинка, дающая мистические тени на стенах. И всё такое неродное… Жутковатенько! В этот момент я почувствовала, что теперь действительно живу сама по себе в чужом мире. Но последствия бурного праздника начали сказываться, и вскоре я, переодевшись в найденную тёплую ночную рубашку, укуталась в одеяло и уснула сном праведницы.
У старца Власия привыкла вставать рано. Как говорится, с первыми петухами, а то, бывало, и раньше их. Но после вчерашнего банкета организм потребовал намного больше сна. Открыла глаза, когда на дворе было совсем светло. Значит, часов десять есть точно. В квартире были слышны какие-то посторонние звуки. Поначалу они меня насторожили, но вспомнив слова сопровождающего, я быстро сориентировалась. Это же служанка!
Ой, ё-ё-ё… Надо идти знакомиться. Отчего-то стало неловко. Прислуги ни у меня, ни у моей семьи никогда не было, а тут вдруг появилась. И как с ней вести? Гордой птицей фламинго вышагивать или включить милую кису? Плюнув на все эти размышления, решила, что никого играть не буду. В конце концов, я сюда не напрашивалась. Напялив толстый тяжёлый халат и на ноги мягкие войлочные чуни, направилась в сторону кухни, из которой и раздавались звуки, а также вкусно пахло выпечкой.
Спиной ко мне стояла служанка и, что-то напевая, возилась у дровяной плиты. Миниатюрная. Причём не по меркам двадцать первого века, а по местным. Дай бог, до ста пятидесяти сантиметров дотянула. Ещё и хрупкая такая. Они что? Подростка в услужение подсунули?
— Доброе утро! — наконец-то соизволила я проявиться.
Услышав голос за своей спиной, служанка вздрогнула от неожиданности, потом резко повернулась и, склонив голову, быстренько присела в лёгком реверансе.
— Доброе утро, мадемуазель Бесова. — Прощебетала она. Позвольте…
Выпрямившись, служаночка замерла, недоговорив
