переднюю лапку, в самом деле размером с детскую руку. – Всё равно попытайся. Мой дом недалеко отсюда.
– Ах, – вздохнула Ёко. Она не была уверена, был ли это вздох облегчения из-за того, что её хотели спасти, или разочарования.
– Попробуешь? – переспросила крыса.
Ёко попыталась схватить её за протянутую лапу, но смогла пошевелить лишь кончиками пальцев. Тогда крыса наклонилась и схватила холодную руку Ёко своей маленькой тёплой лапкой.
Опираясь на крысу, чьи лапы оказались куда сильнее, чем Ёко ожидала, она кое-как смогла добраться до маленького домика неподалёку. Это было последним, что она запомнила.
Ёко казалось, что она множество раз открывала глаза и оглядывалась по сторонам. Но она не могла вспомнить, что именно видела. Ёко спала глубоко, но сон её был тревожным. Она несколько раз просыпалась. Когда она наконец проснулась окончательно, то осознала, что лежит на кровати в каком-то скромном доме. Несколько мгновений Ёко просто смотрела на потолок. После чего, осознав, что происходит, резко села в постели.
Попытавшись выпрыгнуть из кровати, Ёко упала на пол. Ноги отказывались двигаться. Помимо неё в тесной комнате никого не было. Зрение всё ещё было нечётким. Ёко принялась ползать по комнате, осматриваясь.
Мебели в комнате было немного. Большую её часть составляла кровать и тумбочка, сколоченная из нескольких досок. На тумбочке лежал меч, аккуратно завёрнутый в ткань, и синий драгоценный камень, нанизанный на новый шнурок. Ёко почувствовала облегчение.
Кое-как ей удалось встать. Она надела камень на шею и вернулась в кровать, прихватив с собой меч. Спрятала меч под покрывалом. Наконец Ёко смогла немного успокоиться.
Внезапно она осознала, что переодета в ночнушку, а раны обработаны. Под плечом она почувствовала что-то мокрое. Им оказался сложенный в несколько раз кусок мокрой ткани. Она не заметила его, когда пыталась выбраться из постели. Ёко положила его обратно на лоб. Ощущение прохлады было приятным.
Она натянула на себя толстое стёганое одеяло, сжала в руках драгоценный камень, закрыла глаза и облегчённо выдохнула. Её действительно спасли. Ёко даже начинало казаться, что в её существовании был какой-то смысл.
– Ты проснулась?
И вновь Ёко торопливо села в постели. Обернувшись на голос, она увидела в дверном проёме большую серую крысу. Та вошла в комнату. В одной лапе она держала поднос, а в другой ведёрко.
Ёко ощутила тревогу. Оно жило, как человек, и разговаривало, как человек. То, что оно выглядело как животное, не означало, что ему можно доверять.
Не обращая внимания на недоверчивый взгляд Ёко, крыса беспечно поставила поднос на тумбочку, а ведёрко – на пол около кровати.
– Как твоя лихорадка? – С этими словами крыса потянулась к ней своей маленькой лапкой.
Ёко съёжилась и резко отодвинулась назад. Удивлённо пошевелив усами, крыса подобрала кусок ткани, упавший на одеяло. Должно быть, это существо заметило, что она прячет меч под одеялом, прижимая его к груди, но ничего не сказало.
Сунув кусок ткани в ведро, крыса вновь посмотрела в лицо Ёко.
– Как ты себя чувствуешь? Хочешь поесть?
Ёко покачала головой. Крыса взяла со стола чашку и протянула её Ёко.
– Это лекарство. Выпьешь?
Ёко вновь покачала головой. Она не собиралась рисковать и подвергать себя опасности. Немного подумав, крыса поднесла чашку ко рту и отпила немного на глазах у Ёко.
– Видишь, это обычное лекарство. Оно немного горькое, но с этим ничего не поделаешь. – Сказав это, крыса вновь протянула ей чашку.
Ёко не стала брать её. Крыса с озадаченным видом поскребла мех за ухом.
– Ну ладно. Тогда чего ты хочешь? Если ты не будешь есть и пить, силы не вернутся к тебе. Как насчёт чая? Козьего молока? Рисовой каши?
Ёко не стала отвечать. Крыса вздохнула и задумчиво посмотрела на неё, подбирая следующие слова.
– Ты проспала три дня. Если бы я хотел сделать с тобой что-то плохое, я бы давно это сделал. – Кивком головы крыса указала на меч, который Ёко прижимала к груди. – Ты даже прячешь от меня этот меч. Совсем мне не доверяешь, да?
Ёко посмотрела в маленькие чёрные глаза крысы. Она медленно вытащила меч из-под одеяла и положила его к себе на колени.
– Вот, так уже лучше, – радостно сказала крыса, вновь протянув к Ёко лапку. В этот раз Ёко не стала отодвигаться в сторону. Крыса дотронулась кончиками пальцев до её лба. – Температура ещё есть, но лихорадка уже почти прошла. Устраивайся поудобнее и отдыхай. Может быть, тебе что-нибудь принести?
– Воды… – неуверенно сказала Ёко.
Услышав это, крыса шевельнула ухом.
– Воды, отлично. Так ты умеешь говорить! Сейчас принесу тебе воды. Если будешь вставать, закутайся в одеяло, пожалуйста.
Не дожидаясь ответа Ёко, крыса торопливо вышла из комнаты. Её хвост, покрытый коротким мехом, вилял из стороны в сторону в такт её шагам.
Спустя несколько минут крыса вернулась, принеся с собой кувшин, чашку и маленькую миску. Тёплая вода показалась Ёко очень вкусной. Она жадно осушила несколько чашек. Напившись, Ёко посмотрела на миску. Она почувствовала лёгкий запах алкоголя.
– Что там?
– Персики, вымоченные в вине и засахаренные. Хочешь попробовать?
– Спасибо, – сказала она, взглянув в глаза крысе.
Усы крысы дёрнулись. Щёки изогнулись, а глаза сощурились. Похоже, так в её исполнении выглядела улыбка.
– Меня зовут Ракусюн. А тебя?
Этот вопрос слегка озадачил её. Он был неожиданным.
– Ёко, – коротко ответила она.
– Ёко. А как оно пишется?
– «Ё», как в «ёки», – радостный, а «ко», как в «кодомо», – дитя.
– «Ко» как дитя? – переспросил Ракусюн, удивлённо склонив голову набок. – Хм. Любопытное имя. Откуда ты?
Поскольку не отвечать сейчас было бы невежливо, Ёко напрягла память, пытаясь вспомнить подходящие варианты.
– Кэй.
– Королевство Кэй? А откуда именно?
– Хайро, – ответила Ёко. Всё равно она не знала больше никаких мест в Кэй.
– Где это? – перепросил Ракусюн, слегка озадаченно смотря на Ёко и почёсывая за ухом. – А, хотя неважно. Давай-ка ты примешь лекарство и попытаешься отдохнуть?
На этот раз Ёко кивнула.
– А как пишется Ракусюн? – поинтересовалась она в ответ.
– «Раку», как в «кураку», – грусть и радость, а «сюн», как в «сюнбин», – сообразительность, – снова улыбнулся он.
Глава 36
– У него есть хвост. Это ведь явно плохой знак, верно?– раздался голос посреди ночи. Голубая голова обезьяны парила над изножьем кровати. – Он наверняка предаст тебя, так или иначе. Разве ты не понимаешь?
Несмотря на то что в комнате стояли две кровати, Ракусюна здесь не было. Ёко сомневалась, что в
