— Да. — Он глаза поднял, за реку указала. — Там она, прямо за Колычем. Там еще ручеек есть. Вот как-то между ним и рекой. Отсюда-то не видать. Брега-то не крутые, земля ровная. А если это… Саженей сто где-то… Через лесок, что при реке. То и домики уже начнутся.
— Как местные?
— Да как… — Он плечами пожал. — Там казаки у них стали наши. Ну, это… — Он смешался. — Дозорные.
— Ясно. Мы там же встанем. — Сказал я ему. — Дело такое, Неждан. Утром всеми с зарей, а лучше до нее встаете, быстро собираетесь и на тот берег. С подводами, обозом и всем скарбом своим.
— Да господарь. — Он явно занервничал. — А как же третий мост.
— Некогда. Лях на подходе.
При упоминании этого Неждан голову вскинул, глаза раскрытые широко, явно страшно человеку. Перекрестился, зашептал что-то. Вновь ссутулился.
— Бить мы его тут будем, недалеко. Верст семь, восемь. Поле там.
— Да, дозорные казаки-то говаривали. Есть поле. Тут вокруг Бородино-то сплошной лес. А дальше — да. Там да.
— Вот туда своих людей и веди. Мы там конными раньше будем. Там встречать ляха будем. Нужно подготовиться.
— Это мы завсегда. Это мы… А сколько время-то? Сколько дней?
— Сутки.
Он с испугом перекрестился.
— Придется весь день завтра и ночь работать. — Я смотрел на него пристально, всем своим видом показывал, что дело важное. — В ночь, понимаешь.
— Все понимаю, господарь. — Он вздохнул устало.
— Поэтому сейчас всем отдыхать. А завтра быстрый марш, а мы там вас ждать будем.
— Все сделаем, господарь. — Он перекрестился. — Все.
— Поутру к вам от меня люди придут. Усилят охрану в пути.
Он закивал.
— Отдыхай. Завтра жду.
На этом разговор был закончен. Я взлетел в седло и всем отрядом двинулись мы к деревеньке Бородино. Ночевать в домах и на сеновалах получше будет, чем под открытым небом. Все же была у меня некая надежда, что на пять сотен моих бойцов хватит у них места под крышами.
Копыта дробно ударили по мосту. С последними лучами, уже почти зашедшего за горизонт солнца, мы переходили Колочь.
* * *
