А теперь скажи мне, незнакомец… кто ты и зачем принёс в мой дом эту мерзкую хворь?
Глава 17
Тени Алькубере
Гриф по какой-то причине не спешил снабжать меня сведениями о своём учителе. Более того, временами он вёл себя так, будто и вовсе не хотел лишний раз произносить его имя. Мои вопросы он мастерски игнорировал либо уводил в сторону. Я не настаивал: не вытаскивать же из него сведения клещами. Ради меня он вспомнил про этого человека, но потом будто бы пожалел.
Я и не стремился во что бы то ни стало заслужить расположение Алькубере, но он всё же помог мне, а значит, в ответ стоило быть честным. Но даже приняв это решение, я твёрдо знал, о чём буду молчать: ни слова о Сталроке, ни намёка на удачу и уж тем более никаких упоминаний родного мира.
— Меня зовут Степан, — сказал я спокойно. — И я пришёл за помощью.
Я замолчал, покосившись на свою культю, хотелось быстрее перейти к делу, но старик с первых секунд знакомства умудрился породить для меня новые вопросы.
— Вы говорили, что я принёс с собой какую-то хворь. Мне и правда казалось, что меня отравили…
Старик внимательно посмотрел на меня с явным недоверием.
— Ты пришёл сюда по этой причине?
— Нет, — ответил я честно. — Но если от этой причины зависит моя жизнь, то я обязан знать.
Он медленно покачал головой.
— Яда в тебе нет. А вот болезнь есть. И она точно не из простых.
— Что за болезнь?
— Этого я не знаю. Болезней несметное число, даже среди магических. А твоя как раз из таких. — Старик прищурился. — Стоило тебе появиться здесь, и я кожей почувствовал эту гадость. Понял сразу. Мне всё же доводилось сталкиваться со многими болячками. Но я не лекарь, в этом мои знания ограничены.
— Почувствовали кожей? — переспросил я. — Вы маг?
Он тихо усмехнулся.
— Не обязательно быть магом, чтобы чувствовать проявления вездесущей силы природы. Особенно в таком месте. — Он развёл руками. — Да, порой эта сила искажается и вредит нам. Но что поделать.
— И насколько всё плохо?
Старик не ответил сразу. Он будто прикидывал что-то в уме.
— Есть магические болезни такого рода, от которых умирают в первый же час. Есть те, что позволяют дожить до старости, но взамен человек теряет ясность ума. А есть и почти безобидные мелкие проклятия, которые награждают тебя разве что вечной чесоткой или кашлем на всю жизнь. Ох, Борк бы побрал всех тех негодяев, которые пользуются такими пакостями.
Алькубере посмотрел мне в глаза.
— Твоя болезнь вряд ли безобидная. Она излучает отголоски искажённой магии на большое расстояние. Я нашёл тебя в приступе посреди леса. Насколько приступ был смертелен, сказать не могу. Тебе повезло, что у меня оставалась пара бутыльков с очищающим снадобьем.
— Снадобье облегчило симптомы на время? — уточнил я.
— Верно. — Старик кивнул. — От тебя сейчас не исходит тех неприятных энергий, да и сам ты чувствуешь себя явно лучше, но надолго ли? Тебе самому должно быть виднее, что с тобой сейчас происходит, не так ли?
Я не успел ответить. Сверху донёсся шум, словно над нами был дощатый настил, по которому кто-то принялся усердно прыгать.
Алькубере поднялся, снял со стены масляную лампу и двинулся вперёд, в отдалённую часть землянки, скрытую полумраком. Там вертикальная лестница упиралась в деревянную крышку люка, и именно её сейчас так основательно трясло.
Оказалось также, что землянка была довольно просторной, если не считать низкого потолка.
— Слушай внимательно, Степан, — обратился ко мне старик не оборачиваясь. — Нам придётся отсюда выйти. Если не хочешь, чтобы эти твари тебя сожрали, просто не бойся их.
— Ну… — я с трудом приподнялся, в груди отозвалась ноющая боль. — После того как вы сказали, что они могут меня сожрать, смысл бояться есть. Что это за твари?
— Тени, — Алькубере обернулся и посмотрел на меня с прищуром. — Разве ты не видел их в лесу?
— Я думал мне причудилось.
— Конечно, — старик усмехнулся. — Они нападают на тех, кто их боится. Питаются страхом. Ждут, пока ты дрогнешь, побежишь прочь с трясущимися поджилками и обсосанными портками. А они и рады броситься вдогонку, чтобы на ходу высосать все жизненные соки через твои страхи. — Алькубере будто намеренно пытался напугать меня. — Пока не боишься их, они ничего тебе не сделают. Понял?
— Возможно, я видел тварей и похуже.
— Сомневаюсь, — насмешливо бросил Алькубере. — Нам нужно выйти и прогнать их. Я не собираюсь слушать эти стуки всю ночь. Да и покурить хочется.
— А вы сами с этим не справитесь? — спросил я, уже прикидывая, как полезу по этой лестнице.
— Нет. Пока они не поймут, что здесь нечего есть, не отстанут. Надо будет побороться.
— Хорошо. Тогда помогите мне вылезти.
Подъём оказался не таким сложным, как я думал. Было бы удобнее даже с каким-нибудь пиратским крюком вместо кисти. Как же «хорошо», что теперь у меня такой огромный простор для фантазии…
Снаружи царствовала ночь. Небо было густо усыпано звёздами, я мог лишь предполагать, что над головой сияет вовсе не Млечный Путь.
Выползая на траву, я услышал, как Алькубере негромко ругается и шикает на кого-то, будто на докучливых бродяг.
Поднявшись на ноги, я, наконец, увидел их во всей красе. Чёрные сгустки человеческого роста, бесформенные, парящие в воздухе. Будь небо этой ночью менее ясным, мы бы их и не заметили. Теней было чуть больше десятка. Они окружили нас и парили над землёй, словно ленивые, отожравшиеся мухи.
— Ну что, готов? — спросил Алькубере и, подойдя ближе, зачем-то поднёс лампу почти вплотную к моему лицу.
Старик и правда их не боялся. Более того, он спокойно повернулся к теням спиной, хотя одна из них медленно надвигалась на нас.
— К чему? — спросил я, ощущая больше усталости от своей странной жизни, чем страха к этим сгусткам.
— Проверим. — Алькубере отшагнул в сторону. — Вы хотели увидеть новое лицо? Вот смотрите.
А ведь он, судя по всему, говорил с ними не в первый раз. Я бы даже подумал, что передо мной сговор и очередная ловушка, но в таком случае Алькубере не стал бы меня спасать до этого.
Кольцо теней сжималось. Ближайшая тень медленно поплыла ко мне. Старик же остался в стороне, наблюдая с заинтересованным лицом.
Тень приблизилась, но я ничего не почувствовал, даже потока воздух или хоть какого-то запаха.
Зато почувствовал её ауру.
Тень почти коснулась моего лица и вдруг остановилась. Я разглядывал её с неожиданным для себя любопытством,
