блинов!
Сажусь на кровати и оглядываюсь.
Дверь приоткрыта, и в щель тянет изумительным ароматом.
Оглядываюсь. Моё платье осталось на кухне, поэтому я натягиваю трусики, застёгиваю бюстгальтер и ищу, чтобы накинуть.
Должен же у Ромы быть халат.
Замечаю его рубашку, поднимаю её и набрасываю на плечи. Удобно. Даже не давит. Всё же Рома – атлет.
Осторожно иду на кухню.
Рома стоит у плиты в домашних шортах и жарит блины.
– Так нечестно! – восклицаю. – У тебя тоже есть любимая сковородка для блинов!
– Да, – улыбается. – Меня мама в детстве научила печь блины и рассказала секрет про сковородку.
– Почему ты вообще занялся ресторанным бизнесом? – беру румяный тонкий блинчик и кладу на тарелку.
Рома достал сметану и мёд, поэтому я выбираю последний и с удовольствием обмакиваю блин.
– Мои родители всю жизнь проработал в общепите, – Рома ловко переворачивает блинчик. – Я – поздний ребёнок. Со школы подрабатывал, помогал им. И вообще, мне всегда нравилось готовить, – признаётся, снимая блинчик и смазывая его маслом. – Я спросил у папы, как стать ресторатором, он сказал, что нужен профильный вуз. Я окончил школу, поступил «Пищевой»…
– Я там училась! – взмахиваю рукой и едва не проливаю мёд. – На заочке, правда.
– Я старше тебя на четыре годы, – отзывается Рома. – Так что мы в любом случае разминулись бы. Я грыз гранит науки, поехал по гранту в Москву. Откладывал стипендии, подрабатывал, потом мы с товарищем – я тебя обязательно с ним познакомлю, открыли по франшизе гриль-бар. Дело пошло на лад, а меня потянуло на малую Родину, – признаётся вдруг. – Я оставил франшизу другу, приехал и… устроился в «Блины Сибири». И так случилось, что я выделился, подружился с нужными людьми и стал самым молодым соучредителем наших блинных. Жил то в Москве, то здесь. А сейчас аккумулировал силы, окончательно вернулся, и вот уже через месяц все смогут поесть «У Медведя».
– Ты молодец! – говорю искреннее. – Столько всего сделал сам, не выезжая ни на чьём горбу…
– К слову о самостоятельности, – Рома заканчивает жарить блины, берёт блюдо с пышной стопкой готовых и садится напротив меня за круглый столик, – сегодня мы едем в студию «Вестей».
– Зачем? – беру второй блин.
– Раскручивать рекламную кампанию, – улыбается. – Таргет уже запущен, SMM-менеджер ведёт наши соц.сети, блогеры работают. А теперь настала пора выйти на телевидение.
– И это потом расползётся по разным пабликам? – повожу плечами.
– Да, – Рома отправляет в рот блин. – Лея, я знаю, о чём ты думаешь. Да, какой-то негатив будет. Но ты же знаешь, он бывает на любую новость, хоть ролик про ромашки сними.
– Это уж точно, – бурчу. – Хотя ромашки должны успокаивать.
– Всё хорошо, – Рома берёт меня за руку. – У меня отличный пиарщик, он всё проконтролирует.
– Спасибо, – стискиваю его пальцы.
Ох, чего Рома только не вытворял ими этой ночью!
Вспоминаю. Краснею.
– Я отвезу тебя, – произносит Рома. – И потом заеду. Жди меня. Я пунктуальный.
***
– Не то, не то! – перебираю гардероб.
Ну прямо Скарлетт О`Хара, которая собиралась на барбекю в «Двенадцать дубов».
Подростком я очень любила эту книгу, а мама всё фыркала:
– Зачем читаешь? Тебе до Скарлетт, как до Китая раком!
Спасибо, мама.
Но обойдусь без тебя.
Может, надеть что-то зелёное?
Наташа говорила, что я в зелёном похожа на жабу.
Назло найду…
Лезу за зелёным платьем, как вдруг вижу его.
Облегающее полосатое платье-футляр с «холодными плечами».
Сглатываю и благоговейно достаю чёрно-жёлтое платье.
Пчёлка.
Я никому не показывала это платье. Ведь всё равно и Миша, и мама только посмеялись бы, а Тома тогда только-только родила, и у неё хватало своих забот.
Надо бы позвонить подруге, а то она с головой ушла в работу. Съехала. А мне так нравилось, когда дома бегает малыш…
Отбрасываю мрачные мысли и быстро надеваю платье.
Ха, оно отлично сидит!
Со стрессами и беготнёй я подтянулась.
Кручусь перед зеркалом, а в следующий миг звонит мой смартфон.
– Пелагея Артёмовна, это визажист. Спасибо, мне тоже было очень приятно с вами работать. Роман Юрьевич сказал, чтобы я вам позвонила, обозначилась. У вас сегодня съёмка, я могу подъехать… Хорошо, давайте вы ко мне. Адрес…
Кажется, я попала в карусель. На американские горки, которые на страшной скорости везут меня от съёмной двушки до салона «средний класс плюс».
Визажист и парикмахер приветствую меня, как старую знакомую.
Час – и мой образ готов.
Ничего лишнего.
Светлые волосы уложены мягкими волнами, макияжа – самый минимум, в ушах – серьги-кольца.
Смотрю на себя в зеркало, когда дверь салона открывается, и заходит Рома.
Студия «Вестей» находится на другом конце города, но на белом «железном коне» мы добираемся быстро.
Сине-белый интерьер, живые цветы, круглый стол.
Мы с Ромой садимся с одной стороны, ведущий – с другой и делает мне комплемент.
– Вы прекрасно выглядите, Пелагея.
Смущаюсь.
Беру себя в руки.
Я с Ромой.
Я – красивая.
Мне ничто не страшно.
– Камера, мотор!
Оператор включает камеру.
Рома – рядом.
– Расскажите о себе, Пелагея, – обращается ко мне ведущий.
Я улыбаюсь.
Потому что мне есть, что рассказать…
Глава 10
Пелагея
Месяц спустя…
– Лея, ты крутая! – Тома ловко снимает сына с верёвочного турника на детской площадке в Парке Победы. – Я смотрела твоё интервью в «Вестях» – ух!
Тома искренне улыбается, а у меня тепло разливается в груди.
Не скажу, что наше с Ромой выступление разорвало эфир, но незамеченным оно точно не осталось.
– И самое главное, – продолжает Тома, – ты ни слова не сказала о своём бывшем гоблине! Ни полслова! – злорадно хихикает. – Если бы ты полила его грязью и разоблачила, это было бы банально, но ты пошла дальше: просто стёрла его из бытия!
Это правда.
Я ничего не говорила о Мише.
Ведущий спросил меня о моей работе, и я честно рассказала, что десять лет проработала шеф-поваром, но меня
