в том месте, где найдут тело Джессики.
23:44
Вот и настал роковой момент. Несмотря на все мои старания. Подумать только: все было решено заранее. Судьба снова оказалась сильнее меня. Мир хотел, чтобы Джессика Стейн оказалась в этом самом месте в это самое время. Я никак не мог это предотвратить.
«Мы вольны делать что угодно», – сказал месье Жером. Ага, конечно!
У нас вообще нет никакой свободы. Мы обречены идти по проложенным за нас дорожкам.
Несколько минут я не могу пошевелиться от изнеможения и растерянности. Постепенно по мне укрепляется ужасное чувство, что все вообще бесполезно. Что смерть совсем близко, что она окружает меня и что я больше не могу бороться.
Отовсюду звучит вдвое усилившееся пение сверчков. У меня едва не лопаются барабанные перепонки, и гудит голова.
Плеск воды, наоборот, напоминает колыбельную. Я смотрю на часы. Уже совсем скоро. С трассы доносится оглушительный рев мотора. Может, это «фиат» физрука? Вдруг он поехал меня искать? Шум удаляется и наконец окончательно растворяется в темноте, пропитанной терпким ароматом леса.
До полуночи остается совсем немного, и теперь я точно знаю, что умру. Моей последней радостью, быть может, станет то, что я смогу увидеть лицо виновного. Меня захлестывает волной боли и тоски. Я не спас Джессику. Девушку, которой жизнь обещала так много всего. Королеву школу, которую настиг смертельный удар судьбы.
– Прости… – шепчу я почти против своей воли, словно Джессика может меня услышать. – Прости…
Когда я произношу эти слова, у меня по спине пробегают мурашки. Сзади что-то зашуршало. Я чувствую. Я знаю. Да, конечно, это может быть ветер, качающий ветки деревьев, или ночной хищник, выслеживающий добычу.
Но нет. Это что-то другое. Снова слышится тихий, как кошачье шипение, шорох и легкие шаги среди сосен. Никаких сомнений: мой убийца совсем близко.
У меня сжимаются кулаки, расправляются плечи, напрягаются мышцы. Я стою наготове, ловя каждый звук.
Вдруг прямо передо мной начинают качаться нижние ветки сосен. Я вижу ноги, затем корпус и наконец лицо.
Вот он, мой убийца, в холодном белом свете луны. Его лицо искажает легкая ухмылка. Злая, кровожадная ухмылка человека, который понимает, какое страшное преступление сейчас совершит. Он медленно подходит ко мне на удивление нерешительным шагом. Я смотрю на него, остолбенев от ужаса.
Вид у убийцы неуклюжий, как у робкого влюбленного, который хочет сделать первый шаг. Я его знаю. Прекрасно знаю – и Джессика тоже.
Вот он, мой убийца. Он остановился в метре от меня и почти может ко мне прикоснуться, но зачем-то открывает рот. Среди гама сверчков я различаю его тихий мелодичный голос:
– Ну, что нового под солнцем?
23:59
Я не успеваю понять, что происходит. Не успеваю поверить, что передо мной стоит безобидный бакалейщик месье Сильвестр. Я пытаюсь спастись, убежать. Но мои израненные ступни вязнут в песке. Месье Сильвестр ловит меня за руку. Впивается тонкими пальцами. У него очень крепкая хватка. Вырваться невозможно. Никогда бы не подумал, что месье Сильвестр настолько силен.
Я тщетно пробую отбиться. Чем сильнее я извиваюсь, тем глубже мои ноги утопают в песке. Чтобы вырваться, я царапаюсь, я бью месье Сильвестра, но ничего не помогает. С лица моего мучителя, освещенного бледной луной, не сходит жестокая ухмылка – так улыбаются люди, осознающие свое превосходство и вседозволенность.
– Ну, ну, успокойся, – произносит он таким тоном, словно пытается укротить дикую лошадь.
В его глазах сверкает глухая злоба. Месье Сильвестр… Мне не верится, что все это правда. И однако…
– Все будет хорошо, – шепчет месье Сильвестр слащавым и томным голосом. Положив вторую руку мне на шею, он начинает давить еще сильнее.
Месье Сильвестр наваливается на меня скользким от пота телом, и я чувствую, как в ритме дыхания вздымается и опускается его грудь. Он пыхтит, уткнувшись в мои волосы и, будто тисками, сжимая мне горло.
Он медленно прислоняется лицом к моей шее, чтобы немного передохнуть. Я не сдаюсь и, закрыв глаза, продолжаю сопротивляться, издаю негромкий испуганный писк. Но все напрасно. Месье Сильвестр сильнее меня. Я чувствую, как изгибается и оседает тело Джессики. От внезапной опасности у нее напряжены все мышцы. Но ничего не помогает.
Отчаявшись, я пытаюсь отвлечься от происходящего. Мысленно перенестись подальше отсюда. Думать о чем-то другом. Не открывая глаз, я прокручиваю в голове некоторые моменты этой сумасшедшей недели. Переплетенные жизни, в которые меня забрасывало. Лицо семнадцатилетней мамы. Лицо Валентин. Ставший родным силуэт Белинды. Арески. Я поочередно призываю всех этих людей на помощь. Их образы кружат вокруг меня, словно прощаясь навсегда.
Я снова вижу коридоры спортзала. Ненависть, возникшую во взгляде Марка-Оливье Бобби Кастена, при одном только упоминании Джессики Стейн. Если бы он не напился тем вечером, то, возможно, смог бы предотвратить трагедию? Задает ли он себе этот вопрос хоть иногда? Преследует ли его призрак Джессики? Уверен, что да.
Я вспоминаю, сколько часов провел в зале, оттачивая комбинации ударов. Колотя по чертовому мешку, без конца повторяя одни и те же связки, отрабатывая блоки. Все это было зря? Неужели, оказавшись в чужом теле, я потерял способность постоять за себя? Пока все эти мысли проносятся у меня в голове, я чувствую, как убийца дышит мне на ухо. Я должен защищаться!
Одним резким движением я упираю плечо в месье Сильвестра. «Глаз тигра, Лео! Глаз тигра!» Не все в жизни зависит от силы; решительность тоже важна. Нужно уметь использовать преимущества противника. Мне удается высвободить левую руку и завести ее за бедро месье Сильвестра. Он слегка удивлен, но продолжает наваливаться на меня, как насекомое, которое обездвиживает жертву, прежде чем обмотать ее прозрачным коконом.
Внезапно месье Сильвестр отпускает мою правую руку, заламывает ее мне за спину и прижимает к себе. Свободной рукой он зажимает мне рот. Меня вот-вот стошнит. Его пальцы пахнут потом, кровью, землей. У него липкая, как у рыбы, кожа. Я мотаю головой, чтобы вырваться. Бесполезно. Его пальцы все сильнее впиваются мне в лицо. Я задыхаюсь. Боль становится почти невыносимой.
Я решаю рискнуть и, расслабив все мышцы, притворяюсь, что падаю в обморок. Месье Сильвестр довольно хмыкает. Затем я быстро хватаю его за бедро и, развернув плечи, высвобождаюсь. Кладу обе руку на затылок месье Сильвестру и со всей силы коленом ударяю его в живот.
Он явно ошеломлен, но я не даю ему времени прийти в себя и с размаху бью его в пах.
Скорчившись, месье Сильвестр начинает выть от боли.
Точным уверенным движением колена я заряжаю ему
