рёбра вот-вот хрустнут. От места слияния наших губ по моему телу разносится жар. Это драконий огонь перекидывается на меня и, переплетаясь с моей собственной стихией воды, разносит по коже и внутренностям тёплые волны — как ласковый океан, омывающий берег: огромный, бездонный, но бережный и чуткий. А потом я, наконец, прихожу в себя — и что было силы толкаю дракона в грудь.
И добавляю совсем не женственный хук справа.
На нас смотрят с приоткрытыми ртами. Кокон защищает от чужих ушей — но не от чужих глаз. А тут Руввана устроил отличное представление для студентов, едва продравших глаза после ночного сна. Просто… замечательно!
— Даже не вздумай ко мне приближаться! — шиплю я взъярённой кошкой.
Круто развернувшись, устремляюсь вниз по лестнице. Передо мной спешно расступаются. Однако не успеваю я сделать и пары шагов, как прямо перед моим лицом возникает голосовой шар. От неожиданности я едва успеваю схватиться за перила, чтобы не упасть. Шар трескается, и из него выливается незнакомый мне голос:
— Ученица Дерр, пройдите в административный корпус. Вас ожидает ректор Мосс.
Ссарх, а этому-то что от меня надо?!
Я — воплощение ярости. И когда несусь по коридорам, и когда пересекаю внутренний, еще запорошенный лёгким снежком двор, но особенно — когда вижу, что Руввана вновь за моей спиной.
Влетаю в кабинет ректора Мосса, мстительно хлопнув дверью прямо перед носом зарвавшегося дракона. Ректор подскакивает и устремляет на меня негодующий взгляд.
— Простите, — каюсь я, безуспешно пытаясь добавить в голос хоть каплю раскаяния, — вы хотели меня видеть?
— Хотел, — ректор откидывается на спинку кресла — совсем как чёртов император вчера — и устремляет на меня тяжёлый взгляд, — Шиэрра Дерр, почему я получаю уведомление из императорского дворца о том, что за вами теперь должны присматривать драконы?
— Потому что я заключила с императором сделку, — не вижу смысла утаивать правду, — и, полагаю, драконы должны следить за тем, чтобы я выполнила её условия.
— Вы заключили с императором сделку, — повторяет ректор, — вы, студентка Академии, которая находится под моим руководством, заключили сделку с императором Ардонии, и теперь моя Академия превращается… во что, Шиэрра Дерр?
— Во что же, Шиэрр Мосс?
— В филиал императорского дворца. И это неприемлемо. Академия всегда была в стороне от политических дрязг, войн и всего того, что не касалось непосредственно образования. Мы всегда придерживались нейтралитета. И я не могу позволить, чтобы какая-то выскочка, не подумав, вдруг донесла сюда отголоски императорских приказов, допуская и укрепляя его власть на территории Академии.
— Что вы хотите сказать?
— Что как только ваши дела с Его Величеством будут решены, вы покинете Академию.
На миг у меня перехватывает дыхание, в глазах темнеет. Я стою — ректор даже не предложил мне сесть, — поэтому, чтобы не упасть, я вынуждена ухватиться за спинку стула для посетителей.
— Вы шутите? — выдыхаю я. — Вы выгоняете меня из Академии, потому что у меня договор с императором?
— Нет, Шиэрра Дерр. Я выгоняю вас из Академии, потому что вы притащили сюда политику. Знаете, сколько лет я потратил на то, чтобы Академия стала такой, какой вы её видите сейчас? Шестьдесят два года, Шиэрра Дерр. Шестьдесят два года я выдворял отсюда бесталанных детей аристократов, попавших сюда по протекции своих родителей. Шестьдесят два года я унимал конфликты, возникшие между семьями противоборствующих сторон. Шестьдесят два года я разжимал пальцы императорского кулака, которыми тот сжимал наш купол. Один за другим, шаг за шагом, я делал всё, чтобы Академия стала местом учёбы и только. И вчера, всего одним поступком вы вернули нас на десятки лет назад.
Делаю глубокий вдох, затем выдох. Просто немыслимо. Это просто немыслимо. И жутко несправедливо.
— Вы не можете этого сделать, — я качаю головой, — нельзя исключать студента из Академии потому, что у него какие-то дела с императором.
— Не волнуйтесь на этот счёт, Шиэрра Дерр. Я найду способ исключить вас в рамках текущего устава. Можете быть свободны.
Ректор теряет ко мне интерес. Понимая, что воздействовать на него я не смогу при всём желании, я разворачиваюсь и с очень прямой спиной покидаю кабинет. В голове крутится, что это как будто конец. Через неделю я должна предстать на приёме при дворе и показать поливайки, которые у меня даже не готовы. Сразу после приёма, независимо от его исхода, ректор выкинет меня из Академии. Славной, доброй, открывающей любые двери Академии, которая успела стать для меня домом. И мне не останется ничего иного, кроме как вернуться к Дерр Мариадне. Дерр Мариадне, которая знает, что я обманула её ради докрокка.
Кажется, я на самом дне.
71
— Ну и натворила ты делов, щеночек.
За дверью кабинета ректора меня уже поджидает Саррон.
— Только тебя мне не хватало, — устало вздыхаю я, — дай мне хоть продохнуть.
— Что, — сочуственно говорит рыжий, — тяжёлый день?
Невесело хмыкаю:
— Не то слово. Мы ещё успеваем позавтракать?
— Да, у нас есть десять минут до начала занятий.
— И что, во время занятий мы разойдёмся, а после них вы снова будете дышать мне в спину?
— О нет, — рыжий смеётся, — чтобы мы дышали тебе в спину, ты должна быть выше, гораздо выше. А так… — он бросает на меня оценивающий взгляд, — ты будешь ощущать наше дыхание разве что на своей макушке. Правда, всё время. К примеру, я пойду с тобой на все твои занятия.
— Зачем? — я даже останавливаюсь от неожиданности.
— Приказ из дворца.
— А как же твои собственные занятия?
— Я пропущу пару дней максимум: мы с Терром и Ваем будем меняться. Сегодня на занятиях с тобой сижу я, завтра Вай, послезавтра Терр — и так далее.
Просто. Нет. Слов.
— Ладно… Пойдём уже в кафе, со вчерашнего дня во рту маковой росинки не было…
Однако позавтракать мне так и не удаётся. Не успеваю я появиться в кафетерии, как меня моментально перехватывает Диара и сажает в самый дальний столик, подальше от остальных:
— Это правда? — восклицает она возбуждённо, даже забыв покраснеть при виде Саррона. — Ты целовалась с Шиэрром Руввана?
— Откуда ты знаешь? — хмурюсь я.
— Вас записали на памятный шар!
— Что?
Вместо ответа Диара открывает свою ученическую панель, роется в ней, затем выуживает из сети шар, увеличивает его — и в следующее мгновение я, оцепенев, уже со стороны наблюдаю, как страстно Руввана меня целует. Единственное, изображение обрывается до того, как я успеваю врезать дракону по его наглой морде.
— Это гуляет по всей Академии! — тонко говорит Диара. Её глаза блестят. — Все в
