не брошу. Я проберусь туда, буду драться и умру, если понадобится, но я сделаю все, чтобы быть рядом с ним.
– Твои шансы повысит внешняя поддержка, – сказал Нико.
– Вот спасибо за совет, – буркнула я, уткнувшись лицом в колени. – Надо будет взять с собой комм – звякну оттуда Ди, чтобы приходил и забирал меня. Как я, по-твоему, должна попросить этой поддержки?
– Когда ты подключишь меня к внутренней сети военной базы, с большой долей вероятности я смогу установить связь со своим коммом.
– Что?! – Я вскинула голову.
– Когда ты подключишь меня к внутренней сети военной базы, с большой долей вероятности я смогу установить связь со своим коммом, – повторил он.
– Нет, это я слышала. Как это возможно?
– Ты нашла мой комм в Вессеме. Когда-то я довольно сильно поработал с его содержимым. Если он все еще работает – есть вероятность, что его можно использовать для установления канала связи. Канал будет не очень надежный, но другого в условиях ограниченного времени я предложить не могу.
Я потерла глаза:
– Почему ты не гово… Ах да. Я не спрашивала. Что для этого нужно?
– Просто включи его. Пароль – девять, пять, пять, семь.
– Это твой пароль на комм? – поразилась я. – Не отпечаток пальца, даже не лицо – просто цифры?
– Это довольно удачный расклад, верно?
– Да уж. – Я покачала головой. – Нико, мне надо возвращаться. Ди сказал, я должна попробовать подключить чип к компу, а потом уже сразу вшивать его в руку. Так что… вообще-то… это наш последний разговор. Может быть, вообще последний, в жизни. Понимаешь? Ты мне… ничего сказать не хочешь?
Не отрываясь я смотрела на лицо Нико на своем экране. Светлые отросшие волосы, очки, легкая улыбка. Таким я его помню. Таким я хочу его помнить – без «паутинок» на шее и руках, без широких зрачков, без кривой ухмылки и суетливых, дерганых движений.
– Удачи, Рета, – ответил с экрана Нико.
Удачи. Не совсем то, на что я надеялась. Но удача мне понадобится.
* * *
Эме старательно изобразила на моей руке полосы, ломаные линии, точки и прямоугольники, и, когда она закончила, я с удивлением увидела, что мое плечо превратилось в микросхему. Линии уходили назад, на спину, и заканчивались прямо на том месте, откуда мне когда-то – в прошлой жизни, не иначе – вырезали полицейский трекер.
– Красиво, – оценил Ди, когда я зашла к нему вечером, перед тем как Борген Кару должен был забрать меня и передать военным. – Эме талантливая.
– Ворон предложил ей работать у него, – сказала я. – Не в операционной, конечно. А в тату-салоне.
– Она согласилась?
– Не знаю. Если они расстанутся, ситуация будет – хуже некуда. С другой стороны – сколько можно у Георге пиво наливать.
Вообще-то Эме была у Георге прямо сейчас. Мы попрощались пару часов назад, когда она уходила на смену. Обнялись и молча стояли в комнате.
– Жду тебя обратно вместе с Коди, плесень, – сказала она наконец. – Хотя втроем тут будет капец как тесно, конечно.
Мы обе понимали, что, если все получится, мы с Коди едва ли будем жить у нее – скорее всего, нам придется уехать подальше, и я уже спрашивала Ди, где можно быстро достать фальшивые документы. Но мне нравилось делать вид, что самая большая проблема, которая нас ждет, – где положить еще один матрас.
А сейчас мне нравилось обсуждать с Ди ее работу, как будто ничего страшного не происходит. Сидеть рядом с ним на полу, потому что кровать завалена непонятно чем, показывать татуировку, болтать как приятели.
Я вздохнула. Я здесь не просто так.
– У меня не очень много времени, Кару уже едет за мной. Я хотела отдать тебе кое-что, – сказала я ему. – Вот.
– Это тот комм, что мы нашли в тоннеле? – нахмурился Ди. – Зачем?
– Пароль – девять, пять, пять, семь. Просто держи его включенным, ладно?
За неделю я успела бы изучить комм Нико вдоль и поперек – но делать этого не стала. Не смогла переступить через себя и прочитать его сообщения, письма, посмотреть его фото, послушать его музыку. Это была его жизнь, и если он не хотел пускать меня в нее – значит, так тому и быть. И теперь надо было отдать его комм Ди.
– Я не очень понимаю…
– Может быть, я смогу установить связь… Вряд ли, конечно. Не важно. В общем, не выключай, и все.
– Не выключу, – улыбнулся Ди.
– Может, я попрошу помощи. Или попрощаюсь. Или вообще ничего. Это просто на всякий случай, – уточнила я. – Просто, знаешь, вдруг сложится.
– Конечно. – Он снова улыбнулся.
– Мне уже надо идти. – Я поднялась, посмотрев на часы. – Кару меня ждет.
Ди тоже встал, и мы замерли посреди комнаты, глядя друг на друга. Он все еще улыбался, но за улыбкой была тревога.
– Может быть, у меня не получится, – прошептала я, глядя ему в глаза.
– Получится, – сказал он тихо. – Ты сможешь. Я в тебя верю.
– Я просто хотела, – сказала я, – знаешь… На случай, если я не вернусь…
Он вопросительно поднял одну бровь, но сказать ничего не успел. Я шагнула вперед и поцеловала его.
На секунду Ди замер, когда мои руки легли ему на плечи, и я испугалась – вдруг сейчас он оттолкнет меня? Но в следующий момент он притянул меня к себе, и мне показалось, что через мое тело прошел электрический разряд. Я прижалась к нему, вцепилась в его футболку, и там, где его руки касались моего тела – спины, плеч, шеи, затылка, – словно пробегали искры. Я ничего не слышала, кроме стука моего сердца, отдававшегося в ушах. Время перестало иметь значение, оно вообще остановилось, пока мы не оторвались друг от друга, тяжело дыша, будто только что оба пробежали стометровку. Наши губы разделяло несколько миллиметров, и мне казалось – если сейчас мы снова коснемся друг друга, мир вокруг вспыхнет и взорвется сверхновой.
Мы молчали – слов, которые стоило бы сейчас сказать друг другу, не существовало ни в одном языке. Мы и так оба знали, что прощаемся.
Глава 3
КОРИДОР, ПО КОТОРОМУ Я ШЛА, был полностью серый – и пол, и стены, аркой сходящиеся над моей головой, и двери в обоих его концах. Наверное, мои шаги и шаги моих сопровождающих отдавались эхом от сводов, но я все еще была почти глухая после шума вертолета, и мне казалось, что я иду в полной тишине. Двое военных, совершенно одинаковых с лица, шли на два шага позади меня. Иногда
