уравнения.
Свободной рукой я медленно провела по его груди, наклонилась ниже и прижалась губами к его шее. Сначала просто коснулась, затем осторожно провела языком, пробуя на вкус солоноватую кожу.
Деймос судорожно втянул воздух и закатил глаза от удовольствия. Его пальцы на моем бедре сжались с такой силой, что это едва не перешло грань боли, а таз инстинктивно рванулся вверх, вжимаясь в меня.
– Хаос… – простонал он, запрокидывая голову на подушку и открывая мне доступ к шее. Его голос дрожал от напряжения. – Если ты продолжишь этот свой научный эксперимент, моя выдержка закончится гораздо раньше, чем кислород в легких.
Меня накрыло совершенно новым, пьянящим чувством власти. Контролировать чужую слабость, быть причиной этой сладкой агонии оказалось куда интереснее, чем я могла себе представить в теории.
– Значит, – прошептала я, слегка прикусывая горячую кожу на его ключице, отчего он снова судорожно выгнулся подо мной, – тебе придется приложить максимум усилий, чтобы не разочаровать меня слишком быстро.
Деймос издал звук, средний между отчаянным стоном и смехом.
– Вызов принят, – хрипло отозвался он, глядя на меня снизу вверх потемневшими от желания глазами.
Я медленно разжала пальцы, выпуская его запястье из плена. Для дальнейшего исследования мне нужны были обе руки. Освобожденная рука Деймоса немедленно присоединилась ко второй на моей талии. Его ладони скользнули под край моей майки. От этого прикосновения внутри все затрепетало.
Пытаясь сохранить остатки хладнокровия, я оперлась ладонями о его пресс и чуть сместила бедра, устраиваясь поудобнее и не так болезненно. Твердость подо мной ощутимо толкнулась в меня сквозь слои ткани. Трение вызвало такую острую, незнакомую вспышку удовольствия, что моя маска спокойствия наконец-то слетела. Я тихо, прерывисто выдохнула, невольно прикрыв глаза на долю секунды.
Деймос поймал этот звук.
– Хаос… – прошептал он, и в его голосе теперь звучало не только вожделение, но и какое-то восхищение. – Ты даже не представляешь, как это сводит с ума. Видеть, как твой идеальный лед тает прямо на мне.
Я открыла глаза, встречаясь с его взглядом. Мое дыхание сбилось, щеки пылали, но отступать я не собиралась.
– Сними это, – прохрипел он. – Пожалуйста…
Я осторожно выпрямилась, перенося вес на колени, и ухватилась за край своей майки. Внутри все сжалось от внезапного приступа уязвимости – я привыкла быть закрытой, застегнутой на все пуговицы, спрятанной от всех. Но сейчас, глядя в его глаза, хотела избавиться от всего лишнего.
Одним решительным движением я стянула майку через голову и отбросила ее куда-то в сторону. Туда же полетел и лифчик. Прохладный воздух коснулся моей обнаженной груди.
Воздух в спальне словно мгновенно выгорел. Деймос замер. Он смотрел на меня так, словно я была самой прекрасной девушкой на всей планете.
– Ты… – его голос сорвался, превратившись в глубокий шепот. – Ты абсолютно безупречна.
– Меньшая оценка меня бы оскорбила, – попыталась сострить я, но слова потонули в тихом стоне, когда он коснулся моей груди и накрыл ее ладонью. Мое тело, никогда прежде не знавшее подобных реакций, отозвалось тягучей судорогой в самом низу живота.
Я медленно подалась вперед, снова опускаясь на него, и выдохнула, цепляясь пальцами за его плечи, а Деймос с выдохом запрокинул голову, выгибаясь мне навстречу. Его руки медленно заскользили по моим ребрам.
Моя неопытность кричала об опасности, требуя вернуть все под контроль разума, но тело уже диктовало свои правила.
– Анархия, – впервые назвал Деймос меня по имени, – ты…
Я наклонилась и, перехватив инициативу, сама накрыла его губы властным поцелуем, заставляя его замолчать и окончательно стирая границы между моим хваленым контролем и тем хаосом, в который он меня погружал.
Мои пальцы вновь нащупали мягкую резинку его боксеров. Я потянула ее вниз, и Деймос чуть приподнял бедра, охотно помогая мне избавиться от последней преграды, а затем и от моих трусиков.
Через несколько мгновений между нами не осталось вообще ничего.
Я выпрямилась, глядя на него сверху вниз. Его серые глаза блестели в полумраке совершенно обезоруживающим сейчас мальчишеским задором, а рыжие волосы горели пламенем. Он был полностью в моей власти – и ему это очень нравилось.
Опершись ладонями о его влажный от испарины пресс, я глубоко вдохнула, потянувшись рукой вниз и направляя его в себя.
Первое серьезное сопротивление заставило меня резко выдохнуть. Вспышка острой боли прошила тело, заставив все мои мышцы рефлекторно сжаться. Я замерла на полпути, до побеления костяшек вцепившись пальцами в подушку под головой Деймоса, и крепко зажмурилась, пытаясь подавить этот дискомфорт.
Деймос мгновенно перестал дышать. Его ладонь коснулась моего лица, нежно погладив мою щеку.
– Если бы я знал, что лишение тебя невинности требует такой же концентрации, как разминирование ядерной боеголовки, я бы надел каску.
Его дурацкая шутка заставила меня чуть оттаять и издать смешок.
– Давай я, – прошептал Деймос следом.
Я заставила себя открыть глаза. Его рука легла мне на поясницу. Он чуть-чуть опустил бедра, снимая острое натяжение, и начал медленно, успокаивающе поглаживать мою спину. Его ладонь словно стирала спазм, заставляя мышцы расслабляться.
– Хаос, – хрипло усмехнулся он, в полумраке блеснула его задорная улыбка, – я никуда не тороплюсь. Можем застыть в этой эпичной позе хоть до утра. Правда, у меня затечет спина, но ради такого грандиозного научного эксперимента я готов на жертвы.
Я невольно фыркнула, и напряжение, сковавшее плечи, начало стремительно исчезать.
Почувствовав, что я расслабляюсь, Деймос приподнял голову от подушки и мягко поцеловал мое запястье, которым я все еще цеплялась за ткань около его рыжих волос, а затем запустил руку мне между ног, нежно лаская меня там. Я уткнулась лбом в его плечо от неожиданного контакта. По телу прокатилась жаркая пульсирующая дрожь. Его пальцы действовали удивительно мягко, но уверенно, безошибочно находя самую чувствительную точку. От этого контраста – тупой пульсирующей боли всего минуту назад внутри и пронзительного удовольствия снаружи – у меня закружилась голова.
– Ты слишком зажата, – сказал Деймос, продолжая неторопливые, скользящие движения. – Твое тело инстинктивно защищается от меня, думая, что я хочу причинить тебе боль. А я хочу совершенно обратного.
Его большой палец нажал чуть сильнее, вычерчивая медленный круг, и я невольно выгнулась в спине, глухо простонав ему в плечо.
– О да, – одобрительно выдохнул Деймос, почувствовав, как я подалась навстречу его руке, и поцеловал меня в шею, прямо над пульсирующей венкой. – Позволь мне
