его? Я нигде не могу его найти.
Шавор нахмурился, выражение его лица в замешательстве стало почти детским.
— Тэтчер? Он был… здесь. Раньше, — он неопределенно обвел зал рукой. — После церемонии.
— Но где он сейчас? — настаивала я, борясь с желанием закричать от отчаяния.
Его взгляд соскользнул с моего лица.
— Я не… помню, — это признание, казалось, причинило ему боль, на мгновение в его чертах промелькнула осознанность.
Когда я уже развернулась, чтобы уйти, появилась Элисиа, подхватив Шавора под руку.
— Вот ты где, милый, — проворковала она, хотя ее глаза, скользнувшие по мне, оставались холодными. — Ты снова куда-то забрел. Идем, все ждут.
Она увела его, больше не удостоив меня вниманием, направляя его шаги легким давлением руки. Я смотрела им вслед, и в животе поселился новый вид страха. Какого хрена происходит в этом месте?
Я двинулась было за ними, но три стража материализовались на моем пути.
— Леди Тэйс, — произнес один из них вежливым, но твердым тоном. — Бог Олинтар просил, чтобы все новые Вознесенные оставались на празднике. Такова традиция.
— Мой брат пропал, — выплюнула я.
— Уверен, он просто наслаждается празднеством в другой части дворца, — ответил страж, и его безмятежная улыбка ни на миг не дрогнула. — Может быть, вам стоит вернуться к остальным богам? В конце концов, это торжество в вашу честь.
От этого расчетливого пренебрежения в его голосе у меня закипела кровь. Инстинктивно опасный звездный свет собрался на кончиках пальцев. Я могла бы испепелить всех троих на месте. Я могла бы разнести этот дворец по камешку, пока не найду Тэтчера.
Но это бы ему не помогло. Не в том случае, если он в реальной опасности.
Мне нужно быть умнее.
— Хорошо, — сказала я, заставляя голос звучать спокойнее. — Я вернусь на праздник.
Удовлетворенные стражники кивнули и отошли в сторону. Я сделала вид, что направляюсь обратно в главный зал, но как только они скрылись из виду, я нырнула в боковой коридор. Сердце все еще колотилось от страха, но теперь рядом с ним поселилась холодная, расчетливая ярость.
Я свернула за угол, и краем глаза заметила движение — тень там, где ее не должно было быть, она скользнула по пустому коридору.
Я последовала за ней, инстинкт вел меня вглубь дворца, прочь от праздника и стражи. В коридорах становилось все тише. Все неподвижнее.
И тут я почувствовала это — слабый, тонкий, как нить, импульс энергии. Не наша связь, не совсем, но что-то, несомненно принадлежащее Тэтчеру. Он исчез почти мгновенно, но он там был. След. Запах.
Я бросилась вперед, напрягая чувства, чтобы снова увидеть его или хоть что-нибудь.
И тут я увидела блеск золота на полу впереди. Я упала на колени, дрожащими пальцами подхватывая предмет.
Церемониальная брошь Тэтчера. Символ Сандралиса.
Он был здесь. Совсем недавно.
— Тэтчер! — позвала я вслух и через нашу ментальную связь. — Тэтчер!
Ничего. Но брошь была теплой в ладони, все еще храня следы его энергии. Я прижала ее к груди, используя как фокус для чувств, пытаясь уловить хоть намек на то, куда он мог уйти.
Там, впереди. Гобелен на стене.
Но мое внимание привлекло не изображение. А то, что скрывалось за ним — поток воздуха там, где его не должно было быть, несущий слабейший аромат Тэтчера.
Я рванулась вперед, отдергивая гобелен, за ним обнаружился узкий проход, вырубленный в каменной стене и уходящий вниз, в темноту. Не колеблясь, я прыгнула внутрь, одной рукой призывая звездный свет, чтобы осветить путь, другой сжимая брошь Тэтчера, как спасательный круг.
Проход петлял и уходил вниз, воздух с каждым шагом становился холоднее и тяжелее. Разум кричал, предупреждая об опасности.
Я его проигнорировала.
Внезапно открылся проход в огромный зал. И все золотое величие Сандралиса исчезло. Здесь было темно и сыро, а волосы на руках встали дыбом. В центре стоял каменный помост, а на нем — бурлящий черный вихрь.
И он закрывался.
Края сжимались прямо у меня на глазах, реальность срасталась обратно. Но в это мгновение я почувствовала его — слабейшее эхо Тэтчера, отблеск нашей связи, доносящийся из-за портала.
Я бросилась к помосту.
Тэтчер?
Ответа не последовало. Но я знала, знала каждой косточкой своего тела, что он там. Где-то за этими схлопывающимися вратами.
Не было времени искать Маркс. Не было времени звать на помощь. Не было времени раздумывать о том, что ждет на той стороне.
Я прыгнула в закрывающуюся брешь, сила бушевала вокруг меня, пока реальность кричала от протеста. Переход был жестоким. Мое тело растягивало, сжимало и скручивало так, как не должно быть возможно.
Затем, после тошнотворного рывка, меня выбросило вперед на холодный камень. Портал с шипением захлопнулся за моей спиной.
Тяжело дыша, я поднялась на колени.
Передо мной высилось строение — гротескное сооружение из черного камня и скрученного металла, чьи шпили тянулись к небу, в котором не было ни звезд, ни лун, ни солнца, только безбрежное, пустое ничто.
На камне была яростно высечена эмблема. Круг, расколотый трещиной.
Храм. Но чей?
Я понятия не имела, где нахожусь. Это место не соответствовало ни одному из миров, что я изучала, ни одному домену, описание которого когда-либо слышала. Его не существовало на картах Волдариса.
Вспышка на кончиках пальцев заставила меня опустить взгляд. Звездный свет трещал и шипел вокруг рук.
Такое случалось лишь однажды.
На руинах Войны Первородных.
Храм Тьмы

Коридоры храма поглотили меня целиком, темнота давила на кожу, словно живое существо. Я ползла вперед на четвереньках, сдирая ладони о камень, каждое движение было осторожным и выверенным. Воздух на вкус отдавал пылью, тленом и металлическим привкусом, от которого мои звездные силы корчились внутри.
И тут я увидела это. Проблеск света впереди, едва заметный сквозь гнетущий мрак.
Я замерла, прижавшись к холодной стене. Сердце колотилось так громко, что я была уверена: тот, кто впереди, обязательно его услышит. Но никто не пришел. Никакие шаги не отдавались эхом в каменных переходах. Только этот ровный свет манил меня вперед.
Дюйм за дюймом я подкрадывалась к свету, заглядывая за угол в огромную каверну в самом сердце храма.
Моя кровь обратилась льдом.
На возвышении в центре зала лежал связанный и бессознательный Тэтчер. Его рубашка была разорвана, подставляя грудь холодному воздуху. А над ним стояла фигура в темной мантии, очерчивая узоры на его коже бледным пальцем.
Я не думала. Не могла думать. Звезды здесь были недосягаемы, отделены тоннами камня и земли, но
