очередной почтовой станции, рядом с которой располагался большой трактир.
Тут уже кипела жизнь. Со станции доносились вопли и ругань, всем нужны были лошади. А их, похоже, не хватало.
Когда я спешился у коновязи, ко мне сразу подлетел конюх, выхватил повод из моих рук и собрался куда-то вести коня.
— Эй, ты, куда повел мою лошадь? — пришлось крикнуть мне.
Конюх даже не остановился.
Однако когда файербол размером со спичечную головку влетел ему в задницу, он дико заорал, бросил повод и начал тереть обожженное место.
Подняв повод, я привязал коня к коновязи и повернулся к конюху, а тот, продолжая тереть свой зад, смотрел на меня ошалелыми глазами.
Затем, в его глазах появилось понимание, и он рухнул на колени.
— Ваше магичество, прошу всемилостивейшее простить, не заметил! — вопил он, колотя лбом по земле.
— Да ладно тебе, орать, — поморщился я. — Вставай, и иди, куда шел.
Конюх вскочил, грязными руками вытирая лицо от земли, перемешанной с конским навозом, и хотел куда-то удрать, но тут из дверей станции появился высокий аристократ, судя по одежде не бедствующий.
— Любезный, — обратился он к конюху. — Почему я до сих пор не вижу
лошади?
Конюх перепугался еще больше и, похоже, не знал куда бежать.
— Дык, вот ваша милость, — начал он путано объяснять. — Я хотел взять лошадь у приехавшего мага, она вроде свежая, не запаленная, а их магичество вот что сделал.
И конюх показал прожженную дырку в замызганных кожаных штанах.
Аристократ вопросительно глянул на меня.
Я же развел руками.
— Увы, я не планировал менять коня на этой станции, так, что вам, лэр, придется искать другой вариант, — был мой вежливый ответ.
Но мои слова чем-то не понравились дворянину. Тот побагровел и натужно заорал.
— Ты как разговариваешь с графом Росток, мальчишка!
В отличие от конюха, он прекрасно понял по вышивке, что перед ним всего лишь ученик первого года обучения, увы, узор на мантии я сменить не удосужился.
— Так это же папаша Леары, моей одногруппницы! — понял я.
На вопли графа появились два его телохранителя и встали рядом с ним.
— Нормально я тобой разговаривал, пока ты не стал грубить, — буркнул я и моей руке начал расти очередной файербол.
Спесь моментально слетела с графской рожи, а телохранители побледнели и схватились за мечи.
Неожиданно из кареты стоявшей неподалеку вышла девушка и быстрым шагом направилась к нам.
— Лэр Эрлих, какая неожиданная встреча! — с улыбкой произнесла Леара. — Может, расскажете, почему вы едете в противоположную сторону от Гронара?
Пока я пытался успокоиться и собирался с мыслями, девушка подошла к отцу, стоявшему в недоумении и начала что-то шептать ему на ухо.
Мой слух, усиленный плетением, без труда разобрал ее шепот.
— Папа, не ссорься с этим человеком, это мой однокурсник, преподаватели говорят, что он может стать самым сильным магом за все время существования академии. Кроме того, он побратим графа Клауса Гвирона.
Тем временем я уже пришел в себя и также с улыбкой ответил девушке.
— Так получилось лэресса, что мне пришлось срочно выехать по делам, Но думаю, что это не надолго, недели через две я вернусь, и вместе с вами буду посещать лекции магистра Женева.
Граф тоже дураком не был, так¸ что быстро сменил гнев на милость и поклонившись извинился за свои слова, после чего пригласил вместе с ним и дочерью перекусить в трактире.
И мы пошли не особо дружной компанией в сторону трактира.
В нем было людно, но свободных мест имелось достаточно, так, что мы устроились неплохо.
Учитывая, что трактир соседствовал с почтовой станцией, присутствующие посетители были достаточно специфические. Чиновники невысоких рангов, курьеры, дворяне,сидели в приличном зале и обслуживались парой молодых девушек.
Их прислуга, ямщики, кучера, сидели в другом зале за чисто символической перегородкой, но там были столы грязнее и обслуга старше.
Когда мы уселись за стол, одна из девушек сразу подошла к нам. Видимо работает не первый день и понимает, к кому надо поторопиться. Тем более, сейчас за стол уселся целый граф и два будущих мага.
Леара, кстати, тоже была в мантии, притом, в отличие от меня, вышивка второго года обучения у нее на мантии уже присутствовала.
Официантке было лет двадцать, симпатичная белокурая толстушка с задорно торчавшими розовыми грудками, сразу привлекла внимание.
— Блин! Третий год идет, как я здесь, пора бы привыкнуть к местному обычаю, женщинам ходить с голыми сиськами, - раздраженно подумал я. — Может, остаться в трактире на ночь, девчонка вроде бы не против, сразу видно. Черт знает, что там дальше будет, а встретиться с Гвироном я всегда успею.
Граф, увлеченно делавший заказ, ничего не заметил, зато Леара ехидно улыбнулась, заметив мой интерес к девушке.
— Да и ладно, остаюсь, — окончательно решил я и обратился к графу.
— Ваша светлость, хочу вас обрадовать, я передумал, наверно я здесь останусь на ночлег, поэтому уступаю вам своего коня.
Удивленный граф рассыпался в благодарностях, зато Леара сразу поняла, откуда дует ветер и, неприязненно покосилась на девицу, пока еще не подозревавшую, что молодой маг положил на нее глаз.
— И чего так Леара разозлилась?
Ведь у нас ней ничего никогда не было и, скорее всего, не будет. Мда, женщины, что еще скажешь, хрен их кто поймет.
— Утро добрым не бывает, — думал я, глядя в окно, за которым клубились серые тучи, крупные капли дождя барабанили по мутному зеленоватому стеклу.
Похоже,обычного оконного стекла, этой стране ждать еще пару веков, а может, и дольше.
Вставать не хотелось. После бессонной ночи оставалась приятная истома.
Эльза, так звали девушку, ушла еще пару часов назад. Она старалась сделать это незаметно, но сторожевое плетение, сразу среагировало.
— Пусть идет, умаялась, бедняжка, — сочувственно подумалось мне. — Этой ночью я постарался возместить все летние месяцы почти монашеского воздержания…
Девчонку, конечно, не обидел, ушла она довольная, правда, золотой экю дать ей не рискнул, боясь, что у нее эту монету, просто отберет хозяин. Расплатился серебром и симпатичным резным браслетом.
— Лежи, не лежи, а вставать придется, — с этой мыслью я, наконец, поднялся и принялся собираться в дорогу.
Уже сидя за столом в трактире, подумал, что очень кстати встретил семейство графа Росток. Значит, сегодня вся академия будет знать, что я куда-то уехал по делам, что не
