ранга, погрузив своего коллегу и начальника в лечебный транс, пытались выяснить, какой урон получил последний при встрече с Эрлихом.
Через два часа они, разбудив Гелона, сконфуженно докладывали:
— Лэр, мы не смогли обнаружить постороннего вмешательства в ваш разум. По нашей просьбедаже доставили из Академии мощный артефакт для проверки мозговой деятельности, но и он абсолютно ничего не показал.
Маг побагровел от возмущения.
— Вы, что? Хотите сказать, что я все придумал? Зачем мне это нужно?
Пожилой менталист развел руками.
— Лэр, если вы ничего не скрываете, могу только предположить, что ранг мага, убравшего несколько часов вашей жизни, настолько высок, что мы не можем обнаружить следов его вмешательства.
— Получается, этот Эрлих маг десятого ранга, или выше, — пересохшими губами, — хрипло произнес Гелон.
— Видимо, так, — в унисон отозвались менталисты.
— Это провокация! — панически думал Гелон . — Кто-то из местных магов, получил поддержку в столице и общее руководство поручено Минху.
А тот вряд ли бы осмелился на такое без санкции императора. Неужели мы чем-то прогневили Гвирона? Что за негодяй так меня подставил?
В это время в кабинете снова появился Стром.
— Лэр, — обратился он к Гелону, — тревожная группа, отправленная в гостиницу, мага, похожего по словесному портрету на Эрлиха, не обнаружила.
Портье утверждает, что этому магу не понравился предложенный номер, и он после просмотра сразу ушел.
Гелон уже возмущенно открыл рот, но Стром оказался быстрее.
— Командир группы, естественно проверил слова портье, все номера были обысканы.
Были арестованы два известных преступника, проживающие там под другими именами, несколько девиц легкого поведения, не имеющих лицензии, среди них баронесса де,Мон…
— Без фамилий! — прервал доклад Строма начальник. — Эрлиха, как понимаю, там не обнаружили?
— Увы, — вздохнул секретарь.- Ни малейшего следа.
— Лих, слева! — раздался в голове крик Нейзы. Экзоскелет, реагируя на мысль, в ту же микросекунду дернулся в сторону, Рой металлических шариков, пролетев впритирку к щеке, влетел в переборку, оставив на ней приличную вмятину.
Увы, неловкое движение экзоскелета подставило меня под удар десантного палаша. Рослый арварец, ощерившись белыми зубами на черном лице, с размаху опустил его на мою черепушку, и развалил меня вместе с экзоскелетом на две половинки.
Когда крышка капсулы открылась, я некоторое время лежал, не в силах подняться. Как обычно, опять вылетел из абордажа на сто семидесятом уровне игры.
И сейчас никак не мог отойти от неприятного ощущения, как палаш с хирургической точностью разделяет голову пополам.
Вздохнув, выбрался из капсулы и отправился под душ. Конечно, можно стихией за секунду очистить кожу от липучего геля, но хотелось постоять под струями горячей воды.
Выйдя из душа, вытираясь полотенцем (еще одна, причуда), отправился на кухню, налил большую кружку чая и усевшись за стол начал привычное чаепитие, пытаясь абстрагироваться от всех проблем. Но не получалось
Мысли оставались невеселые.
И, как всегда в последние годы, крутились вокруг невозможности решить проблему М-поля.
Вроде бы достигнув вне рангового уровня мастерства в магии, можно было почивать на лаврах. Ни один человек на Эрипуре сейчас не представлял какую-либо угрозу для меня. Именно из-за этого я частенько забирался в капсулу виртуальной реальности и участвовал в абордажных схватках, где у меня не имелось ни капли магии, и я на равных сражался со своими виртуальными противниками.
Только в этих схватках с равными противниками я мог хоть немного прогрессировать.
А результат?
А результат хреновый. Крейсер Предтеч все кружится на орбите и по-прежнему напряженность М-поля настолько высока, что ни о постройке порталов, дальней телепортации и взлете челнока не может быть и речи.
А до разрушения планеты остается все меньше времени.
Допив чай, я включил просмотр происходящего в гостинице.
Несколько минут без особого интереса наблюдал, как группа магов проверяет все номера гостиницы, таская за собой хозяина и дежурного портье.
Дверь в мой номер они видеть не могли. Лишь владелец гостиницы на пару секунд задержался напротив, пристально глянув на стену, он пожал плечами и помчался вслед за магами.
Подумав, что завтра надо будет сменить личину, я отправился в койку. Хотя абордаж рабовладельческого крейсера и проходил в виртуальном мире, трехчасовое рубилово изрядно меня измотало.
Следующие два дня, я практически не вылезал из капсулы. И упрямство победило. Удалось перейти на сто семьдесят первый уровень игры. Учитывая, что сто семидесятый уровень я преодолевал последние девяносто лет лет, не исключено, что до сто семьдесят второго не доживу. Вряд ли мое бессмертное тело останется живым во время разрушения планеты.
Конечно, робкая надежда остается на спасение в пространственном кармане в этот момент, Но при таких тектонических процессах вероятность выживания минимальна и там. Искин определяет эти шансы не более трех процентов.
И, тем не менее, настроение от этой небольшой победы резко поднялось. Так, что я отправился на поиски Эразмуса, в неплохом расположении духа.
Появление двери в глухой стене коридора второго этажа служащие гостиницы восприняли равнодушно, как будто так должно было и быть. Я спокойно прошел мимо двух сплетничающих горничных, даже не повернувших головы в мою сторону, и вышел на улицу.
Моя новая личина пожилого, лысоватого горожанина не привлекала особого внимания, хотя наблюдателей около гостиницы хватало.
Естественно, одет я был в типичный костюм городского мещанина. Ни к чему дразнить гусей одеянием мага.
Сегодня погода больше походила на осеннюю, было прохладно, иногда накрапывал мелкий дождик. А вроде бы уже пришла зима. Однако народа на улице было полно, и если пару дней назад от меня старались держаться подальше из-за мантии мага, то сейчас, то и дело кто-нибудь задевал плечом, или корзиной.
Когда проходил мимо рынка, на меня положил глаз воришка, по виду типичный кочевник.
Я почему-то думал, что их уничтожил еще мой бывший приятель Гвирон-первый, но здесь в Гронаре их было полно. Похоже, из прерий их выкурили, но монги, как они сами себя называют, оказались весьма живучими, и нашли свою нишу в Луганорской империи, замещая отсутствующих на Эрипуре, цыган.
Видимо, я постарался сделать свою личину слишком безобидной, потому, что вор, подойдя вплотную ко мне, вытащил здоровенный килорез и, уткнув в мой живот, тихо произнес известную фразу — кошелек, или зарэжу.
Привлекать внимание не хотелось, поэтому, накинув на парня легкий паралич, я пошел дальше. Окружающие заметили вора, превратившегося в статую с ножом, только, когда я скрылся за ближайшим зданием. Но шум и гам еще долго доносился с той стороны.
