такие оговорочки.
Торговец Ли неожиданно усмехнулся и подозрительно прищурился:
— Мне показалось, ты решила назвать молодых мастеров, сопровождавших своих сестёр в путешествии, зоопарком или гаремом?
— Вам показалось, — замахала я руками. — Разве ж я могу так оскорбить молодых мастеров, которые, несомненно, являются гордостью своей секты и учителей? Разумеется, это всего лишь случайный набор звуков, который нашептал мне Сяо Гуй.
По глазам торговца Ли было заметно, что мне не совсем поверили, просто не стали развивать эту тему. Вот уж действительно, язык мой — враг мой.
— Ну, раз Сяо Гуй нашептал, то это действительно не стоит внимания. Маленький чёрт ещё не то может сказать твоими устами, но впредь будь внимательнее. Лу Шиань, в общем, я тебя понял. Несомненно, молодые люди, которые хотят внимания девушек, сделают всё, чтобы его привлечь. Если она собирает эти самые... коллекционки? Я их правильно назвал?
Я закивала:
— Точно! Покупать их будут в огромном количестве.
Торговец Ли погладил бороду и довольно хмыкнул:
— Вот уж действительно неплохая идея.
Вот только в его голосе было что-то, что мне не нравилось, да и взгляд был чересчур серьёзный.
— Можем заключить договор о передаче эксклюзивных прав на такие коробочки, — предложила я осторожно. — Но они простенькие, если кто-то повторит — я не виновата.
Дядюшка погладил бороду и, кажется, расслабился, но потом с некоторой заинтересованностью уточнил:
— Эксклюзивные права?
— Да. Все сшитые и разработанные мною игрушки будут направляться вам. Я не буду передавать их на сторону. Просто их должно быть достаточно много, чтобы обеспечить ажиотаж, но не настолько много, чтобы перенасытить рынок.
Я опять наткнулась на настороженный взгляд дядюшки. Ну да, что девица, росшая в изоляции, может знать о рынке и его перенасыщении? Я не уверена, что сам торговец Ли о таких терминах в курсе. Точнее, то, что подобное существует, он, естественно, знает — нельзя древних недооценивать. При этом подобное знание на матушку Ван не сбросишь: дядюшка Ли наверняка знает, что подобному меня она научить не могла. Нужно какое-то убедительное объяснение. Ну или убедительная ложь.
— Я не уверена, — пытаюсь изобразить некоторое смущение, — что об этом можно кому-то рассказывать, но вы, дядюшка, столько раз мне помогали, и я, не оставленная вашей милостью, могу жить более чем достойно, — главное вовремя и в нужном количестве прогибаться. — Поэтому я не могу долго от вас скрывать, тем более проницательность ваша не могла упустить некоторые весьма спорные моменты.
Дядюшка Ли довольно хмыкнул - кажется, я прогнулась в достаточной степени, так что продолжаем.
— Иногда мне снятся сны о странном мире. Я словно смотрю за жизнью девушки, которая немногим старше меня. И этот мир сильно отличается от нашего. И она часто заказывала подобные коллекционные игрушки, которые ей потом привозили.
— Где заказывала, у кого? — о, а торговец о торговле, так как можно описать маркетплейс?
— Я не знаю, как это называлось в том мире, но больше похоже, что она смотрела цветную книгу с товарами. Она тыкала в товар, и потом он прибывал к ней.
— А, — отмахнулся торговец Ли, — мастер Люй Далинь в своё время выпускал «Каогу ту», — а потом, в ответ на мой недоумённый взгляд, уточнил: — Каталог древностей. Когда вышел первый том, был настоящий фурор. Такой метод потом использовали и многие торговые дома, и даже аукционы: можно выбрать и заказать. Твой сон странный, но в мире нет ничего, что в нём не могло бы быть.
Что ж, можно выдохнуть: теперь все свои странности будем списывать на сон. Дядюшка, снова лишившись своей подозрительности, подвинул ко мне димсамы.
— Признаюсь честно, твоя идея весьма перспективна. Думаю, её будет достаточно, чтобы заплатить за Ши У Чжэнь. Я подберу что-то, что можно будет обменять. Некоторые моменты мы ещё с тобой обговорим - например, как я понимаю, сшить большое количество игрушек ты не сможешь?
Я покачала головой. Я не видела себя профессиональной швеёй.
— Ничего страшного, — усмехнулся дядюшка, — эти моменты я возьму на себя. Ты же будешь поставлять мне по шесть игрушек в два месяца, новую коллекцию, так сказать. Они у тебя артефактные, — дядюшка ткнул в фигурку ослика, который раздражённо мотнул головой. — А то, что остальные будут обычными, так даже лучше, интереснее будет. О том, чтобы эта идея осталась только за мной, позабочусь сам, не в первый раз уже. И да, твоя идея достаточно хороша, чтобы ты получила за неё не только артефакт, но и немного денег. Думаю, полпроцента от чистой выручки тебе будет достаточно.
Думаю, иероглиф «грабёж» в моих глазах вспыхнул настолько ярко, что мог затмить вспышку сверхновой, так что дядюшка просто затрясся от смеха.
— Ладно, ладно, — деланно покачал он головой. — А давно ли ты была тихой наивной девушкой, не знающей цены деньгам?
— У меня на попечении мальчишка, осёл и три мыши, — попыталась оправдаться я. — И траты, бесконечные траты буквально на всё. Хотя бы один... полтора процента.
Дядюшка снова зашёлся в некоторой смеси кашля и смеха.
— А нет, мне показалось. Как была, так и осталась, лишь чуть-чуть подросла. Пять... я выделю тебе пять процентов. Поверь, для тебя сейчас это больше, чем ты можешь себе представить, и больше, чем тебе сейчас нужно.
Я пожала плечами. Было у меня некоторое подозрение, что дядюшка прав. Всё же безопасность моего дома — это скорее отрицательное значение. Кстати.
— А можно мне в счёт первого платежа какой-нибудь охранный артефакт?
Дядюшка задумался и кивнул.
— Думаю, найдётся что-то не слишком дорогое. Но учти: отпугнуть сможет скорее какую-нибудь шпану да дикое зверьё, обыкновенное, не духовное. Если нужно что-то посерьёзнее — там другие цены.
— Думаю, мне пока и этого хватит, — вздохнула я. На счастье, у меня сейчас не было ни имени, ни репутации, ни чего-то, что могло бы привлечь
