Я вот вывеску прибил, — пояснил новым зрителям Яшка.
— А Рэйшен тебя сапогом прибил, — хихикнул Йоржик.
Вслед за мальчишкой рассмеялись обе женщины.
— Эх, вы! — укоризненно молвил инкуб, бросая дровский сапог наземь. — Зато у нас теперь и вывеска, и название, всё честь по чести!
Элина глянула на вывеску и снова зашлась от смеха. «Весёлый дроу» с картинки сейчас очень походил на оригинал — злой, невыспавшийся и слегка перекошенный. Яшка, поймав взгляд хозяйки, сообразил, в чём дело, и тоже расхохотался.
— Эй, прекратите! — Рэйшен ничего больше не мог сделать со своего места. — Несите мой сапог обратно! Хватит ржать! И вообще, где мой завтрак?
— И в самом деле, — спохватилась Майрага, — завтрак! Пойду-ка я помогу Умраду на кухне. Йоржик, сыночек, идёшь со мной?
— А можно, я лучше в конюшню? — замирая, спросил мальчик.
Майрага с Элиной переглянулись. Действительно, там тоже надо наводить порядок.
— Конечно, иди, — сказала хозяйка, и только Йоржика и видели. — А ты, Яша, ступай в зал, думаю, там надо протереть все столы, подмести и вымыть пол…
— А как же вчерашние девчонки? — заныл Яшка. — Они обещали полы мыть!
Майрага не спешила уходить, и Элина поняла, что сейчас нужно укрепить свой хозяйский авторитет, иначе её никто слушать не будет.
— Яшка, ты, наверное, захотел назад в Жадвиль? Прямиком в острог? Уж там ты по первому требованию будешь и пол мыть, и сапоги лизать! Купец Гасько порадуется!
— Да не надо так кипятиться, хозяйка, — пошёл на попятный Яшка, невзначай роняя сапог наземь. — Я уже иду!
Майрага одобрительно кивнула и отправилась к мужу на кухню. Элина осталась один на один с сапогом. Ничего не поделаешь, пришлось нести обувку владельцу.
— А где мой завтрак? — дроу валялся в одном исподнем на разобранной постели, только волосы уже успел перехватить кожаными ремешками.
Даже в таком виде он был красив, и Элине ужасно хотелось потрогать его остроконечные уши. Однако вслух хозяйка сказала:
— Надо было всё на одном подносе принести…
— Э, нет, что за шутки! — подхватился Рэйшен. В вырезе тонкой рубахи виднелась гладкая тёмная кожа. — Отдавай сапог!
Фыркнув, Элина бросила сапог к ногам дроу.
— Ты не выспался? Честно сказать, и я тоже: на новом месте плохо спится. Эх, сейчас бы чашечку кофе!
— Что это за кофе? Наркотик?
— Фу, нет, конечно! Это напиток такой, коричневый, горьковатый, бодрящий. Знаешь, есть такое растение, его зёрна обжаривают, размалывают в порошок, а из него варят…
— А, знаю, — перебил Рэйшен, — это же арза. За неё в городе бешеные деньги просят. Не для всех товарец.
— А почему бешеные?
— Потому что везут арзу через море, к эльфам, потом через приморские кланы дроу она попадает в соседнее герцогство, и лишь потом сюда…
— Ничего себе логистика! — изумилась Элина тернистому пути арзы. — А напрямую к нам нельзя?
— Видишь ли, — нехорошо усмехнулся Рэйшен, — сам барон нелюдей не жалует, торговли с ними не ведёт, по крайней мере, открыто. И все подданные следуют его примеру. А эльфов вообще панически боятся.
— Почему?! Эльфы мудрые, добрые и красивые…
— Ага, щас. Эльфы — беспринципные, лживые и жестокие. И красивые, да.
Элина была очень озадачена этими словами. То ли легенды врали об эльфах, то ли сами эльфы очень изменились. Женщина в задумчивости направилась на кухню, предоставив полуодетого Рэйшена самому себе.
Глава 21
В кухне пылал очаг, над кастрюлями колдовал Умрад.
— Почти готово, — повар сдержанно улыбнулся своей хозяйке.
— А со вчерашнего вечера ничего не осталось? — разочарованно уточнила Элина.
— Всё съели, — развёл руками Умрад. — Думаю, ещё несколько вечеров будут такими же, а потом до конца лета всё поутихнет.
— Почему?
— Сейчас мы всем в новинку, а на селе любопытство — второе счастье. Будут к нам ходить из всех окрестных деревень…
— А потом, говоришь, поутихнут? Интерес потеряют?
— Нет, просто в поле работы много, пока урожай не соберут, не до гулянок.
Элина нахмурилась. Она мало разбиралась в сельской жизни, поэтому не подумала про период страды. Но ведь это строение стояло и раньше, значит, кто-то здесь хозяйничал! Впрочем, судя по тому, что строение досталось Элине задёшево, дела у предыдущего владельца не заладились.
— Умрад, ты считаешь, что мы будем сидеть до осени без дела?
Если это так, то пункт контракта, по которому Элина должна освоиться в новом мире и преуспеть, окажется невыполненным. И тогда её дети там, дома, не смогут закончить обучение…
— Не волнуйся, хозяйка, — успокоил её Умрад, — есть Лесная Стража, да и хоть какие проезжие люди…
— Уф, утешил! А тебе-то самому здесь как, понравилось?
— Понравилось, — не стал скрывать Умрад. — И кухня славная, и на жильё для нас ты не поскупилась. Да и люди к нам неплохо отнеслись, наверное, чем дальше от города, тем народ благодушнее…
Варево в одной из кастрюль уже было готово, и Умрад переложил его в горшок.
— Просяная каша, — коротко пояснил он. — Хорошее блюдо для завтрака.
Элина представила реакцию здорового мужика, тьфу, то есть дроу, на пустую кашу к завтраку… Легче всего представлялось, как это простое и сытное блюдо будет нахлобучено ей на голову.
— Дай-ка ещё хлеба, — скомандовала хозяйка, пока Умрад ставил горшок на поднос, — сала нарежь… И горшочек с маслом тоже сюда…
Умрад добавил на поднос тарелки и ложки, и Элина осторожно понесла «простое и сытное блюдо» на второй этаж.
Рэйшен уже полностью оделся и даже любезно помог Элине поставить тяжёлый поднос на стол.
— М-м-м, две тарелки, две ложки, — промурлыкал дроу. — Завтрак по-семейному!
Элина слегка смутилась. В кухне она не придала значения количеству тарелок. Ну, Умрад, ну удружил!
— Позавтракаю с тобой, — взяла себя в руки хозяйка. — Заодно посчитаемся, сколько я тебе должна.
— Десятку, — ухмыльнулся Рэйшен. Ему ужасно нравилось выводить из себя эту женщину. — Как договаривались. И монету дай помельче, у тебя есть, я видел.
— Хорошо, — покладисто ответила Элина, подавая Рэйшену тарелку с кашей, — но завтрак я оттуда вычту.
От такой наглости дроу чуть не пронёс мимо рта кусок сала. На самом
![Москва слезам не верит [сборник] - Данил Лукич Мордовцев](/uploads/posts/books/434415/434415.jpg)
