очнулась. Она не осознавала, как ей тогда повезло, что она решила пойти налево, а не направо. Левая дорога привела её к Лане Дао и её волшебному камню. Правая же привела бы её прямо в объятия племени Денизавров.
Она выключила телефон и сунула его в карман. Она не знала, как далеко впереди находилась пещера с костром, но не хотела рисковать, выдавая своё присутствие.
Пробираясь вперёд в теперь уже полной темноте, она не обращала внимания на скованность в коленях и спине, а также на голос в голове, призывавший её повернуть назад. Она не была уверена, как далеко она прошла — оценить расстояние было сложно, когда ничего не видно, — но в конце концов услышала хриплый, но пронзительный вопль. Она замерла, во рту у неё пересохло.
Через несколько мгновений она услышала ещё один вопль, хотя он был более глубоким, скорее похожим на лай. Она заставила себя двигаться дальше.
Источник света, которого она ещё не могла разглядеть, освещал тьму впереди. Чёрный цвет сменялся серым, а серый — коричневым. Она снова смогла различить очертания прохода, который, к её облегчению, расширился настолько, что она могла идти, выпрямившись.
Пол круто уходил вниз, и она стала делать более короткие шаги, проводя рукой по глиняной стене. Каждые несколько футов она останавливалась, чтобы прислушаться. Звуков, похожих на те, что слышны в зоопарке, больше не было, но она знала, что существа находятся рядом. Вскоре она почувствовала запах дыма и услышала треск и пощелкивание, напоминавшие очень большой костёр.
Туннель закончился, и Ника вышла на высокий уступ, где воздух был теплее, чем несколько мгновений назад.
Она опустилась на четвереньки, вытянув шею, чтобы взглянуть вверх на скалистый купол огромной пещеры. Сталактиты торчали, словно клыки, из арочного потолка, а их влажные поверхности отражали слабое сияние костра, которого она пока не могла разглядеть. В центре перевернутой чаши обрушился пол джунглей. Дождь лил сквозь изрезанное отверстие, а растительность, переросшая скалистый край, свисала, словно щупальца, ищущие пищу.
Когда Ника в последний раз смотрела на телефон, было чуть больше восьми утра. Сейчас было не намного позже, но из-за грозы утреннее небо оставалось лишенным солнечного света.
Внезапно раздался резкий крик. В ответ раздалось несколько лаев. Ника прижалась к груди. Она не могла пошевелиться. Она не хотела шевелиться. Твердая земля, давившая на её грудную клетку, успокаивала её. Если она останется на месте, существа не смогут её увидеть. Она ещё могла развернуться и ползти обратно в свою камеру, как хорошая маленькая заключённая. Она ещё могла найти камень, чтобы держать Джорджа на расстоянии. Жить в темноте, спать на земле, есть лягушек и ящериц и справлять нужду в отвратительном месте, по сравнению с которым общественный туалет показался бы дворцом, — это было бы адом. Но она осталась бы жива.
С другой стороны, если она заглянет за выступ и они её увидят…
Ника представила себе Лану Дао, раскачивающуюся взад-вперёд, чтобы сдержать своё безумие, её маниакальную энергию, отражающуюся в безумной ухмылке, её некогда здравомыслящий разум, сломленный и непоправимо разрушенный, её дух, разбитый вдребезги.
И тогда лицо Ланы Дао превратилось в её собственное.
Я не вернусь, — подумала она, и эта решимость наполнила её облегчением, но и невыносимым ужасом.
Не сейчас, не никогда. Я не могу. Я должна найти способ выбраться отсюда.
Ника поползла вперёд, пока не смогла разглядеть пол пещеры — и то, что она увидела, лишило её дыхания.
Прямо под световым люком в потолке, лежа на большом холме из земли и перевёрнутых камней, находился тот самый армейский танк, о котором упоминала Лана Дао. Она была права: он действительно провалился сквозь потолок!
Его гусеницы были подняты вверх по обломкам, словно он вот-вот взойдет на вершину, а пушка, установленная на башне, была направлена в небо. Небольшое озеро окружало его обрушенный постамент, и его поверхность рябила от неумолимого давления дождя.
Другие, более мелкие лужицы распределялись по неровной земле, спокойные и мерцающие в свете огромного костра, который пылал в углу.
Окруженное валунами, его желто-оранжевое пламя взмывало на пятнадцать футов ввысь. Облака серого дыма поднимались на теплых воздушных потоках, рассеиваясь через световой люк в бурное утро.
Ника сразу же охватила взглядом всё это, но её внимание было приковано к дюжине черноволосых Денизавров, занимавшихся своими повседневными делами. Один из них коптил куски мяса над небольшим костром, отдельно стоящим от главного, а другой выстилал яму чем-то, что, возможно, были раскаленные камни. Еще один соскабливал мясо, жир и шерсть с шкуры. Остальные сидели на корточках вокруг кучи камней, изготавливая либо оружие, либо орудия труда. Несколько человек все еще спали. Единственный малыш в огороженном переплетенными ветвями месте стучал костью по земле.
Единственная женщина, которую заметила Ника, была одета в юбку, сшитую из полосок меха. Она сидела в одиночестве и разрывала зубами выделанную шкуру, вероятно, чтобы сшить мех для воды, подобный тем, что были сложены рядом с ней.
Ритмичное стучание камня о камень и потрескивание костра, наполнявшее воздух едким запахом древесного дыма, вместе придавали этой первобытной сцене таинственно возвышенный характер, напоминающий музейную галерею, изображающую зарождение истории человечества. Однако, хотя палеонтологи часто изображают наших предков как благородных дикарей, в случае с этим племенем денизавров дело обстояло иначе. Возможно, они были организованы, возможно, освоили использование примитивных технологий, и, возможно, у них существовало разделение труда, но они были гораздо более дикими, чем благородными. Об этом свидетельствовали бесчисленные черепа, украшавшие корпус армейского танка. Некоторые принадлежали крупным животным, некоторые — мелким, а некоторые были несомненно человеческими. Самым ужасающим было совсем недавнее пополнение: отрубленная голова поддельного рейнджера, черты лица которого застыли в выражении ужаса.
Эмоции Ники колебались между трепетом, отвращением и отчаянием — но в основном это было отчаяние. Лана Дао оказалась права. Отсюда не было выхода. Она видела только один другой туннель на дальнем конце пещеры, примерно в десяти футах от пола, к которому вел земляной спуск. Добраться до него с того места, где она находилась, не будучи замеченной, было невозможно.
Помедленнее, успокойся, — сказала она себе. Сейчас ты не сможешь до него добраться, нет. Но вспомни, что сказала Лана. Некоторые — нет, большинство — денизавры скоро уйдут на охоту и за провизией. Дождь их наверняка не остановит. И если только двое из них останутся здесь, даже трое, у тебя может появиться шанс…
Как раз в этот момент денизавр, одетый не так, как остальные, появился откуда-то прямо под уступом, на
