со слугами уходят через проём в смежный зал с противоположной стороны от толпы. Гвардейцы тоже покидают помещение, в котором остаётся Белка, Гойник, гонец и моя Гайка.
— Говори, — требую, затаив дыхание и сверля Белку взглядом.
Вместо ответа она протягивает мне медную монету, на вид совершенно обычную. Принимая её, замечаю, как колбасит парня, но пока не могу понять почему он так реагирует.
— Посмотри внимательно, — комментирует Зорина.
Вроде обычная монета, ничем не фонит. Повертев, обращаю внимание на ребро, пальцем на ощупь оно шершавое. Так, стоп! На нём какая — то микроскопическая гравировка! Видимо, убедившись, что я на верном пути, Белка продолжает:
— Прокатай с чернилами по бумаге.
Без лишних вопросов сметаю с угла стола все блюда, кладу лист, на котором записывались пожелания по празднованию бала. Ребро медяка чиркаю по созданному мной же угольку и прокатываю по чистой области, места как раз хватает. Белка деловито подаёт лупу на ручке, только тогда удаётся рассмотреть слова:
«Подкупить караул третьей смены на Малом кургане. М.»
Малый курган? Так называют пригорок у пруда, где у меня сборочный цех!
— Вот же сука, — отшатнулся я. — Это послание от Могуты?
— Да, — ответила Белка уверенно.
— Есть ещё его послания? — Спрашиваю, чувствуя, как стремительно набирает обороты сердце.
— Да, много. Но это самое наглядное, — хмыкнула воровка. — Да, Демид?
— Пощадите, — прохрипел королевский посыльный, падая на пол, ибо ноги его перестали держать.
— А ну стой, гадёныш, — прошипел Гойник, вздёргивая обратно, как безвольную куклу, которая тут же клонится назад. Гайка встала с другой стороны и помогла поднять.
Белка высыпала мне в ладонь целую горсть похожих монет. И чтоб не утруждался, показала свой лист, где их уже прокатала. Ещё десять посланий, в которых Могута просит выведать всё о моих изобретениях. А ещё подкупить тех или иных. Ну тварь.
Смотрю на Демида, едва сдерживая порывы разорвать. Парень уже обмочил штаны, его колбасит не на шутку. Наверное, до эпилептического припадка недолго. Это мой демонический взгляд на него так подействовал.
Получается наш доверенный гонец передавал послания упыря, которые тот гравирует на самых ходовых и неприметных монетах.
— Кто ещё замешан? — Задаю вполне закономерный вопрос.
— Мы тайно начали проверять медные монеты по лавкам и тавернам, — заговорил Гойник, переглядываясь с Белкой.
— Проверяем, но я считаю это бестолковым делом, — хмыкнула Зорина. — Такие монеты не будут в обиходе, Демид нам уже подсказал, где искать.
— И где? — Пытаю дальше.
— Я пока не уверена, — замялась Белка и посмотрела в сторону проёма. За которым как раз пошла новая волна суеты.
— Вызывали, ваше величество? — Показался Илларион, разодетый ныне в тёмно — серебристый барский кафтан.
Засунулся деловито, его и затолкали грубо.
Млять, неужели и он замешан⁈ Белка церемониться не стала, подошла и ловко сдёрнула его кошель.
— Ты что себе позволяешь⁈ — Возмутился главный хозяйственник сразу. — Ваше величество⁈
Не обращая на него внимания, Зорина высыпала монеты в ладонь. Серебро и золото со звоном посыпалось на пол, но нужные ей медяки остались в руке. Долго не возилась, протянула монету мне. В этот самый момент Илларион притих.
Прочертив ребро углём, прокатал её по бумаге и через лупу распознал фразу:
«Двадцать второго за час до полуночи. М».
— И что же вы собрались делать двадцать второго за час до полуночи? — Спросил я, пожирая Иллариона взглядом.
