притащится.
Пока они препирались, я свободной рукой вытащила складной нож, спрятанный в перчатке чуть ниже запястья, и вонзила в кровососа, державшего меня справа. Он пронзительно заорал, когда «блики», покрывавшие отшлифованную сталь, проникли в хранилище его Следа, полностью лишив его сил.
Не успел он обмякнуть, как я резко вытащила лезвие из его груди и метнула нож в того, кто стоял рядом с Энджел. От инерции броска еще один нож выскользнул у меня из рукава прямо в ладонь. Он ушел в веерга, выскочившего из тени, чтобы остановить меня. Я потянулась за револьвером, но кобура была пуста. Меня охватило отчаяние, когда я осознала, что выронила оружие.
У меня было время швырнуть еще два ножа, но знакомый щелчок затвора моего же револьвера заставил меня замереть. Энджел слегка неуклюже держала его в вытянутой руке, как будто не слишком хорошо обращалась с огнестрельным оружием. Однако, чтобы попасть в цель с такого близкого расстояния, быть хорошим стрелком и не нужно.
– Этого вполне достаточно, – сказала она, глядя на кровососов, зажимавших раны.
«Блики», которыми мы смазывали клинки, подавляли их магию – полезное средство против потомков Святых. Благодаря им мой отец и семья Фиренце много лет назад сколотили состояние, когда местные отчаянно просили защиты от тех, кто использовал свой След не слишком желательным образом.
– Сдохнуть хочешь, низшая? – прошипела она сквозь зубы. – Я могу твои мозги по стенке размазать, и пусть крысы слизывают с земли то, что от тебя останется. – Она опустила дуло на уровень моего живота. – Однако я слышала, что местные могут прожить часа четыре после выстрела в живот. Будешь корчиться в агонии, умоляя смерть прийти поскорее. Подходящее наказание за нападение на Серых Рук.
Кругом было тихо, если не считать глухого шума арены, от которого за моей спиной подрагивала кирпичная стена. Левая рука пульсировала от воздействия яда и бессильно повисла. Энджел кивнула.
– На твое счастье, у нас есть дела, которые надо закончить. На колени. Люка, свяжи ее. Доставим ее к нему, как он и просил.
Высказать вслух намерение оставить меня в живых и сообщить о своих планах было глупейшей ошибкой с ее стороны. Один из оставшихся кровососов подошел ко мне сзади с веревкой, другой повалил меня на землю. После того как он связал мне одно запястье, я развернулась на колене и вырвала свободную руку из его хватки. Еще мгновение – и я уже стояла позади своего похитителя, сдавливая ему трахею его же веревкой, пока его вдох не превратился в тихий свист. Его тело стало моим щитом.
– Веерги могут пережить огнестрельное ранение, – прошипела кровососка. – Я все равно выстрелю.
– Пули тоже пропитаны «бликами», Энджел, – ответила я и призывно улыбнулась. – Давай, попробуй, увидишь, что будет.
Она оскалила клыки, зарычала и рванулась к нам с такой скоростью, что ее тело превратилось в размытый силуэт. Я увидела, как она выронила револьвер. Раздался выстрел, когда оружие упало на землю, сырое дерево при падении развалилось на части, ударившись о стену здания. Энджел с невероятной силой вырвала заложника из моей хватки и пригвоздила меня к земле. Когти коснулись моего горла.
– Какого хрена тут происходит? – прогремел из темноты мужской голос. Судя по топоту сапог, мужчина бежал. Навалившаяся на меня кровососка напряглась, как будто его узнала.
Он выругался, увидев поверженных веергов и ту, что все еще прижимала меня к земле.
– А ну быстро отпусти ее, а то затравлю собаками и оттащу всю вашу кодлу в Хайтауэр прямо за поганые клыки. Давай, упырюга. Руки прочь, и чеши отсюда!
Энджел воспользовалась последней возможностью зарычать на меня, однако в ее взгляде уже сквозило беспокойство. Затем она слезла с меня и скрылась в темноте вместе со своим побитым и израненным ковеном.
– Вы в порядке, мисс? Они вас покусали? Эти, со Следом Крови – настоящие отбросы Острова.
Он говорил, стоя надо мной, но падающий сзади свет не давал разглядеть его лицо. На нем был темно-синий костюм, как у инспектора.
– Со мной все будет нормально.
Он помог мне подняться, и я схватила свое оружие, упавшее как раз на границе освещенного фонарем участка, и повесила обратно на бедро. От простых движений место укуса снова пронзила острая боль, каждый сустав заломило, однако под критическим взглядом стража я не подавала вида, что чувствую себя плохо.
– Вы уверены? Иногда их яд вызывает галлюцинации. Я могу сопроводить вас к алхимедикам поблизости, по пути вы сделаете заявление, и я предъявлю обвинения их ковену. Они знают, что пить человеческую кровь незаконно.
Он достал что-то из кармана. Это оказался значок.
– Я офицер Общества, мисс. Будьте уверены, я заставлю их ответить по закону.
Общество. Странно, что они работают так далеко от нашего города, если только инспектор не приволок их сюда специально.
– Нет, сэр, это вовсе не обязательно. У меня дома есть противоядие.
– Но, мисс, мне нужно, чтобы вы на них заявили. Это место преступления.
Я сжала и снова разжала кулаки, пытаясь справиться с нетерпением. Порывшись в кошельке, который уронил кровосос, я достала купюру в сто реолей и протянула офицеру. Он на некоторое время замялся, но деньги все же взял.
– Вы пришли сюда и увидели, что я повздорила с друзьями, перебрав виски с лимонным соком. Револьвер выстрелил случайно. Это произошло по моей вине, и никто из нас не собирается выдвигать обвинения друг против друга. Вот и все мое заявление. Доброй ночи, офицер.
Остаток пути до ожидающих экипажей я прошла, не встретив никакого сопротивления, не обращая внимание на расспросы офицера Общества, которого я обогнала, надеясь, что темнота поможет мне сохранить мои тайны. Нужно было как можно скорее отмыться от грязи, пока Нико не пришел домой и не увидел, что меня валяли по земле в то время, как я должна была находиться на верхних трибунах и мило беседовать с его врагами. Если только он выяснит, что я видела этим вечером… Я даже не могла себе представить, что он со мной сделает.
Спасибо всем Святым за третью строку двенадцатого параграфа.
Глава 7
Камилла
Когда я вернулась, в квартире все еще никого не было. Ночь погрузила дом в непроглядную темноту. Я пошарила рукой по обоям в поисках выключателей, чтобы зажечь светильники в прихожей.
Вторая рука, отяжелевшая и ноющая, отказывалась мне повиноваться и неподвижно висела вдоль тела. Я нашла гостевую комнату с ванной и, снимая с себя слой за слоем одежду, а вместе с
