начали появляться магические потоки.
Серо-черные, мутно-зеленые, бурые, потоки магии отличались от тех, какими обычно пользовались в этом мире. Некромантия была схожа с остальной магией и сила, бушующая в крови черномагов, практически не отличалась от возможностей других существ. Но именно эти маги не имели ничего общего с миром за пределами академического городка. Их сила была другой. Мощная, тяжелая, грубая, она доставалась им благодаря слиянию с иным миром. Миром мертвых.
Попадая в мир живых, вплетаясь в заклинания черномагов, сила брала свое, каждый раз, понемногу выпивая души своих подопечных. Она жила своей жизнью, давая силу и мощь некромантам, питаясь их жизненной энергией.
— Сейчас! — крик разрывающего тишину голоса, заставил дрогнуть беловолосого паренька и руками принять мощное заклинание в свое тело.
Образовавшийся на полу полумесяц вспыхнул красным огнем и начал подниматься, впитываясь в тело своей жертвы, опустошая его и отправляя душу на поиски заветной цели.
Чернота начала окутывать пространство, являя взору провалы глаз и скалящиеся в требовательных улыбках морды. Магия некроманта исчерпывала себя, цель ускользала, а жаждущие тени требовали кусочек души призвавшего их.
— Прочь! Сила еще есть! Время быстротечно, но пока работает на нас! — рывком отогнал алчных созданий барон и вновь усилил голосовой призыв.
Время действительно летело незаметно, и мужчина уже был готов опустить руки и признать неудачу, когда тени резко колыхнулись, а глаза беловолосого напарника открылись, сверкая яркими искорками довольства.
— Сделал! — с облегчением опустился на пол молодой помощник и уставился на исчезающие в пространстве тени. Полумесяц потух, оставляя после себя след копоти.
Спустя время, маленькую комнату покинули две мужские фигуры, облаченные в темные грубые плащи. Силы магов были на исходе, а вечер опускался на академический городок. Все живые существа спешили по своим домам, дабы не попасть в жадные объятия теней. И некроманты не были исключением.
Свою работу они сделали, тело получило подпитку, а значит, уже завтра есть все шансы представить «куклу» ректору.
Барон довольно потирал руки. Затраченное время и энергия стоили того, чтобы заткнуть начальника надолго.
Молодой, высокий светловолосый парень, идущий чуть позади своего учителя, как никогда раньше гордился бароном и теперь ждал окончания процесса. Этот вечер был решающим и у них все получилось. Теперь осталось малое — время!
******
Боль, не такая, когда ломают или выворачивают, а иная, словно под наркозом режут тело. Неприятный холод внутри, вокруг и вообще везде. И самое неприятное, вязкое нечто, которое окутывает все части тела и мешает двигаться. Неприятные ощущения не хотели покидать меня, даже после того как сознание проснулось и готово было к новым подвигам.
Неприятный, но не более, сон еще не прошел и всплывал кадрами, проявляя и жуткую серость и темную тучу с липкими щупальцами. Я, будто бы до сих пор, ощущала их гадкие прикосновения к своему маленькому огоньку, называемому душой. Омерзительно!
Хотела открыть глаза, но веки отяжелели, словно свинцом налились. Попыталась потянуться рукой к лицу, но конечности не слушались, оставаясь неподвижными и вовсе мне не принадлежащими. Хотела позвать Артёма, но кроме невнятного мычания, совершенно не похожего на речь, ничего не вышло. Паника начала затапливать сознание.
Серость и пустота вновь вспомнились и уже не казались такими нереальными. Темнота, которая пыталась поймать меня в свои путы, была куда правдоподобнее и реалистичнее, нежели во сне.
А потом резкий переход и я вновь вижу маленькое белесое создание, которое мечется в попытке вырваться, только уже нет шансов. Черные жгуты плотно впились в сущность и прижимают этот, почти потухший огонек, к плоской поверхности, на которой лежит неясный силуэт.
Трепыхания светлячка не прекращаются, но и чернота сдаваться не собирается. Сила и мощь этого темного пятна давят со всех сторон, подчиняя и требуя единственного решения: согласиться и повиноваться.
Борьба за свое право. За право на собственную свободу. Свободу от темноты и серости. Свободу от пустоты и тишины. Свободу от навязанной неволи.
Схватка между темнотой и маленьким светлячком была долгой, утомительной и заранее предрешенной. Что, по сути, может угасающая душа? Конечно это самое светлое и сильное создание богов, но когда душа слишком измучена и утомлена, готова на любое соглашение, лишь бы поскорей обрести покой, то любая тьма может легко вырвать победу и поглотить маленький огонёк.
Я понимала, что все это происходит с моей душой. Это ее терзает тьма, это мой светлячок угасает и просто хочет спокойствия. В тот момент я не задавалась вопросом, что со мной произошло там, рядом с Артёмом. В тот момент я просто отказалась бороться, отдалась на волю липким щупальцам и ухнула в черную густую муть, чтобы отдохнуть от схватки и непонятного глухого отчаяния.
Сон? Нет. Что такое сон, я на время забыла. Кокон, плотно окруживший мою беспокойную душу всего лишь погрузил меня во тьму. И сна или безмятежности там совсем не предвиделось. Существование в черном пространстве давало возможность отдохнуть и восстановить силы, но это было так, словно я присела на лавочку и любовалась природой, давая организму легкую передышку для пополнения затраченной энергии. Только вот природы не было. Темнота и мой собственный тусклый свет, который не сильно-то и спешил обрести душевное равновесие, спокойствие и внутреннюю мощь.
Для такого состояния в невесомости, время тянулось медленно, утекая тонкой струйкой сквозь маленький разъем. Окружающее меня не волновало, внимание ни к чему не цеплялось, да и вообще, была полная апатия. Лишь на самом краю сознания мелькала мысль о необходимости выяснения всех проблем, возникших из ниоткуда, но все это быстро забывалось, и я опять погружалась в апатию.
Приглушенный мужской голос заставил дернуться и задуматься, стоит ли вообще придавать значение постороннему. Ничего не ощущала, только темнота начала медленно расступаться, поднимая меня выше и выше. Мою душу выталкивало наружу, туда, где звучали незнакомые звуки.
Голос становился громче, темнота почти рассеялась, отпустив меня в свободный полет. Перед моим взором появилась смазанная картинка. Не сразу, но поняла, что вижу. Не просто неясные очертания, а силуэты, которые обретают четкость.
Говоривший оказался очень близко. Голос незнакомца набирал мощь. Каждая черта лица мужчины и окружавшего его пространства виделась более отчетливо. Все было непривычным и непонятным. Неожиданность захватила и душила тяжелыми путами.
Сказать? Дать знак, что я жива? Привлечь внимание?
Мысли метались, глаза цеплялись за детали ужасающего интерьера. Возможно, меня бы передернуло от отвращения, но тело не слушалось. Я вообще, чувствовала себя как под наркозом. Дискомфорт во всех частях тела, заторможенность и полное отсутствие болевых признаков. Наверное, так могли бы чувствовать себя куклы.
