но до последнего называла себя Алисой. Отец с братом наверху в кабинете. Тёма больше не плачет… Темнота.
— Как тебя звать? — улыбка на лице склонившегося над ней мужчины. — Скажи, кто ты?
— Не знаю… — Она громко плачет от страха, не понимая, где и зачем находится.
— А как ты сюда попала?
— Не знаю!.. — плач переходит в истерику.
— Кто я? — мужчина продолжает пытать вопросами.
— Не знаю!!!
— Толик, кончай её и пошли! Всё, что могли, ребята забрали. Документов нет. Сучка сумела сбежать, бросив детей. Сейф пуст!
Осипов старший задумчиво смотрел на сумасшедшую пигалицу, перепачканную кровью родителей.
— Зачем нам её убивать? Посмотри, у девчонки кукушка поехала. Она наследница. Заложница в наших руках. Лишний страх для матери обращаться в полицию. Когда-то Лиза за ней непременно придёт и принесёт огромные деньги!
Он изучал холодным взглядом милое личико насмерть перепуганной девочки. Принятое решение отразилось в широкой улыбке и циничных словах:
— Хорошая невеста для моего Родьки. Отвезите её в детдом к Паучихе. Пусть запишет, как Лику. Оставим имя приманкой. Фамилию придумает сама.
Лика с минуту не открывала глаза, чем могла насторожить. Душу раздирала невыносимая боль утраты. Стало трудно дышать. Возвращение памяти сопровождалось яркими вспышками в глазах, болью в висках, бешеным сердцебиением и дрожью тела. По позвоночнику каплями стекал липкий пот, присоединяясь к моросящему дождику.
Ночной бриз нёс прохладу. Лика зябко поёжилась. Музыка, весёлый смех, разносящийся со стоящих рядом судов. Яркая иллюминация на фоне тёмного неба.
Она вымученно улыбалась, вскидывая голову. Возле трапа ждала Алиса, а за её спиной излучала радушие «паучиха», с самого начала знавшая о произошедшем с её семьёй. Пришлось отвести взгляд и несколько раз глубоко вздохнуть. Осипов и Татьяна Петровна ничего не должны заподозрить.
Она знает, что станет проверкой и почему Родик уверен, что Лиза сделает всё, ради воссоединения с … дочерью!
Каждый шаг на мокрую ступеньку трапа, как бег с препятствием. Ноги дрожали. Через секунды она оказалась в объятиях тётки. Та ревела от счастья, прижимая к груди воскресшую родственницу. Губы громко шептали.
— Я знала, что ты живая! Любимая моя, единственная. Доченька…
Родион переглянулся с Татьяной Петровной. Скоро они станут очень богатыми.
Лика, услышав слово, произнесённое с глубочайшей нежностью, не выдержала. Громкий плач жестоко разлучённых женщин разнёсся по палубе.
Глава 33
Лиза первой отстранилась от племянницы.
— Хватит разводить сырость. Ты жива и это самое главное! — Она обняла Лику в этот раз без слёз. — Девочка моя, как долго я тебя искала. Все следы никуда не вели, как будто тебя стёрли из всех баз данных. Я меняла детективов, но результат всегда был один — Ангелики Карамшиной не существует. Нет в списках живых, но нет и среди мёртвых. Понятно, что тебе изменили данные, но как найти иголку в стоге сена? Прости, что тебе пришлось расти не в домашних условиях.
— Главное, что ты всё-таки меня нашла!
— Спасибо твоей подруге. Просто чудо, что она меня отыскала. Сначала скинула адрес детского дома, а позже данные, где живёшь сейчас.
Она улыбалась, а Лика боролась с желанием ударить по лицу «Паучиху». Никто не должен был узнать о девочке-кошельке до замужества, чтобы не разрушить план обогатиться на много и сразу. Осталось узнать, почему все собрались на яхте.
— Мы собираемся путешествовать?
— Да! — хочу познакомить тебя и твою семью со своими друзьями. Показать отели, что принадлежат нам. Познакомить с бизнесом, который твой по праву. Девочка моя, ты очень богатая. Я сохранила и приумножила всё, что создал твой папа.
Лика заплакала при упоминании отца. Понимала, что нужно собраться и действовать, но ничего не могла с собой сделать.
— Ну, что вы, девочки! Хватит рвать души. Давайте сядем, по русской традиции выпьем, закусим и поговорим.
Лика бегло огляделась. Дерево под ногами, невысокий борт. Диванчики синего цвета прижались к белым стенам. Перед глазами лестница на вторую палубу и дверь в жилые помещения.
Необходимо хорошо осмотреться, чтобы понять, как сбежать. Покидать страну без Глеба верная смерть. Покидать Глеба — смерть для души.
Удивляло, что Родик чувствовал себя как дома. Он отлично знал, где что находится. Точно не первый раз посещает яхту.
Паутина плелась не один день и даже месяц, а может она в ней находится с раннего детства? Есть лишь одна возможность выяснить это.
Вскинула взгляд на Осипова, проговорив с мольбой в голосе:
— Нам нужно поговорить с тётей наедине. Слишком горькое прошлое. Хочу поплакать на родной груди.
Он с улыбкой обнял жену за плечи, а тётушку подтолкнул в спину к трапу:
— Обязательно, но сначала нужно поесть. Я голоден как волк. Ты много часов не притрагивалась к пище.
Родик поцеловал в висок. Лика почувствовала на нежной коже холодный язык змеи. Крепкая рука удавкой переместилась на шею. Он говорил, улыбаясь, но с металлическими нотками в голосе.
— Здоровье слабенькое, не хватало, чтоб ты грохнулась в обморок. Выйдем в море, пересечём границу наших вод, и у вас будет куча времени пообщаться.
Пришлось вымученно улыбаться в ответ. Родик просчитал её намерения и не позволит ни пообщаться с родственницей, ни осмотреть судно.
Она скользнула по невозмутимым лицам обслуги. Муж вёл себя словно не Лиза, а он хозяин белоснежного пропуска в безбедное будущее. И невозможно узнать — почему?
Ветер усиливался. Дождь, сошедший на морось, бил в лицо. Запах йода и соли щекотал ноздри. Волосы намокли, превратившись из белых локонов в длинную, серую паклю, били по плечам.
Лика не обращала внимания на прилипший к ногам подол платья. Ноги скользили по железным лесенкам. Ладони собирали холодные капли с перил.
Зябко, влажно, ветрено, неприятно снаружи и холод внутри.
Паника потихоньку забивалась во все щели души. Решительность испарилась под неустанным контролем деспота. Тоскливое чувство сжимало грудь. От полного погружения в отчаяние спасала надежда, что Глеб идёт по следу.
Миллиардер смотрел в бинокль на яхту. В название вставлено имя любимой девушки.
— Ангелика, немецкие корни в имени. Лик Ангела, — по-своему интерпретировал он. Улыбка в глазах. — Мне нравится!
И непонятно чему радовался больше: полному имени, тому, что Лика живая или предвкушению скорой встречи.
— Босс, ждём подкрепления или начнём действовать сами? Яхту готовят к выходу в море.
— Вижу! Чёрт! — на принятие решения несколько секунд. Медлить нельзя. — Катера готовы?
— Да! Группа захвата в нескольких метрах от яхты. Скрываются под прикрытием четырёхпалубной, что пришвартована рядом.
Глеб сжал пальцами подбородок. Родик вёл себя слишком нагло. Вывод напрашивался сам собой.
— Среди
