и строго регламентированы. В 2016 году социологи Корина Сас и Алина Коман опросили группу психотерапевтов, в процессе работы часто сталкивающихся с трауром, и попросили их привести примеры ритуалов, которые, по их мнению, оказались терапевтически полезными для пациентов. Из этих примеров исследователи выделили несколько повторяющихся элементов, начиная с того, что ритуалы помогают скорбящим стать частью общества.
Общественный характер траура указывает на то, что мы чтим связь с человеком, которого потеряли. В некоторых культурах эта идея нашла свое воплощение в виде профессиональных плакальщиков. Таких, к примеру, можно найти на полуострове Мани в Греции. Плакальщицам платят за то, чтобы они пришли на похороны в черном с покрытыми головами, видны только глаза и рот. В точно назначенное время они издают страшный вой. Это не песня и не крик, а выражение эмоционального переживания горя на похоронах. Такое представление помогает тем, кто испытывает истинную боль, слегка отстраниться от собственных чувств и прийти к очищению, побыв лишь зрителями в этом театре горя.
Профессиональные плакальщики также встречаются в Китае и Индии, а сама идея набирает популярность и в Англии, где для выступления перед скорбящими нанимают актеров. Для некоторых семей это простой способ создать видимость большего количества посетителей на службе, тогда как другие зовут их с той же целью, что и греческих плакальщиц. Как написал в своем эссе Оуэн Вон, профессиональный плакальщик из Англии: «Сколько живут на земле люди, столько они и собираются вместе по такому поводу. Поговорить, поплакать, поставить точку. И я помогаю им в этом. Поэтому согласился на эту работу».
Если профессиональные плакальщики помогают выразить горе, то другие коллективные обряды способствуют сближению людей в тот момент, когда это так нужно. В случае смерти кого-то из спецназа ВМС США его собратья следуют четкому протоколу:
«Морские котики» один за другим подходят к могиле, снимают золотистые нагрудные знаки с левой стороны своей парадной формы и прикрепляют к гробу павшего товарища. Живые скорбят, потеряв главный символ своего братства, который заменят только после похорон. Погибший забирает с собой в могилу значки товарищей.
Военнослужащие, в том числе и спецназ ВМС, нередко сталкиваются со смертью, однако справляться с ней им не проще. Подобный ритуал помогает «морским котикам» почтить узы совместной службы и жертвенности, а также почувствовать явное родство с другими служащими, даже если лично они никогда не встречались.
Когда объявляют смерть мозга у донора органов, его альтруизм почитают схожим образом. Во многих больницах устраивают «почетное шествие»:
Двойные двери хирургического отделения интенсивной терапии открылись, в коридоре ждали десятки сотрудников больницы. Появилась больничная койка, и мы все затихли. …Люди в уличной одежде шли за койкой, не зная, куда смотреть. Это были родители молодой женщины, память которой мы пришли почтить. …По форме можно было догадаться, от какой работы мы ненадолго отвлеклись: одни в белых халатах и галстуках, другие в синих медицинских костюмах, а кто-то в хирургических шапочках или дорогих костюмах в тонкую полоску.
«За эти пятнадцать минут в коридоре происходит что-то торжественное, даже священное, – вспоминает Тим Лэхи, врач из медицинского центра Университета Вермонта. – Мы ждем и общаемся с людьми разных профессий и сфер жизни. Вместе мы чтим эту великую жертву. Мы благодарим донора и надеемся помочь скорбящей семье в минуту глубочайшей скорби».
Почетное шествие помогает всем сосредоточиться и хотя бы на мгновение окунуться в общую реальность.
Траурные ритуалы с определенной одеждой, действиями, графиком, едой и напитками – это повод для общего внимания, способ направить чувства к человеку, которого мы потеряли. Они предоставляют время и место, где можно погрузиться в воспоминания, собраться ради общей цели и утраты. Следование конкретному сценарию траурных ритуалов помогает справиться с горем и обратиться к другим за помощью. Если люди одеты в черное, это верный знак их эмоционального состояния, который подскажет, как нужно взаимодействовать с ними в данный момент.
Лишить смерть ее странности
Французский историк Филипп Арьес называет двадцатый век эпохой «Запрета на смерть», поскольку в современной практике принято скрывать от умирающих, что они умирают, в результате чего их близкие начинают подавлять и свои эмоциональные реакции. Наши инстинкты зачастую направлены на то, чтобы избегать мыслей о смерти и защищать людей от воздействия потери, чтобы как можно быстрее забыть и двигаться дальше. Нигде это не проявляется сильнее, чем в стремлении «уберечь» детей от осознания смерти близких: им не разрешают присутствовать на похоронах и не дают принять участие в других совместных траурных ритуалах. Это тоже современные веяния, и, как и многие другие напутствия нынешнего времени, они полны заблуждений.
Литератор эпохи Возрождения Мишель де Монтень писал в своих нестареющих «Опытах»:
Дабы лишить смерть ее великого преимущества над нами, давайте лишим смерть ее странности, давайте знаться с ней, привыкать к ней; давайте не думать ни о чем, кроме смерти.
Именно так и поступил в 2015 году журналист и автор песен по имени Майк Брик, решивший «лишить смерть ее странности». В течение нескольких месяцев он испытывал усталость и боль в груди, после чего обратился к врачу, надеясь, то его ждет стандартный осмотр.
Однако у него нашли рак толстой кишки четвертой стадии, распространение которого не удалось остановить даже с помощью химиотерапии. Майку было сорок лет, и он начал готовиться к собственной смерти вместе с женой Стейси. Они обсуждали вариант со стандартной службой в церкви, а в итоге остановились на поминальной службе в духе ирландских поминок. Поскольку Майк сочинял песни, нельзя было обойтись без хорошей музыки (могла бы сыграть его собственная группа), как и без хороших историй. Они выбрали легендарное прибежище музыкантов в Остине под названием «Дыра в стене» и расписали все в деталях. Когда Майк вообразил себе невероятную вечеринку в свою честь, которую сам он не сможет посетить, затея показалась неправильной.
«Пока ты с нами, – сказала Стейси, – ты должен сам присутствовать на своих поминках». А кто сказал, что на собственные похороны можно только мертвым? Всего за пару часов планы изменились, и вместо «Дыры в стене» Майк и Стейси выбрали свободное место на той же неделе. Друзья, семья, бывшие участники группы со всей страны – приехали все. Действия казались знакомыми: безумная спешка и отмена планов, как всегда бывает в случае внезапной смерти любимого человека, только вот Майк и сам будет присутствовать. Он собирался сыграть величайший концерт в своей жизни.
О его смелом поступке я узнал из множества опубликованных статей и воспоминаний, которые написали его друзья-журналисты. По их словам, 13 января 2016 года Майк обратился примерно к
