хоть кто-то весело проводит время! Эш сидел лицом ко входу и, похоже, дремал. Хотя мне почему-то казалось, что он смотрел на нас сквозь прикрытые веки, и это ощущение мне не нравилось.
— Что такое? — Леха поднял с камня чистую посуду.
— А? Да нет, ничего!
Леха проследил за моим взглядом и хмыкнул:
— Зря мы его взяли.
Я постепенно склонялась к мысли о том, что он прав, но признавать это пока не хотелось. Тем более, что Леха пока и сам под подозрением.
— Почему ты так думаешь? Ситуацию с амулетом никто предвидеть не мог, так что пошли бы мы с Йосем или Эшем, или с тем вторым, который должен был прийти через два дня — мы бы все-равно оказались там, где оказались.
— Не в этом дело, — Леха на секунду замялся, будто бы раздумывая, продолжить или нет, а затем решился. — У меня очень развита интуиция. Это не раз выручало меня… дома, и пару раз спасало жизнь здесь. Вы с магом — хорошие люди, хоть и многое недоговариваете. Салли — типичная девочка-дурочка. Милая, безобидная, но в разведку я бы с ней не пошел. А вот этот…
— Что «этот»? — я сделала вид, что не заметила странностей в его речи. Дома? Здесь? Разведка?
— Лесь, он опасен.
Леха говорил тихо, но меня все-равно прошиб холодный пот.
— Он обращается с нами, как с детьми. Я… не знаю, как это объяснить… просто чувствую, что стоит ему захотеть — и он нас всех положит. Или бросит на съедение местным тварям.
— Тебе не нравится то, что он него сейчас зависят наши жизни? — решила уточнить я.
— Мне не нравится то, что наши жизни зависят от человека, о котором мы ничего не знаем.
— Но он вроде рассказывает о себе.
— Рассказывает. То, что считает нужным. Чувствую, что он говорит только то, что нам необходимо знать. Я говорил с магом, он тоже так считает. Просто…
Леха снова замялся, затем продолжил:
— Я многого не знаю, маг сказал, что это нормально в моем случае. Поэтому мне не с чем сравнивать то, что говорит этот… Эш. Но то, как он это говорит! Леся, Вы обращали внимание, как он отвечает на вопросы о себе?
— Нет, — меня больше интересовал тот факт, что Леха наверняка что-то рассказал Марику, и мне теперь не терпелось узнать, что именно.
— Как детям маленьким. Мне мама так в детстве так про аиста рассказывала на вопрос, откуда я появился.
— Аиста? — я удивленно посмотрела на Леху.
Тот заметно смутился:
— Птица, которая доставляет людям детей… Ладно, понял, опять промах! Короче, он разговаривает с нами как с несмышлеными детьми. А мне это не нравится.
— Ну, Эш действительно бывает грубоват, — согласилась я, — Особенно после того, как мы сюда попали.
— Грубоват… — протянул Леха. — Помните, что я ответил на вопрос, справлюсь ли я с ним в случае чего?
— Да. Ты сказал, что справишься.
Леха перевел взгляд на обсуждаемого нами Эша:
— Знаете, сейчас я в этом не уверен. Более того, интуиция подсказывает мне, что даже с господином магом мои шансы будут равняться нулю.
Я глянула на Эша и замерла: на секунду мне показалось, что из-под полуприкрытых век блеснули глаза, а на губах появилась кривая ухмылка. Но секунду спустя проводник уже сидел, как и прежде.
Показалось? Или нет?
— Знаешь, — больше для себя, чем для Лехи, сказала я. — Давай не будем паниковать раньше времени.
— Хорошо, — вздохнул Леха. — Но все-таки будьте осторожны!
Глава 9
Спать мы легли относительно рано, по-крайней мере, по словам Эша. Снаружи по-прежнему царила буря, и пещеру освещал только наш костер.
— Завтра будет тяжелый день, — Эш открыл глаза и обвел нас задумчивым взглядом. — Так что ложитесь лучше спать.
— И то верно, — поднялась Салли. — Все-равно больше делать нечего!
На этот раз пришлось немного потесниться, поскольку часть пещеры оказалась залита водой. Леха лег ближе к выходу, мы с Салли — возле очага, Марик — между Салли и Лехой. Эш так и остался сидеть возле стены, сославшись на то, что ему все-равно, а нам места больше.
Я с нетерпением ждала разговора с Мариком. О чем он говорил с Лехой? Что выяснил? Почему-то не верилось, что воин может быть агентом Темного Князя, но…
Костер почти догорел, оставив после себя тлеющие угли, а Марик все лежал и, кажется… спал?! Серьезно?!!
Прислушавшись, я поняла, что не ошиблась: вместо того, чтобы делиться со мной важными сведениями, друг спокойно сопел, придвинувшись поближе к свернувшейся клубочком Салли. Я чуть было не подскочила от возмущения, но внезапно заметила что-то возле стены, где сидел Эш. Неужели не спит?
Снаружи что-то громыхнуло, и я внезапно вспомнила про магическую бурю. Вот оно что! Если Марику сейчас нельзя колдовать, то и магический полог поставить нельзя, а значит, мы не сможем поговорить без лишних ушей! Видимо, друг понял это гораздо раньше меня и вместо бесполезного ожидания улегся спать.
Возле стены снова что-то мелькнуло. Отблески почти догоревшего костра, отраженные… видимо, все-таки глазами Эша. Значит, точно не спит.
«Да чтоб тебя!» — зло подумала я, перевернулась на другой бок и попыталась уснуть.
Не знаю, сколько я лежала, прислушиваясь к шуму снаружи. Иногда мне казалось, что я вижу блеск глаз в том месте, что сидел Эш, но к тому времени костер уже давно погас, так что скорее всего мне просто показалось. В какой-то момент буря начала стихать, а потом и вовсе прекратилась. Долгое время окружающую тишину ничего не нарушало, а затем вход в пещеру начал светлеть.
И только тогда я уснула.
Разумеется, это привело к тому, что утром мне стоило огромного труда просто встать с пола. Тело, непривычное к походной жизни, ломило, рука, которую я клала под голову, затекла, бедра, колени и голени болели, а позвоночник как будто бы превратился в одну сплошную кость и отказывался гнуться.
— Там возле входа есть вода, — сочувственно шепнул мне Леха и я, вздохнул, побрела к выходу.
Снаружи было мокро, душно и грязно. Запах мокрого камня и плесени перебивался ароматом хвои и озоном. И капало теперь отовсюду.
Возле входа в пещеру действительно обнаружилась лужа, собравшаяся в небольшом углублении в камне. Выглядела она чистой и вполне пригодной для умывания княжны, поэтому я, не долго размышляя, умылась и попыталась почистить зубы без щетки. Холодная вода немного взбодрила, поэтому, немного подумав, я решила переплести косу.
— А вот и я!
От неожиданности я вздрогнула:
— Боги, Марик!
