тихо, занимаясь в основном легальной частью нашего бизнеса. Полиция на взводе после всего, что происходило в последнее время, и им нужно дать успокоиться.
Да и мне не мелькать. После того, как я случайно оказался на месте убийства Валли, а потом и самого Массерии. Уверен, что под меня уже копают. Даже с телефонами нужно быть осторожнее, их могут прослушивать. Разговоры через автоматы, там-то много о чем болтают.
В принципе, можно просто звонить на нужный номер и попросить подойти к автомату. Другое дело, что придется запомнить, где какие стоят. Чтобы никто лишний не мог подойти к трубке. С автомата на автомат звонить сейчас можно, пусть и через оператора.
Я продолжил есть, остывшие сырники все равно были вкусными, а кофе крепким и черным. Завтрак чемпиона, самое то, чтобы набраться сил на весь следующий день. Да и для тренировок моих, которыми я занимаюсь каждый день, это будет полезно. Надо бы, конечно, пойти в спортивный зал, где тренировались боксеры, он был оборудован пусть и подержанными снарядами, но все-таки по высшему классу.
Да только вот… Времени бы мне на это все. А времени не так много.
— Вкусно, куколка, — сказал я, отправив в рот очередной кусок и пережевав его.
— Вкусно? — спросила она.
— Очень, — подтвердил я. — Я рад, что ты мне готовишь.
— Да… — сказала она. — Но мне нужно возвращаться на работу. Меня больше месяца нигде не было…
— Тебе не нужно возвращаться на работу, — я покачал головой. — Ты ведь теперь со мной. И поверь мне, я смогу тебя обеспечить.
— Да дело не в этом, Чарли, — проговорила она, посмотрев чуть в сторону. — Когда я сидела в той ужасной квартире, я чуть от скуки не умерла. Так хотелось куда-то выйти. Сейчас я могу гулять, встречаться с подругами… Но мне нужно какое-нибудь дело.
Да, вот тебе и эмансипация. А ведь им не так давно избирательное право дали. Только в двадцатом году.
— Я думаю, мы кое-что придумаем, — сказал я. — Есть у меня идея.
— Какая? — спросила она.
— Будешь петь и танцевать, — ответил я. — У меня есть кое-какие знакомства. Немного расширю их и предложу заняться тобой. Почему бы и нет?
— Правда, Чарли⁈ — она вскочила, обежала стол и поцеловала меня. — Спасибо!
— Да не за что, — ответил я. — И сперва мне надо решить дела. Но я обещаю заняться этим в ближайшее время.
— Хорошо, хорошо! — сказала она, поцеловала в щеку еще раз и сказала. — Ешь. Потом я уберу со стола.
И упорхнула куда-то, а потом я услышал, как она напевает что-то. Наверное, в ванную пошла.
Я доел сырники, допил кофе и поднялся. Торопиться нет смысла, но надо одеваться и ехать уже. Дела ждать не будут.
* * *
Как я и планировал, добрался до места через два часа на своем Кадиллаке, без водителя, сел за руль сам. Лански и Скализе уже ждали меня на месте, был там еще один смутно знакомый парень — похоже, тот самый Вито. Ну и Анастазия, естественно, который смотрел на членов Семьи Минео с кровожадной улыбкой, и они как-то жались от него. В отличие от Багси, который выглядел, как кинозвезда, Анастазия больше напоминал видом какого-нибудь маньяка. А ведь он совсем молодой.
— Джентльмены, — поздоровался я со всеми. Они поздоровались со мной в ответ, причем Вито так вообще поклонился, после чего я сказал. — Идемте.
Мы двинулись в дом. Поднялись на нужный этаж, и Вито открыл дверь. Вошли, прошли через коридор, а потом была следующая дверь. Я заметил, что Анастазия запустил руку в карман — и так все понятно, у него там револьвер.
Вито открыл дверь, и мы вошли.
Паппалардо лежал на кровати. Я не видел его с той ночи, когда мы скинули его с поста младшего босса, и стоило признать, что он сильно изменился. Похудел, рана-то у него была тяжелая, а ухода нормального без больничной койки обеспечить ему не могли.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Подниматься он не стал, как и тянуться к оружию, хотя у него оно наверняка где-то рядом было. Он просто выдохнул и хрипло проговорил:
— Лучано, — посмотрел на своего «друга», но ничего не сказал, хотя тут и без того было ясно, какие слова вертелись у него на языке.
— Стив, — кивнул я, осмотрелся и взял стул. Поставил, сел на него.
Остальные остались стоять. Анастазия ближе всех, Лански и Скализе остались у двери. Вито пришлось подойти ближе.
— Не в таких обстоятельствах я желал с тобой встретиться, — проговорил Паппалардо. — Не в таких. Ты — крыса, Лучано, ты продал Джо-босса.
— Да? — я улыбнулся. — Ты знаешь, о чем мы говорили, когда встретились с ним в последний раз?
— И о чем же? — спросил он.
— Он заставил меня играть с собой в карты. И поставить те два с половиной миллиона, которые я заработал на бирже. Без его участия. Он был слишком жадным, Стив, и мы оба это знаем. И он собирался убить меня первым. Но я его переиграл. И я закончил войну.
— Можешь оправдываться, как хочешь, — сказал Стив. — Ну, раз пришел, заканчивай свое дело. Я не буду сопротивляться.
— Меня интересует кое-что еще, кроме твоей жизни, — сказал я.
— Ну конечно, — он усмехнулся. — Деньги Джо-босса, так? Тебе нужны они?
— Ты прав, — кивнул я. — И я знаю, что ты в курсе, где он их хранил. Мне нужны эти деньги, они принадлежат Семье. Это была доля, которую он забирал, несправедливая доля.
Он подумал немного, а потом вдруг кивнул. Посмотрел на меня и сказал:
— Я могу сказать тебе. Надеюсь, что ты подавишься этими деньгами. Но сперва ты гарантируешь мне жизнь.
Понятно. Жить ему все-таки хочется. И наверняка хочется отомстить, но сейчас он понимает, что не того полета птица. А на самом деле он по-прежнему опасен, но это опасность загнанной в угол крысы, которая бросается на обидчика. А убить ее очень легко, достаточно раздавить ей хребет.
— Хочешь купить себе жизнь деньгами Массерии, — констатировал я.
— Называй это, как хочешь, — Паппалардо смотрел только на меня, не обращая внимания на остальных. —
