Сто баллов удачи 2 - Александр Го

— Я, может, лезу не в своё дело… но Доу в последнее время стал часто ходить за пределы поселения. Люди всякое говорят. Не то чтобы за ним прям пристально смотрят, но и не слепые же.

Я нахмурился.

— А что конкретно люди видели? Куда он ходит?

— Вот именно что непонятно. — Гриф пожал плечами. — Уходит один, туда, куда никто из нас далеко не заходит. Ну, за границы Нагорья, в леса. Возвращается через несколько часов. Часто ближе к вечеру.

Я медленно провёл пальцами по металлической ладони.

— И давно заметили?

— Пару дней. Может, больше.

В кузнице на секунды повисла тишина. Гриф смотрел на меня, будто ожидая сиюминутного вывода или какого-то решения.

— Надо будет поговорить с ним, — наконец сказал я. — Но для начала понаблюдать.

— Пожалуй, разумно, — согласился Гриф.

Задерживать Грифа надолго в кузне я не хотел, потому решил перейти к последнему, хотя, скорее всего, и не самому важному. Я полез в карман и достал кольцо Ранкова. Металл тихо звякнул, коснувшись наковальни.

— Мне интересно, — сказал я, — с этим можно что-нибудь сделать?

Гриф недолго думая взял кольцо, повертел его между пальцами, внимательно разглядывая гравировку. Он сразу же понял, что у него в руках.

— Хм… Насколько я знаю, ничего ты с ним не сделаешь.

— Совсем?

— Хозяин кольца ведь не ты, — сказал Гриф. — Твоё, как мы знаем, стащили вместе с рукой рогатые уродцы. Такие артефакты, можно сказать, именные просто так не переделаешь под нового владельца. Ты ведь про это хотел узнать?

Гриф пожал плечами и вернул артефакт на наковальню. Я вздохнул и убрал бесполезный трофей обратно в карман.

— Что вот прям совсем никак?

Гриф развёл руками.

— Если и можно его как-то перенастроить, то это точно не в силах кузнеца. Да тут даже мастер Алькубере вряд ли бы справился. Артефакт родился при дворе нашего короля, будь он проклят. Только Мантикор и его магические лизоблюды знают, чего там напихано. Я же тебе давно ещё сказал, что хоть и имею отношение к созданию этих колец, то весьма посредственное. А если хочешь подкопать в эту сторону, пожалуй, надо у Доу спрашивать.

— Почему? Думаешь?

Гриф фыркнул.

— Так он же вроде рассказывал, какой он знаток в теме колец. Да чего там. Он всем тут это уже растрепал. Всё Нагорье знает.

— Точно, я совсем забыл. Но не особо-то и хочется. С другой стороны… Мне с ним ещё всё равно предстоит долгая дорога.

* * *

Пару дней я жил у старосты Милла, и жизнь на это время приобрела удивительно спокойный характер. Милл разместил меня в уже знакомой комнате, а я старался особо не мешаться в их семейном быту и те недолгие свободные часы просто лежал на кровати, то проваливаясь в дрёму, то погружаясь в мрачные мысли.

В доме Милла теперь всегда пахло чем-то вкусным, потому что на кухне хлопотали вдвоём его жена и сестра, а эпоха общих походов в длинный дом на обед, кажется, прошла. Теперь нагорцы предпочитали готовить каждый сам для себя и своей семьи, больше времени тратить на свой дом. Наше поселение окрепло.

Я вдруг осознал, что если в самом начале там во дворце короля мне было порой приятно бездельничать и валяться на роскошной кровати, то теперь безделье становилось невыносимым. Стоило только хорошенько отдохнуть и собраться с мыслями. Дело было даже не в нависшей над всеми нами угрозе и чувстве некоторой ответственности перед нагорцами, да тем же Миллом или Грифом, без которых я вряд ли бы стал тем, кем я стал, и пускай в корне всего моя удача. Просто я внутренне не мог быть спокойным, понимая, какая сила в моих руках и как много ещё можно свершить.

На следующий же день я занялся делом. На рассвете вышел из дома Милла и направился к своему, чтобы проследить за Доу, может быть разглядеть что-то издали. Мне было интересно, во сколько он просыпается, что делает в начале дня, что в середине. Куда он уходит и зачем?

Был и другой соблазн. Подождать, пока он уйдёт, но не следовать за ним, а зайти внутрь. Дожили, конечно. Теперь в собственный дом по праву мне придётся закрадываться словно воришке.

Я нашёл место за валуном, можно сказать, на отшибе поселения. Отсюда хорошо просматривалась как сама окраина Нагорья, так и мой домик. Судя по дыму из трубы, Доу уже проснулся.

Воздух сегодня был тёплым, но сухим, земля сырой и ещё отдающей холодом. Меня это особо не волновало, при желании я мог бы сидеть здесь все сутки.

Ждать пришлось не так уж долго.

Ближе к полудню дверь дома открылась, и Доу вышел наружу. На нём вновь была эта уродливая тканевая маска. Чёрт разберёт, что там с его телом происходит, но судя по движению головы Доу сначала огляделся по сторонам, после чего поправил плащ и быстрым шагом направился в сторону тропы, ведущей из поселения. Я немного переживал насчёт своего укрытия, потому что от такого человека можно ожидать чего угодно. Может, у него там вместо глаз уже стоят какие-то самодельные артефакты, просвечивающие сквозь стены?

Я подождал ещё несколько минут, решив всё же отпустить его, куда бы он там ни ходил. А потом тихо поднялся и пошёл к своему дому. Дверь была не закрыта, но у порога я заметил белую линию из тонко насыпанной…

Я присел и подцепил пальцами маленькую щепотку.

— Мука? Какого чёрта?

Долго раздумывать не стал. Наверняка какая-то мудрёная уловка, но даже если он поймёт на расстоянии, что в доме кто-то есть, то я ему напомню о том, чей это дом.

Перешагнул белую линию и прошёл внутрь. Здесь мало что изменилось с последнего моего посещения. Разве что книг на столе стало больше. Две крупные стопки. Мне тут же вспомнились мои первые дни во дворце короля, когда я просил что-нибудь почитать, а мне приносили какие-то странные сказки и старые учётные книги.

Кровать была смята, а подушка сбита в несуразный треугольник, такое я уже видел, была похожая мода в деревнях, а вот мой дед сам деревенский терпеть эти треуголки не мог. Я заглянул под подушку, но ничего не нашёл. Затем перерыл всю кровать, заглянул под неё, а после и под коврик подле.

— О!

На полу, прикрытый ковриком, лежал немного смятый лист бумаги. Письмо.

Аккуратный почерк с частым повторением имени «Кайр». Трудно было понять бо́льшую часть, но в середине было