А остальные - совершенно новые приобретения от Агентства Рамиреса...
- Я ищу что-нибудь человеческое, - перебила его Изабель.
- В наши дни это модно! - воскликнула менеджер, сверкая хрустально-красными глазами размером с бильярдные шары. Она наклонилась к ней и прошептала, хотя в салоне не было других посетителей. - Так уж случилось, что вчера мы подписали контракт на двух совершенно потрясающих человеческих женщин, которых мы специально зарезервировали для наших любимых покупателей, таких как вы.
- Покажи, - сказала Изабель, потягивая вино. - Только люди. Я откажусь от суккубов и полукровок.
- Ну конечно!
Менеджер щелкнула пальцами, и мгновение спустя на подиум вышли две довольно упитанные человеческие женщины. Обе были обнажены и хорошо сложены, одна - рыжеватая блондинка, другая - брюнетка с потрясающими глазами цвета морской волны.
- Чудесно, - прошептала себе под нос Изабель. Девятифутовый Голем, сделанный из грязной речной глины, принес пару моделей. Он стоял позади них с мертвым лицом, скрестив руки. "Герцогу они понравятся!" - Радостно подумала Изабель. Это ликование, конечно, она не могла выразить вслух, потому что это было бы неприлично. По правде говоря, Изабель отчаянно старалась отвлечь внимание ее мужчины от других наложниц. Если я ему надоем, это конец. У Великого Князя не бывает бывших наложниц; когда одна из них ему надоедает, он приказывает своему повару приготовить ее в виде маринованного сате, чтобы подать на следующую оргию.
- Да, чудесно, - повторила Изабель.
- Блондинка? - спросила менеджер.
- Нет, нет. Брюнетка.
- Очень хорошо! - Затем Тролль коротко кивнула Голему, и тот тоже кивнул. Одна рука в мгновение ока обхватила шею брюнетки, подняв ее, брыкающуюся и кричащую, с подиума. Длинным изогнутым ножом в свободной руке он аккуратно отрезал обе груди женщины. Ее крики больше походили на какую-то высокооборотную машину с плохими подшипниками.
"Я буду выглядеть восхитительно с ее грудью!" - Подумала Изабель.
- О, и глаза тоже, - поспешила она. - Я просто обожаю глаза цвета морской волны.
Менеджер снова кивнула, и в следующий момент Голем мастерски извлек глазные яблоки брюнетки из глазниц с помощью специально изготовленного ретрактора. Затем глазные яблоки и отрезанные груди были переданы ожидавшему хирургу, одетому в черную мантию с капюшоном.
- И не волнуйтесь, - продолжал болтать легкомысленный Тролль, - все наши трансфигуристы имеют лицензию. Они лучшие в округе. - Она положила свою изящную когтистую руку на поясницу Изабель и мягко подтолкнула ее к хирургическим кабинетам сзади. - Процедура абсолютно безболезненна. Вы покинете это место в мгновение ока! С совершенно новыми человеческими грудями и радужками!
- Я действительно не могу достаточно хорошо отблагодарить вас, - ответила Изобель. - И я обязательно расскажу всем своим друзьям о вашем сказочном салоне.
Изабель отвели в заднюю комнату, где должно было состояться преображение. Женщина-тролль вернулась в демонстрационный зал. Брюнетка, безглазая, безгрудая и теперь слишком потрясенная, чтобы кричать, дрожала на подиуме.
Тролль сурово проинструктировала Голема:
- Теперь вырежь кишки этой суке и позови прорицателей. Потом продай то, что осталось, на мясокомбинат дальше по улице. - Она дважды резко хлопнула в ладоши. - И побыстрее!
Голем кивнул.
Ад - это город.
Он тянется буквально без конца - лабиринт дыма и кошмара наяву. Так же бесконечно канализационные решетки изрыгают пламя от серных пожаров, которые бушуют под улицами в течение тысячелетий. Часовые башни возвышаются во всех округах, но на их циферблатах нет стрелок; время здесь измеряется не секундами или часами, а жестокостью и отчаянием. В центре этого болота из камня, дыма, бойни и ужаса стоит 666-этажное здание Мефисто, где горгульи рыщут по продуваемым ветром карнизам и с самых высоких чердаков которого невинных вешают на виселицах и оставляют гнить для зэков. Одинокий обитатель самого верхнего этажа смотрит вниз на свои владения, и его лицо озаряется улыбкой, которая ярче тысячи солнц. Да, здесь все мертвы, но все живут вечно.
Добро пожаловать в Мефистополис.
Добро пожаловать в город Ада.
Добро пожаловать.
Часть I
Эфирисса
ГЛАВА 1
- Ты сделаешь это? Для меня?
Голос, произнесший эти слова, был едва уловим. Слова - как свет, голос - как ласка.
Ответ на эти слова был почти таким же ярким. Простое, решительное "да".
В каком-то смысле они были просто двумя мужчинами в комнате.
- Истина и расплата, - сказал первый. Лица его не было видно. Может быть, он был слишком красив, чтобы показывать свое лицо? - И это все, что мы собой представляем? Двое мужчин в комнате?
- Гораздо больше, чем просто люди, - сказал второй. - Я докажу тебе это.
- Ты умрешь, друг мой.
- Я с радостью умру ради твоей славы.
Первый мужчина открыл дверь, усыпанную яшмовыми камнями, и за ней открылся зал ужасов.
- Она напоминает мне Марию, - прошептал он.
Второй мужчина заглянул внутрь, где хрипела прелестная демонесса, пряди длинных волос, с которых капала вода, свисали ей на лицо. Со скованными руками за спиной, с кляпом во рту, она стояла на коленях перед ванной с водой. Закутанный в плащ колдун опустился на колени прямо за ней и внезапно сунул ее голову в ванну, удерживая ее. Она содрогнулась. Пузырьки воздуха взрывались в воде, а колдун продолжал удерживать ее. В конце концов, она обмякла и умерла.
- Смотри, - сказал первый.
Колдун вытащил ее и позволил рухнуть на покрытый алым ковром пол. Глухие слова слетали с его губ, заклинание из самого сокровенного из словарей. Осколки темного света, казалось, порхали вокруг, как бабочки, а затем внезапно демонесса вздрогнула, исторгая капли воды из своих губ, и ее сердце, которое остановилось всего несколько мгновений назад, снова начало биться.
- Это заклинание реанимации, - довольно гордо сказал первый. - Эта мысль меня возбуждает. Они убивают ее, потом возвращают к жизни, убивают, потом снова и снова. Я не могу устоять перед этим символом. Это так... восторженно.
Второй мужчина наблюдал, как пораженная женщина-демон полностью пришла в себя. Она коротко вскрикнула, и ее голова снова погрузилась в воду.
- Убей ее, потом верни к жизни, убей, потом верни к жизни.
- И да, - заметил второй мужчина. - Она очень похожа на Марию.
Они вернулись в главный зал, их шаги были бесшумны, как смерть на плитах из аметиста и агата. Первый мужчина подошел и открыл витражное окно в железной раме. Мозаика
