какое-то время лезвие меча начало испускать слабое, но вполне различимое свечение. Ёко широко распахнула глаза от удивления. Вскоре очертания меча, светящегося белым, стали чётко видны в темноте.
Ёко поднесла его поближе к лицу. Ставшее ярким и переливающимся свечение меча разгоняло ночную темноту. Этот меч был обоюдоострым, а в ширину его лезвие было где-то с палец.
Внимание Ёко было захвачено разноцветными бликами, пробегающими по всей длине лезвия. Постепенно эти блики сложились в некий различимый образ. Вначале Ёко показалось, что она видит саму себя, но она тут же поняла, что ошиблась. Присмотревшись повнимательнее, она увидела, что очертания принадлежат другому человеку и что этот человек двигается.
Она услышала знакомый звук. Высокий и чистый звук капли воды, разбивающейся о водную гладь. Ёко сосредоточилась на том, что видит, и изображение на мече стало чётче. С характерным звуком, словно рябь, плавно пробегающая по поверхности пруда, изображение сфокусировалось.
Ёко увидела женщину и комнату, в которой эта женщина находилась. Когда Ёко осознала, кого именно она видит, на глаза навернулись слёзы.
– Мама…
Она видела свою мать, сидящую в комнате Ёко. Видела знакомые обои с бежевым узором на белом фоне, занавески с цветочным узором, привычное лоскутное одеяло, мягких кукол на книжных полках. На письменном столе лежала книга, которую Ёко так и не дочитала – «Длинная зима».
Мама бесцельно бродила по комнате, периодически прикасаясь к вещам. Вот она подняла книгу и перелистнула несколько страниц, вот подошла к комоду, возможно, намереваясь заглянуть внутрь… Но вместо этого села на кровать и вздохнула.
«Мама…»
Мать выглядела уставшей. От вида её измождённого лица у Ёко заныло в груди. Мама действительно волновалась о ней. Прошло два дня с тех пор, как Ёко оказалась здесь. А раньше она даже никогда не опаздывала на ужин, не сообщив заранее о том, где находится.
Одну за другой мама брала в руки кукол, лежащих на кровати, и нежно гладила их по голове. Спустя какое-то время она откинулась на спинку кровати и, обхватив куклу, разразилась приглушёнными рыданиями.
Ёко больше не могла сдерживаться.
– Мама! – позвала она, будто они находились в одной комнате.
Но стоило Ёко открыть рот, как изображение тут же исчезло. Возвращение к реальности вышло слишком внезапным. Она сосредоточилась и вновь посмотрела на меч. Но свечение уже исчезло, и она видела лишь лезвие. Звук капающей воды тоже стих.
– Что это было?
«Что вообще я сейчас увидела?» – подумала она. Изображение было таким реалистичным. Ёко вновь поняла меч и пристально посмотрела на него. Но неважно, сколько она концентрировалась, изображение на лезвии так и не появилось вновь. Звука падающих капель она тоже не услышала.
Звук падающих капель воды.
Она вспомнила.
Точно такой же звук она слышала в своих снах. Тех снах, что преследовали её целый месяц. Все они без исключения сопровождались этим высоким звуком падающих капель. В итоге эти сны воплотились в реальность. Но чем тогда было это видение, которое она только что увидела? Чем дольше она размышляла над этим, тем меньше понимала.
Наконец Ёко встряхнула головой. Нет, скорее всего, она увидела маму просто из-за того, что очень хочет домой. Ёко посмотрела в ту сторону, где растворилась обезьяна.
«Ты не можешь вернуться. Это ловушка».
Если это действительно так, надеяться на что-либо бессмысленно. Но это не ловушка. Ёко была уверена: даже если Кэйки не смог помочь ей, это не значит, что он бросил её.
Нет… Она не видела его лица чётко. Она могла ошибиться. Может быть, это был вовсе не он.
– Вот оно что…
Та фигура выглядела как Кэйки, но это был не он. У местных жителей она видела самые разнообразные цвета волос. Из-за того, что у той фигуры были светлые волосы, она решила, что это Кэйки. Она не смогла чётко рассмотреть его лицо. И сейчас, задумавшись об этом, Ёко вспомнила, что та фигура была немного ниже Кэйки.
– Да, да! Вот что тогда произошло!
Это был не Кэйки. Кэйки не бросил бы её вот так. Если бы Ёко только смогла найти Кэйки, тогда она бы точно вернулась домой.
Ёко крепко сжала рукоять меча, по спине пробежало знакомое ощущение.
– Дзёю?..
Тело само поднялось на ноги. Ёко отбросила в сторону пиджак и приготовилась к битве.
– Что происходит? – спросила она, зная, впрочем, что ответа не последует. Её глаза внимательно осматривали окрестности, а сердце начало колотиться быстрее.
Где-то впереди раздалось сухое шуршание, словно что-то протискивалось через кустарник. Это что-то определённо направлялось к ней. Затем Ёко услышала вой, словно собака заявляла о своём присутствии для всех в радиусе слышимости.
«Те самые собаки».
Те же, что нападали раньше?
Сражаться в темноте было не самой лучшей идеей. Ёко оглянулась. Нужно было найти место, где будет хоть чуточку светлее. Она ступала осторожно, полагаясь на подсказки Дзёю и позволяя ему вести себя.
Внезапно она перешла на бег. В то же время позади неё то самое большое что-то наконец прорвалось сквозь подлесок и ринулось вслед за ней.
Ёко бежала по тёмному лесу. Её преследователю вполне хватало скорости, чтобы догнать, но соображал он не так быстро, как двигался. Перебегая от дерева к дереву, Ёко слышала, как его тяжёлая туша виляет из стороны в сторону и периодически с глухим звуком врезается в стволы деревьев.
Она бежала в сторону света, струящегося из-за опушки леса. Выбежав из леса, она оказалась на залитой лунным светом горной террасе, выступающей из безлесой стороны горы. Впереди открывался вид на изящные изгибы горных вершин. Поняв, что это не ровное пространство, Ёко с досадой развернулась и встала в боевую стойку.
С громким хрустом преследующая её огромная тень выскочила из леса. Это существо напоминало большого быка, покрытого длинным косматым мехом. Шерсть колыхалась при дыхании.
Чудовище зарычало. Рыком оно походило на собаку.
Ёко не ощущала ни удивления, ни паники. Сердце бешено колотилось, а каждый вздох обжигал горло, но она нисколько не боялась этого странного существа, стоящего перед ней. Ёко сосредоточилась на приказах Дзёю. Рокот океана наполнил тело, но в голове продолжала крутиться одна мысль:
«Я ненавижу пачкаться в крови!»
Ёко потеряла счёт времени. Луна сияла высоко в небе. В её чистом свете серебристый меч поблёскивал особенно ярко.
Но вскоре меч перестал блестеть. Ещё три удара – и огромное чудовище упало на колени. И, когда Ёко подошла поближе и нанесла последний удар, она увидела, что из окружающей темноты на неё смотрит множество светящихся красных глаз.
Она старалась идти