У деда глазки забегали, вся видимая уверенность в непогрешимости схлынула.
— У меня не было выбора, — пробурчал предатель и захныкал, опускаясь на колени. — Пощади, Ярослав…
— Что! Вы с Могутой! Собрались! Делать! Двадцать второго! За час! До полуночи! — Прокричал я, что задрожали стены.
— Я не могу, не могу… — заколбасило и деда.
— Ну сука! Пригрел змеюку! — Замахнулся на него, но увидев, что тот совсем плох, отошёл и отвернулся.
Смятение в душе. Я ведь ему доверял с самого начала. Он казался мне таким надёжным, таким благодарным. Я спас его от сотника Ижеслава, простил долги, подарил хороший дом, дал должность, титул, земли…
— Полагаю, они хотят тебя убить, — раздалось от Гайки. — Нужно выбить всё из этих предателей.
— Ярослав! — Слышу из проёма уже голос спешащей сюда Дарьи. — Да отвалите вы!
Потолкавшись немного с гвардией, Василискина прорвалась. Как всегда в своём походном наряде, в котором любит щеголять по городу. Правда теперь он у неё из высококачественной кожи блестит, как только что с фабрики, такой свеженький и чистенький. Две лоснящиеся медные косы по обе стороны ворота так гармонично по нему ложатся.
— Что случилось⁈ Илларион⁈ — Забеспокоилась магичка. — Вы посылали за мной, ваше величество? Что стряслось?
— Беда, сестрица, — протянула Белка с нотками цинизма, подступаясь к ней и ловко вырвала кошель с ремня.
Нет, чёрт побери, нет! Только не она…
Но Зорина не стала мешкать. Высыпала монеты из расписного мешочка, Дарья дёрнулась к ней, но была жёстко схвачена Гайкой за локоть. Следом уже и гвардейцы зашли без команды, зажимая всех троих.
Два медяка мне подала Белка.
— Не слушай её, эта полячка запудрила тебе мозги! — Воскликнула Дарья, явно забеспокоившись.
Мне очень хотелось верить, что эти монеты попали к ней случай, что это подстава…
— «Я буду ждать тебя сегодня вечером. М», — озвучила проявившуюся под лупой фразу уже Белка и дальше ехидно: — А ты, голубушка, довольно часто теперь ездишь в Звягинки, почти каждый день тебя видят заходящей к Тимофею Ивановичу. Разве ты не знаешь, кто он?
— Знаю, — прошипела магичка, нахмурившись. — Я просто… обмениваюсь с ним товарами. Спросите у Еси.
— Уже спросили, — парировала воровка ехидно. — Ты интересовалась субстанциями призраков, которые ему давал Ярослав.
Взглянув в зелёные глаза, я больше не сомневался. Дарья врёт. Прокатав второй медяк, я отшатнулся.
«Только тебе он позволит себя убить. Двадцать второго. М.»
— Интересно, почему ты не избавилась от этих монет сразу, — поинтересовался я, снова поворачиваясь к Дарье.
— Не успела, — выдохнула магичка, опуская свою каштановую голову.
И в груди моей похолодело. Вот и всё.
Подошёл к ней ближе. Народ весь затаился вокруг. Хочу сказать, но ком задавил у горла. Мы ведь столько вместе прошли. Я же спас тебя, сука ты такая.
— Как ты могла, — это всё, что я смог выдавить.
— Мне пришлось, — пробурчала тихо. — Прости.
— Ты нарушил баланс, — усмехнулась Белка, вертя ещё одним медяком. — Так здесь написано.
Через мгновение чуйка Кумихо врезалась иглой мне прямо в сердце. Отшатнувшись, я выбросил руку уже в ускорении, чтобы защититься от стремительно несущегося на меня кинжала Дарьи. Она оказалась такой быстрой, я никак не ожидал этого от неё! Красное лезвие засияло, стремительно унося весь резерв на
