но давая достаточно укрытия, чтобы передвигаться ползком.
Тихий всхлип привлекает моё внимание назад, туда, где остальные собрались вокруг Деллы. Моё сердце сбивается, когда я замечаю стрелу, застрявшую в её левом плече.
— Нет, — выдыхаю я, двигаясь к ней на руках и коленях.
Этого не может быть. Она не может у… Я зажмуриваюсь, обрывая мысль, не позволяя себе даже допустить её. Сделав глубокий вдох, я заставляю себя спокойно оценить ситуацию.
Делла лежит на боку, прижатая к Дэрроу, пока он давит на рану.
— Я в порядке, — говорит она сквозь стиснутые зубы.
— Это не выглядит как «в порядке». — Он кивает на стрелу, торчащую из её плеча.
— Будет, когда ты её вытащишь, — огрызается она.
— Ты можешь её исцелить? — спрашиваю я Дэрроу, молясь, чтобы у него был какой-нибудь припрятанный чародейский приём.
— Я могу остановить кровотечение, но полное исцеление займёт время. — Он достаёт из кармана пузырёк с белым порошком.
— Делай, — приказывает Торн рядом со мной. Его тёплая ладонь у меня на спине удерживает, не давая потерять опору. — Быстро. Скоро мне придётся опустить пламя.
— Что? — взвизгивает Дэрроу, мотая головой. — Это звучит как ужасная идея.
— Пока мы все здесь, мы отличная мишень, — объясняет Торн. — У них численное преимущество, значит, нам нужно разделить их на меньшие группы. И лучникам будет куда сложнее прицельно стрелять, если мы смешаемся с Отрекшимися.
— К тому же, — добавляет Гриффен, оттягивая воротник, пока капля пота скатывается по его виску, — здесь становится жарковато.
Он прав, думаю я, вытирая влагу со лба.
— Как долго ты сможешь удерживать огонь? — спрашиваю я, понимая, что это одна из причин его плана. Контроль над таким пламенем должен стремительно истощать его силы. Если он будет держать его слишком долго, он выгорит. Я не знаю, насколько глубоки резервы магии у бога, но впереди нас ещё ждёт серьёзная битва. С раной на ноге и тенями, которые он уже использует, он и так работает на пределе.
Его плечи напрягаются, когда он встречается со мной взглядом.
— Достаточно.
Дэрроу сразу принимается за дело. Делла вскрикивает, когда он выдёргивает стрелу из её плоти. От этого звука меня едва не тошнит. К счастью, её крик стихает, когда он встряхивает пузырёк над её окровавленным плечом, посыпая рану зачарованным порошком.
— Это должно притупить боль, — мягко говорит он, беря её за руку.
Не в первый раз я задумываюсь о том, что связывает этих двоих. Я не знаю, есть ли там что-то романтическое, но между ними определённо есть какая-то связь.
Я настаиваю, чтобы Торн позволил Дэрроу обработать и его рану, чем он явно недоволен. Когда он поднимает штанину и обнажает длинный, рваный порез, меня охватывает острое желание что-нибудь сломать. Костяшки белеют, когда я сжимаю кулаки.
— Фиа, — зовёт Торн, когда Дэрроу заканчивает с его ногой. — Мне нужно, чтобы ты сняла лучников.
Она кивает, расправляя плечи и принимая приказ без возражений.
— Найди укрытие и попробуй выстрелить, — продолжает он. — Я отправлю змей обыскать дома, но тогда они не смогут прикрывать нас и перехватывать стрелы.
— У нас заканчивается время, — задыхаясь, говорит Делла, её испуганный взгляд прикован к нескольким Отрекшимся в нескольких ярдах от нас, которые бросаются в пламя, создавая проход своими телами.
— Что они делают? — морщится Дэрроу.
Я сглатываю подступающую тошноту.
— Делают мост.
— Нам нужно двигаться сейчас. — Торн поднимается в полуприсед. — Сосредоточьтесь на том, чтобы оттеснить Отрекшихся от дома. Нам нужно создать проход для меня и Айви.
Все готовятся, проверяя оружие и занимая позиции. Я приседаю рядом с Торном, и его обнажённая ладонь находит мою, наши пальцы переплетаются на несколько коротких мгновений.
— Будь осторожна, — шепчет он, и в его кристальных глазах отражается пламя.
Я киваю, но движение выходит слишком скованным, чтобы выглядеть естественно.
— Ты тоже.
Пожалуйста, прошу я Судьбы. Пусть мои друзья выживут.
Как обычно, мои молитвы растворяются в пустоте без ответа. И всё же я надеюсь, что они меня слышат.
Его рука выскальзывает из моей, когда огонь гаснет. Через секунды бой поглощает нас целиком, отрезая меня от остальных. Отрекшиеся нападают со всех сторон, пока я уклоняюсь от их атак. Рывком вперёд я наношу смертельный удар молодому мужчине. Его глаза, полные ненависти, пылают до самого момента, когда свет в них гаснет. Беспомощная ярость пульсирует во мне, пока я позволяю его безжизненному телу рухнуть на землю.
Меч, напоминаю я себе. Когда он будет у нас, мы сможем это остановить.
Тела скапливаются у моих ног. В том, как я прорубаюсь сквозь Отрекшихся, нет ничего милосердного, я отнимаю их жизни каждым взмахом клинков. Руки тянутся ко мне со всех сторон, их бесконечно много. Я подавляю в себе всё человеческое, превращаясь в орудие смерти. Замахнувшись, я метаю один клинок в Отрекшегося, и в ту же секунду свободной рукой выхватываю другой.
Позади раздаются шаги по камню, и я резко разворачиваюсь, нанося удар, но останавливаю его в дюйме от цели, когда узнаю знакомое лицо. Сквозь кровавый туман в голове пробивается воспоминание, пока я вглядываюсь в его черты. Мендакс выглядит куда более измождённым, чем в последний раз, когда я видела его у своей лавки в Мидгардене. Его растрёпанные каштановые волосы слиплись от крови, глаза полны ненависти, когда он смотрит на меня.
К сожалению, моя заминка стоит мне дорого. Его руки резко взмывают вверх, он хватает меня за голову и сжимает её, пока его магия вливается в меня. Звуки битвы исчезают, реальность ускользает, и я теряю разум в его иллюзии.
Когда я открываю глаза, я лежу на пледе для пикника в поле возле поместья Померой. Послеполуденное солнце светит на меня, согревая кожу своими мягкими лучами.
— Айви! — раздаётся женский голос. — Ты здесь!
Я приподнимаюсь и вижу Клару, мою бывшую гувернантку, бегущую по траве, её платье цвета шалфея развевается вокруг неё. Беллами следует за ней, перехватывая её руку и переплетая их пальцы.
— Мы уже целую вечность ждём, — говорит он с широкой улыбкой.
Недоумение морщит мой лоб, когда я наблюдаю, как они приближаются.
— Ждёте чего?
Клара наклоняет голову, на её губах играет терпеливая улыбка.
— Тебя, глупышка.
Где-то вдалеке раздаётся крик, но, оглядывая поле вокруг, я не вижу никаких признаков беды. Я открываю рот, чтобы спросить, что мы здесь делаем, но другой голос перехватывает моё внимание.
— Вот ты где, моя девочка!
Я напрягаюсь, когда лорд Померой подходит ко мне, появившись будто из ниоткуда, и заключает меня в крепкие объятия. Его ладонь ложится на затылок, проводя
